Уроборос - Елена Горелик

Две части ритуала соблюдены: теперь мой дом для магички безопасен. Она все равно не решится устроить мне какой-нибудь неприятный сюрприз – я-то на своей земле! – зато может не переживать, что ведьме стукнет в голову связать ее заклинанием покорности и потребовать выкуп золотом. Остается выяснить, что за дамочка такая интересная и почему на ней вещи, имеющие явно нездешнее происхождение. Обирает попаданок или?..

Дама, кокетливо придерживая юбку рукой с болтающейся на запястье расшитой сумочкой, поднялась по крепким деревянным ступенькам и проследовала за мной в трапезную. Стол, естественно, был уже сервирован холодными закусками и сладкими печеньками, свечи зажжены, а Риена с величественным видом встала за моим креслом. Гостья небрежно сбросила меха на руки шедшему позади солдату – снова безобразие, охрана в качестве прислуги – и продемонстрировала великолепное вечернее платье кремового цвета с короткими рукавами, слегка завышенной талией, глубоким квадратным декольте и полупрозрачным «футляром» с потрясающей вышивкой мелким жемчугом… Э-э-э… Она из столетней давности дамского журнала фасончик взяла? Если не ошибаюсь, такое было в моде во времена «Титаника». Не хватает только шляпки размером с цветочную клумбу, да туфли вполне современной модели выбиваются из общей картины. Нет, вру: у дамы на левой руке поблескивают золотые часики а-ля шестидесятые – абсолютно такие же были у моей киевской тетки. Завершали этот коктейль эпох золотой медальон магички, болтавшийся ниже груди, и бриллиантовая подвеска на черной бархотке, резко контрастировавшей со всем нарядом.

– Удивлены, не так ли? – Магичка прошлась по трапезной, как бы невзначай повернувшись так и этак, чтобы я могла в полной мере оценить ее наряд. Честно говоря, никогда бы не оделась настолько… вразнобой, но, как говорится в моем мире и в мое время, на вкус и цвет фломастеры разные. – Согласна, это не совсем по моде, но меня всегда интересовала красота, а не чья-то прихоть… Дабы не быть невежливой, позвольте представиться: третья помощница госпожи Ноттары, магички волости Мож, мое имя Надин Ринген.

Последнее она произнесла по-русски. Без акцента, но со странными нотками. М-да. Сто лет назад русский язык звучал несколько по-иному, чем сейчас. А имя «Наденька Кольцова» в тех кругах, где наверняка вращалась моя новая знакомая, было не по фэн-шую… Что ж, на многие вопросы я получила ответ практически сразу, зато возникла масса новых.

– Догадались, что русский язык для меня родной? – улыбнулась я, не выходя из роли радушной хозяйки.

– У вас своеобразный и весьма знакомый акцент, владетельная ведьма… э?

– Стана Бутко, в девичестве Георгиева, – с достоинством представилась я. – Родом из Бердянска, до осени две тысячи тринадцатого жила в Харькове. А вы, простите, откуда?

– Курская мещанка. – Надин брезгливо поморщилась: видимо, очень не любила вспоминать о своем невысоком статусе на родине. – Была курсисткой, предполагала занять место учительницы в одном из уездных городов… Впрочем, теперь все это неважно.

Важно, дорогая моя. Еще как важно. Но я примерная ведьма и не стану набрасываться на магичку с расспросами. Всему свое время.

– Прошу. – Я указала по правую руку от себя, куда положено сажать почетных гостей. – Полагаю, скромный поздний ужин не будет для вас лишним.

– Благодарю вас, – магичка присела на неудобный местный стул. – Это очень кстати, я действительно устала и проголодалась.

Даже немного смешно было наблюдать, как эта дамочка взяла ложку, манерно отставив мизинчик. Прошло не меньше ста лет, а она держится за свое воспитание, молодец. Только одно вызывало недоумение. В жизни мне не встречались лощеные аристократы. Я видела людей из самой что ни на есть рабоче-крестьянской среды, тем не менее обладавших без преувеличения изысканными манерами. Такова моя учительница географии, например, или учительница украинского, которая была родом из глухого села, но держалась с достоинством потомственной графини. Таков был старик – преподаватель философии в университете. Здесь я наблюдала другую картину: мещаночка из провинции, старательно подражающая аристократам, но до их уровня сильно недотягивавшая. У меня и то лучше получается, когда как следует рассержусь. Легкий налет вульгарности портил все впечатление от красивого и наверняка дорогого наряда. А когда Надин, расправившись с ужином, достала из сумочки костяной мундштучок, заправила туда сигаретку «Мальборо» из современной пачки и прикурила от свечи, даже не спросив, как хозяйка дома относится к курению, все стало на свои места.

Молоденькая снобка, попавшая в иной мир, где у нее обнаружили сильный Дар. Есть от чего возгордиться и перестать обращать внимание на мнение окружающих.

– У меня сильная аллергическая реакция на табачный дым, – сказала я, пару раз демонстративно взмахнув ладонью у лица. – Кроме того, медицинские исследования последних тридцати лет подтвердили, что курящие подвергаются гораздо большему риску рака легких, чем некурящие.

– Вы уверены? – Надин приподняла тонкую бровь. – Ах, простите, я забываю, что между нами сто один год. Я попала сюда в тысяча девятьсот двенадцатом… Кстати, за сто лет смогли установить точную причину ужасной гибели «Титаника»? Был апрель месяц, я как раз прочла в газетах об этой кошмарной катастрофе, но, увы, никто не смог точно сказать, что произошло.

– Я видела много фильмов, посвященных этой теме, – чистая правда, документалок в свое время насмотрелась. – Глубоководные аппараты несколько раз погружались к «Титанику», и по положению обломков, по поднятым образцам ученые смогли через сто лет восстановить истинную картину. Не стану пересказывать содержание фильмов, но вкратце – причин было несколько…

Магичка слушала меня с явным интересом, иногда вставляя эмоциональное «О!». Я перечислила все известные на момент моего попадания в этот мир причины: и одинарный корпус, и заклепки из второсортного железа, и заниженные водонепроницаемые переборки, и отсутствие биноклей у впередсмотрящих, и роковое отсутствие пометки особой важности на радиограмме-предупреждении, и стремление капитана как можно скорее пройти опасный район, вполне соответствовавшее духу времени, и выключенная рация на ближайшем к «Титанику» корабле. С последним пунктом вообще мистика какая-то приключилась: за некоторое время до столкновения радист злосчастного «Калифорнийца» начал передавать предупреждение о льдах, но поскольку судно было очень близко, сигнал получился мощным, и радист «Титаника» чуть не оглох. Тот передал в эфир буквально следующее: «Заткнись! Я работаю, я говорю с мысом Рейс!» Коллега послушался совета, выключил рацию и лег спать: сменщика у него не было. Скольким людям стоило жизни это «Заткнись!», трудно сказать. «Калифорниец» находился куда ближе к месту катастрофы, чем знаменитая «Карпатия»…

– Какой ужас! – магичка нервно стиснула пальцы. – Подумать только: судьбу такого корабля решили какие-то заклепки и небрежность радиста!.. Но ведь… Но ведь в газетах писали, что он непотопляем! О, какой обман! Господа инженеры наверняка знали, что использовали неподходящий металл, но промолчали! Ужасный обман!

– Обыкновенная реклама. – Я пожала плечами. – Не все было так замечательно, как расписывалось в объявлениях, но полутора тысячам утопленников до этого уже нет никакого дела, верно?