Полночный покров - Лара Эдриан

Рената подошла к черному ходу дома и замерла. Она оставила Николая в шалаше и, хотя хотела бы забыть о существовании дома Сергея Якута навсегда, решила, что ей нужен горячий душ и чистая одежда по размеру.

Но у самого порога вдруг заколебалась. Спиной ощущала тепло утреннего солнца, оно бодрило и давало силы, а внутри дома царил полумрак, оттуда тянуло неприятным холодом. Тени застыли на деревянных половицах и опрокинутой мебели. Рената сделала над собой усилие и прошла к тому месту, где ночью лежало тело Лекса.

И тело, и кровь исчезли. Как и говорил Николай, осталась лишь небольшая горстка пепла, развеянная по полу сквозняком. Все ставни на окнах бывшей спальни Якута были широко распахнуты, но солнце почему-то обходило комнату стороной. Ветерок, разгоняя застойный и влажный воздух, принес насыщенную сосновым запахом свежесть. Рената вдохнула ее всей грудью, позволяя аромату нового дня стереть из памяти мрачные картины кровавого убийства, происшедшего в доме прошлой ночью.

Сегодня, при дневном свете, многое виделось ей по-другому.

Она и сама была сегодня другой. И она отлично знала причину этой перемены.

Она влюбилась.

Впервые за многие годы, возможно впервые в жизни, она узнала, что такое настоящая надежда. Она поселилась в ее сердце, даруя уверенность, что отныне жизнь ее будет чем-то большим, чем просто выживание, и редкие мгновения счастья спрессуются в годы. Рядом с Николаем ей многое стало казаться возможным.

Рената перешла в зал, подбадривая себя тем, что это ее последний визит в страшный дом.

Прощальный визит.

Когда они с Николаем покинут это место, чтобы продолжить поиски Миры, и дом, и сарай с клетками, и Сергей Якут, и Лекс – все, что в течение двух лет пугало и мучило ее, – навсегда станут прошлым. Насилие, страх и боль исчезнут из ее жизни.

Начнется новая жизнь.

Рената вошла в крошечную ванную комнату, которую они делили с Мирой, спокойно и уверенно включила горячую воду. Влажный пар пополз из-за занавески. Рената расстегнула оставшиеся пуговицы на рубашке, позаимствованной у Джека, и некоторое время стояла обнаженной, размышляя о своем будущем. Она не знала, что ждет ее с наступлением сумерек, какие опасности подстерегают, но была уверена: у нее достаточно сил и мужество идти вперед.

Рядом с Николаем – с надеждой и любовью в сердце – она готова выдержать все.

Подобно рыцарю, ищущему священного омовения и высшего благословения, Рената встала под струи воды, закрыла глаза, повторяя про себя торжественные слова молитвы.

Николай услышал приближавшиеся к шалашу шаги Ренаты.

– Тук-тук, – шутливо произнесла она. – Не хочешь выйти полюбоваться солнечным светом?

Она раздвинула густую листву и проскользнула внутрь шатра, извинилась, заметив, что он прижимает к уху мобильный телефон Лекса. Нико, как только Рената ушла в дом принять душ и переодеться, позвонил в Бостон. Новости были и плохие, и хорошие, но и те и другие заставляли серьезно задуматься.

Хорошей новостью было то, что один из номеров в телефоне Лекса совершенно точно принадлежал Эдгару Фабьену. Гидеон также сумел проникнуть в Международную идентификационную базу и нашел там досье Фабьена. И сейчас у Ордена был адрес резиденции главы Темной Гавани Монреаля, его загородного дома и прочих объектов недвижимости, находившихся в его собственности. Гидеон выяснил все номера зарегистрированных на него машин, получил доступ к мобильным телефонам этого сукина сына, его компьютерным файлам и даже к системе видеонаблюдения в его резиденции в Монреале.

И вот здесь начинались плохие новости.

Эдгара Фабьена в резиденции не было. Гидеон просмотрел запись прошлой ночи, на которой было видно, как семь представителей Рода, один из них, очевидно, Фабьен, покидали особняк под охраной вооруженных сотрудников Агентства безопасности. Все семеро были в похожих деловых костюмах и черных капюшонах, скрывавших лица, поэтому установить их личности не представлялось возможным.

И самое неприятное – в обществе вампиров была светловолосая девочка, которая следовала за ними явно не по доброй воле. По описаниям Гидеона, это была, конечно же, Мира.

– Ты слушаешь меня? – спросил в трубку Гидеон.