Воскрешение - Дебби Виге

— Maman,j'aipeur[4], — прошептала Мари, дергая мать за длинный рукав кимоно.

— Ты не должна бояться. Страх — удел других, — ответила Николетта.

Налетел тайфун; разбушевался шторм, вздыбив огромную волну-цунами. Под воздействием магии и демонического всемогущества стихии обезумели. Сгинуло в пламени внезапно загоревшееся святилище, никто не услышал вопль гибнущего Камеямы; Николетту перевернуло вверх ногами и закрутило в яростном смерче. Она громко звала детей, звана Илая, кричала не переставая... Неожиданно перед ее взором возникли картины: умирающая на костре ведьма Каор; рухнувшая дамба, залитый город и тонущая женщина; девушка из рода Каор и мужчина из рода Деверо, погибшие во время землетрясения под развалинами дома.

Время в сердце вихря застыло, все прекратилось. Николетта, окутанная прохладным белым эфиром, медленно скользила вниз, пока не опустилась на ледяной белый мрамор. Когда дымка немного рассеялась, она увидела Илая — только детей нигде не было.

— Мари! Луи! Где вы? Илай!

Ведьма хотела подбежать к мужу, но не смогла двинуться с места. Закричала, но не услышала свой голос. Илай беззвучно шевелил губами, темные глаза гневно сверкали. Николетта сразу поняла: муж пытается вырвать их из крепких пут неведомой магии.

Рассеялись последние клочья тумана. Со всех сторон высились колонны, вершины которых терялись где-то в облаках. На белых мраморных тронах сидели закутанные в белые одежды мужчины и женщины с молочно-белыми глазами. Их вид внушал Николетте ужас.

— Мы вызываем вас, Каор и Деверо, — раздался чей-то голос, хотя ни один из сидящих не открыл рта. — Вы нарушаете равновесие. Вы воздействуете на время и пространство. Это недопустимо.

«Что?» — подумала Николетта, так как по- прежнему не могла издать ни звука.

— Мы слепые судии. Мы храним равновесие между добром и злом. Ваша сила растет. Каорам и Деверо противопоказано жить в гармонии и спокойствии, иначе мир исчезнет. Отныне между вашими кланами начнется война. Сражайтесь и интригуйте. Любовь уступит дорогу кровавой мести.

«Илай, любимый!» — мысленно воскликнула Николетта.

Слепые судии по очереди растворились в ярких вспышках света, сияние погасло.

— Прочь! — сказал голос. — Прочь из рая истинной любви! Каор и Деверо, отныне вам не дозволяется войти в него вместе.

«Не-е-ет!»

Ведьма взглядом молила Илая остановить их, уничтожить, призвать гнев Рогатого Бога. В глазах мужа пылал огонь — черные языки пламени, Черный огонь... Николетте вдруг открылась картина из будущего: плачущая черными огненными слезами девушка по имени Холли Каор, которая полюбила Жеро Деверо.

« Сестра моя, не дай этому случиться!» — вскричала Николетта и упала замертво.

Никого из них больше не видели: ни Николетту, ни Илая, ни Мари, ни Луи. Деверо винили в исчезновении Каор. Рыцари же клана Каор, прокравшись в замок Деверо, из мести умертвили всех шестерых детей герцога. Семьи ненавидели друг друга до безумия, и эта ненависть шла рука об руку с безграничной яростью, сопоставимой по силе с яростью Кали. Деверо и Каоры плели интриги, сражались, устраивали бойни... Хитрые маги и волшебники со всего света, не жалея сил, поддерживали и разжигали рознь: пусть Каор с Деверо рубят головы друг другу — остальные целее будут.

РИЧАРД, АННА ЛУИЗА, ОУЭН И САША

Скарборо

Обеспокоенный исчезновением дочери, Ричард нервно расхаживал из угла в угол. Давно он не чувствовал себя беспомощным.

— Может, она отправилась за Амандой и Томми? — предположил он.

Анна Луиза отрицательно мотнула головой.

— Вряд ли Николь умеет самостоятельно открывать портал. Да и сына она бы не бросила.

Ричард знал, что ведьма права, и все это ему не нравилось.

Одна из военных тактик — спутать противнику карты. А такой путаницы в мозгах, как в последние несколько месяцев, у старого ветерана еще не бывало. Хватит!

— Вы можете снова найти их в Индии и открыть двусторонний портал в хорошем месте?

— Возможно, я сумею, — ответила Саша. — У меня вроде неплохо получается.

— Или у кого-то, — выразительно сказал Ричард.

Бывшая жена Майкла Деверо особенно не распространялась о встрече с Мерлином, но любой бы заметил, что она крайне напугана. Ричард пока не стал выпытывать подробности — расскажет рано или поздно.

Анна Луиза принесла из своей комнаты прядь волос.

— По волосам Пабло мы их всех отыщем!

— Хотите присоединиться? — спросила Саша.

— Нет, — отозвался Ричард. — Хочу их всех вернуть.

Может, дом Мур и гиблое место, но, по крайней мере, Ричард Андерсон неплохо его изучил.

Мумбай

Арман резким выпадом убил подкрадывающегося демона. Рядом внезапно заискрился портал, из которого выскочил Ричард Андерсон с пистолетом-пулеметом наперевес.

— Прибыла кавалерия! Давайте-ка дуйте отсюда. — Он с улыбкой указал через плечо на отверстие портала.

— Пабло! — крикнул Арман. Мальчик пришел на зов в мгновение ока, и оба ведьмака нырнули в искрящийся проем.

Со всех сторон налетели демоны. Припав к земле, чудовища пытались добраться до портала, но Ричард открыл по ним огонь. Он с удовольствием отметил, что заклятия на пулях так же смертоносны, как сами пули.

— Папа!

К порталу мчались Томми с Амандой, между ними безжизненно висел Жеро. Следом бежал Филипп с молодой женщиной на руках — и Илай.

Только Ричард не забыл, что последний принадлежит к лагерю противника. Старый солдат мгновенно навел дуло на колдуна и с некоторым удовлетворением тронул спусковой крючок: Илая он всегда ненавидел.

— Не стреляйте! Он с нами! — воскликнул Филипп.

Можно было бы выстрелить и списать на несчастный случай... Ричард, вздохнув, уложил преследующего беглецов демона. Наконец все скрылись в проеме портала. Старый боец огляделся по сторонам, высматривая Николь. После минутного размышления он передумал оставаться: проще выяснить интересующие вопросы у остальных. Вооружившись как следует — в том числе и знаниями, — он еще успеет вернуться в Индию.

В большом зале Анна Луиза и Саша занимались ранеными. У женщины в груди зияла колотая рана, а над лицом Жеро хорошенько поработали чьи-то кулаки.

Аманда горячо обняла отца, чмокнула в щеку и, расцепив объятия, смахнула набежавшие слезы.

— Кстати, где Николь? — спросила она.

Вообще-то я думал, об этом расскажете вы, — мрачно ответил Ричард.