Живое и мертвое. Третья сила. Книга 3 - Алексей Гравицкий

— Тоже…

Винсент поглядел на Пантора. Белоснежная сорочка молодого мага уже не выглядела белоснежной. Костюм крепко пропылился. Бабочка съехала на сторону.

— Хотя в таком виде ты больше похож не на мага, а на нищего фокусника из дешевого балагана.

— Иди ты, — отмахнулся Пантор, впрочем, беззлобно.

— О, возвращается старый Пантей, — обрадовался рыжий. — Осталось только добавить: «Не называй меня так» — и все встанет на свои места.

— А, называй как хочешь, — махнул рукой молодой маг.

И зашагал быстрее. Винсент посмотрел странно. Поспешил следом.

Шли молча. Долго. Степь, как и ночь, казалась бесконечной. Наконец горизонт на востоке начал светлеть, а впереди наметилась черная полоска леса.

— Даже не верится, что ушли, — подал голос Винсент.

— Не торопись, — осадил Пантор. — Нам еще возвращаться.

— Зачем? — не понял Винс. — Возьмем Книгу, и вперед. Север большой.

— Мне не нужен Север, — покачал головой Пантор. — Мне нужно как можно скорее вернуться на острова. Вместе с Книгой. Меня ждут.

Винсент потерял дар речи. Долго мычал что-то, потом замолк. Наконец собрался с силами и выдавил:

— Все-таки ты спятил. Во всяком случае, я не видел еще ни одного здравомыслящего человека, который по собственному почину вернулся бы в тюрьму.

— Там не тюрьма, — покачал головой Пантор. — Там тоже живут люди, и там новая жизнь. Там будущее!

— И нелюди, — пробурчал Винс. — Ладно. Допустим, ты балбес и тебе надо в тюрьму, что уже звучит нелепо. Но за каким духом тебе понадобилось возвращаться? Побережье большое, можно выйти на берег в другом месте. Сесть на корабль…

— Корабль стоит денег, — прервал излияния рыжего приятеля Пантор. — А их у нас нет. И не всякий повезет тебя на острова.

— Не вижу связи. Будто, если мы вернемся, деньги появятся.

— Не появятся. Но там, на берегу, есть человек, который нам поможет. Долго еще идти?

Винсент огляделся, смерил взглядом приблизившийся лес. Сощурился, словно что-то припоминая.

— Нет, не очень. Не отставай.

И он устремился к ближайшим кустам.

Ломиться через заросли долго не пришлось. Вскоре они вынырнули на тропинку, узкую, кривую, заросшую травой, но отчетливо заметную. Это было весьма кстати, так как прогулки сквозь бурелом не вдохновляли. Продираясь через кусты, Пантор разодрал рукав пиджака и теперь тщетно пытался сделать что-то с повисшим от локтя черным лоскутом. Тропинка кружила, изгибалась. Солнце еще не взошло. В лесу царил сумрак, и очень скоро молодой маг окончательно потерял направление. Рыжий, что шел впереди, судя по телодвижениям, тоже не очень-то хорошо здесь ориентировался, но не унывал. Через какое-то время он свернул с тропинки и заскользил между деревьями. Пантор не отставал. Солнце начинало красить розовым макушки деревьев. Винсент петлял, как перепуганный заяц. Менял направление, кружил. Будто запутывал.

— Мы не заблудились? — не выдержал наконец Пантор.

— Ты, может, и заблудился, — окрысился рыжий. — А я нет.

— Тогда чего мы по кругу ходим?

— Место ищу, — недовольно пробурчал рыжий.

Пантор снова заулыбался, чувствуя возвращение дурного всесильного веселья.

— А чего тут искать? Деревьев, что ли, мало? Вон хоть это. Чем не место?

Винсент бросил на приятеля уничижающий взгляд, но пошел к указанному дереву. Впрочем, не остановился, прошел мимо.

Начали трещать и свиристеть просыпающиеся птицы. Застрекотал в траве кузнечик. Судя по солнцу, Винс сделал еще один круг, хотя радиус явно изменил, ходили они явно не по одному и тому же месту. Хотя ощущение, что они заплутали, не пропадало, скорее крепло. Наконец рыжий остановился. Подошел к высоченной вековой сосне, хлопнул зачем-то ладонью по стволу. Бросил Пантору мешок с нехитрыми пожитками. Тот дернулся от неожиданности, поймал неловко.

— Ты куда? — не понял молодой маг.

— Наверх, — без особенного энтузиазма проговорил Винсент.

Вцепился в ствол и принялся карабкаться вверх. Лез неспешно, тяжело. Снизу он напоминал ленивого медведя, который устал прежде, чем начал восхождение.

Пантор отвел взгляд от теряющейся в кроне задницы, медленно, но верно уползающей наверх. Бросил вещи на траву, сел на землю и привалился спиной к твердому, пахнущему смолой стволу. Солнечные лучи уже протискивались сквозь густые кроны, просвечивали лес рассеянными потоками света. Верещали что-то бездумное и радостное птицы. Пантор закрыл глаза. Сознание поплыло, хотя, скорее всего, заснуть он не успел. Где-то рядом хрустнула ветка. Пантор вздрогнул, возвращаясь в реальность. Не иначе Винсент спускается. Он открыл глаза и замер.

Винсента не было. Зато шагах в пяти стоял… Пантор. Настоящий Пантор проснулся от непонятного чувства тревоги. Он не знал почему, но выглянул в окно и увидел, что его друг Винсент убегает вместе с толстяком магом. Почему, отчего и как — все эти вопросы привели молодого мага лишь к одному выводу: здесь крылся какой-то обман. К сожалению, Пантор увидел побег слишком поздно, но все равно решил действовать. Он поспешил за другом и злодеем магом, но сумел нагнать их лишь сейчас. Молодой маг запыхался, дыхания не хватало, глаза покраснели. В руке он держал железную балку, небольшую, но увесистую. Он был готов к бою. Похоже, его враг, завидев пришельца, тоже подготовился. Здойль достал магически модифицированный пистоль и наставил его на противника. По всему выходило, что этот толстый маг обыграл Пантора и Винсента как детей.

— Без глупостей, — посоветовал своим мерзким фальцетом маг. — Не надо резких движений. Мы только подождем, когда твой приятель принесет Книгу, и все. Он ведь за Книгой ушел?

Пантор молча мотнул головой. Кивок вышел неопределенным, по диагонали. Не то да, не то нет. Образ Пантора мгновенно растворился, и перед молодым магом предстал толстяк. Похоже, та магия, что Здойль использовал, была уже ни к чему.

— Обманывать некрасиво, — выдавил Пантор. — Проигрывать надо достойно.

— Ну, это как посмотреть, по мне, так это был правильный и удачный ход в нашей игре, не так ли?

Молодой маг не ответил, а задумался. Почему толстяк с пистолем? Ведь он маг. Сильный маг. Гораздо сильнее него. И знает об этом. Перестраховывается? Или…

Внутри похолодело.

Или пистоль нужен для маскировки. Если толстяк убьет их с помощью магии, его легко будет сделать виноватым, ведь на всю округу чудодей тут только один. Сам Здойль. А вот если воспользоваться пистолем — два выстрела и концы в воду. Трупы ничего не расскажут. А пистолем, пусть даже магическим, воспользоваться мог кто угодно. Не обязательно колдун. Но при таком раскладе выходило, что шансов у них нет и толстый пристрелит обоих.

— Я же говорил, молодой человек, — продолжал ухмыляться Здойль, — что вы игрок. Игрок. Вы даже посчитали то, что я могу попытаться уговорить вашего друга отдать мне книгу…