Черная кровь справедливости - Андрей Денисенко

…Он не был человеком. Его короткое чешуйчатое тело, усыпанное шипами, завибрировало, когда уродливых ноздрей коснулся запах живой плоти. Голодная слюна наполнила пасть. Коротко рыкнув, он устремился туда, где слышались торопливые шаги одинокого прохожего. В последний момент человек заметил его, но было уже поздно. Острые, как иглы, когти вонзились в обреченного. Оскалившись, Корон рванулся к беззащитному горлу жертвы… и проснулся.

Холодный пот крупными каплями стекал по лицу, ладони были влажными и липкими, руки дрожали. Сбрасывая остатки кошмара, магиер мотнул головой. Сон был реален до жути. Только что он был порождением безумного зла. Корон всем телом вздрогнул, вспомнив ужасный треск разгрызаемой плоти. Магиер сел на кровати и глубоко вдохнул, стараясь прийти в себя. Марево сна медленно отступало.

До слуха донесся слабый стон. Так же как только что он, Одиночка метался в ночном кошмаре. Пошатываясь, Корон пересек казарму и тронул его за плечо. Одиночка вскрикнул и дернулся, ударившись о спинку кровати. Несколько секунд он смотрел на Корона туманным взором, потом, узнав, облегченно расслабился.

– Кошмары мучают?

– Не то слово. – Одиночка вытер вспотевший лоб. – Вот ведь какая жуть приснится. Я вроде как снова в Мертвых Землях оказался. И я – не я, а кто-то другой… Дикий, что ли.

Он помолчал, не в силах выразить словами приснившийся ужас.

– Будто я живу в пустыне и стерегу машины Ушедших. Вот дурь-то!

Некоторое время они молча слушали, как похрапывают спящие стражники и перекликаются на улице патрули.

– Пожалуй, я теперь до утра спать не буду, – пробормотал Одиночка себе под нос. – Лучше уж не выспаться, чем такие страсти.

– Вместе посидим, – усмехнулся магиер. – Я ведь тоже от кошмара проснулся. И знаешь что? Это наверняка из-за метаморфера, который нынче в лаборатории расколошматили. Помнишь, когда вбежали в лабораторию, прибор еще работал? Пусть не в полную силу, так, жужжал тихонько, но кошмары мы заработали накрепко. Ладно хоть не переродились, как надеялся добрый малый Сидмонд Каст… перед смертью.

Одиночка зевнул.

– Представляю, что снится магистру Скарашу. Он ведь ближе всех к метаморферу подходил. Веселенькая ему предстоит ночь.

Время до рассвета они провели в странном полузабытьи. Стоило хоть на секунду провалиться в сон, как из черных глубин наплывали жуткие видения. Под утро Одиночка зло ударил подушку кулаком и, кряхтя, натянул сапоги. Магиер последовал его примеру.

– Проклятье! Одна из худших ночей в моей жизни!

Одиночка не ответил, с ненавистью размышляя об Ушедших и ученых-маньяках вообще.

Вскоре пробил утренний колокол. Под окнами слышались шаги возвращающихся ночных патрулей. Казармы просыпались.

Хмурый и всклокоченный Гервуд ре Веждал принимал доклады патрульных.

– В городе происходит что-то неладное, – повернулся он к Корону и Одиночке. – Магистр, кажется, обещал вам тридцать золотых? Смело требуйте сто! На улицах нашествие нечисти. Чтобы обеспечить хотя бы видимость спокойствия, мне придется поднять на ноги всех. Сейчас по городу бродит по меньшей мере две дюжины разномастных тварей! Стало попросту опасно выходить на улицы.

Корон глухо откашлялся. После бессонной ночи голова болела невыносимо.

– Прости, что вмешиваюсь, мастер Гервуд, но тебе следует вызвать свободных охотников.

Офицер кивнул.

– Все пятеро уже в пути. Но им запрещено действовать в полную силу, пока Белый Совет не издал особого разрешения. Все, что они сейчас смогут, – это размахивать серебряными мечами и применять легкие заклинания. Совет же не собирается ничего предпринимать, объясняя происходящее случайным всплеском активности в нереальном мире.

Послышались возбужденные крики и звон доспехов. Через плац приближалась группа стражников, и вид у них был плачевный. Несколько были ранены и опирались на плечи товарищей, еще двоих несли на плащах. Кольчуги солдат болтались рваными лохмотьями, панцири и шлемы носили следы тяжелых ударов. Воин с нашивками капрала подошел к ре Веждалу.

– Что-то напало на нас в городском парке, – прохрипел он разбитыми губами, – что-то вроде большого червя. Я потерял половину людей, но нам удалось загнать тварь в канализацию. Мы запустили туда кувшин с горящим маслом, и она сдохла.

Считая на этом доклад законченным, капрал отсалютовал и поплелся к казарме. Во всей его походке читалась безмерная усталость.

– Давно это началось? – спросил Корон. Ре Веждал пожал плечами.

– После полуночи или около того. Теперь уже неважно.

В арку ворот влетел всадник на разгоряченном коне. Резко осадив скакуна, воин спешился и подбежал к капитану. Лицо гонца не предвещало ничего хорошего. Торопливым движением он протянул ре Веждалу конверт с печатью Совета.

– Это передал Страж Дворца! Случилось несчастье!

Отпустив гонца, капитан вскрыл конверт и, бледнея, пробежал пергамент глазами.

– Ночью совершено нападение на Хранителя источника! Его нашли зарезанным около собственного особняка. Клянусь небом, твари в городе и это убийство – звенья одной цепи!

– Может быть, обычные грабители? – Одиночка с трудом подавил зевоту. – Хранитель небось мужик денежный!

– Надо быть безумцем, чтобы напасть на такого сильного колдуна! – В голосе ре Веждала послышалось усталое раздражение. – Я должен ехать к городскому наместнику Совета, ситуация серьезная. Моим людям требуются особые полномочия!