Судьба в руках твоих - Ена Вольховская

Здесь ее голос прозвучал настолько внезапно, что парни вздрогнули:

—Итак, в чем же дело?— устало спросила женщина, мельком глянув своими пронзительно голубыми глазами на Йозэля.

—В камне, который вам отдали десять лет назад,— спокойно ответил Йозэль — похоже, за время пути он успел договориться с совестью.— Мы думаем, что путешественник, остановившийся у вас в ту ночь, никто иной как Мессия Акари. Если мы правы, он отдал вам в качестве оплаты камень с этого посоха. Это важная часть реликвии бога знаний, и ее необходимо вернуть,— Йозэль медленно наклонил посох, направив его набалдашником в сторону женщины.

Рахна ненадолго замолчала и дотронулась до посоха, сильнее повернув его к себе. Она осторожно провела кончиками пальцев по краю пустующей оправы и с недоверием посмотрела на Йозэля.

—Зачем бы Мессии разбрасываться реликвиями своего бога?— с сомнением спросила Рахна.

—Поверьте, госпожа,— вмешался Сун,— нам бы тоже очень хотелось знать.

Йозэль опустил голову, выражая то ли смирение, то ли согласие.

—Сейчас это только догадки,— тихо произнес он, покачивая головой.— Возможно, Акари тут ни при чем, возможно, камень действительно был украден и вы встретились с вором в тот день, а может это и вовсе не тот камень, который мы ищем. Однако, других зацепок у нас пока нет.

Женщина тяжело вздохнула. На лбу ее пролегла глубокая морщина. Прошагав в сторону арки, оплетенной вьюнами, она остановилась, обняла себя за плечи, будто пытаясь согреться, и подняла глаза к ясному небу, едва видимому сквозь листву. Казалось, будто она просто пыталась что-то вспомнить. События столь давние, что уже успели изрядно поистрепаться. Но дело оказалось не в этом. Когда Рахна повернулась к парням лицом, в ее покрасневших глазах застыли слезы. Она поспешно смахнула их рукавом и покачала головой, когда Сун предложил ей помощь.

—Я… простите,— голос женщины заметно просел.— Это было так давно, я так мало помню. А то, что помню…— она всхлипнула и глубоко вдохнула.— Моя девочка…

Заметив, что Йозэль дергает его за рукав, Сун послушно подвел его к женщине и практически положил его руку на ее исколотые ладони. Йозэль взял ее за руки, а после аккуратно обнял за плечи, ничего не говоря. Рахна уткнулась лицом в его плечо и пару раз вздрогнула, явно подавляя рыдания, и тут же отстранилась, громко втягивая носом воздух.

—Нормально, все в порядке,— обмахивая лицо ладонью, протараторила она.

—Не торопитесь,— кивнул Йозэль.— Мы продолжим, когда вы будете готовы.

—Я правда в порядке, ребята,— попыталась она выдавить из себя улыбку, но выходило плохо.— Просто… эти воспоминания неподъемно тяжелые,— продолжая обмахивать свое лицо, Рахна подошла к кованной скамейке у тропы и села.— Этот камень, не примите за оскорбление, но иногда мне казалось, что именно из-за него все и случилось. Казалось, будто именно он принес беду в нашу семью,— она горько усмехнулась.— Какая же глупость! Камень ведь не может просто взять и убить…

Йозэль сделал пару шагов в сторону женщины, продолжая терпеливо слушать.

—Не знаю, как помочь вам, святой брат,— практически прошептала Рахна, склонив голову.— Я продала этот камень, даже не представляю, где он может быть сейчас. Столько времени прошло!

Йозэль кивнул.

—Скажите, вы помните, кому вы его продали?— мягко спросил он.

Рахна покачала головой, вперив пустой взгляд в землю. Лицо Йозэля на пару мгновений исказило отчаяние, но, к восхищению Суна, он быстро взял себя в руки, не позволяя лишнего в присутствии и без того страдающей женщины.

—Прости…

—Все в порядке,— легко улыбнулся Йозэль, хотя Сун догадывался, что на самом деле эмоции разрывали его на части.— Это мне стоит извиниться за то, что заставил вас снова вспоминать все это. Спасибо, что попытались помочь.

Женщина утерла едва выступившие слезы и поднялась со скамейки. На лице ее пролегли заметные тени — будто за эти минуты она сильно постарела. Всю былую элегантность и даже некоторую горделивость, с коей Рахна встречала их, как ветром сдуло, оставив после себя лишь иссушенную горем тень в неподобающе ярком наряде.

—Я хочу увидеть мою девочку,— выдохнула она.

—Если вам так будет легче, мы могли бы сопроводить вас к храму Моры,— сочувственно произнес Йозэль.

Сун мельком глянул на своего компаньона, вид которого буквально противоречил его же предложению. Лицо Йозэля заметно помрачнело. Ожидая ответа женщины, он склонил голову, дабы никто не видел сжавшихся в напряжении губ. Похоже, идея посетить городское кладбище на деле ему не по душе, чего нельзя было сказать о Рахне. Женщина вымученно улыбнулась и с благодарностью кивнула.

—Если нетрудно.

Храм Моры расположился на окраине столицы — кладбище всегда лишь растет, и ему нужно место. Маленькая часовенка в окружении могил и статуй богини смерти, не имевших никакого сходства с оригиналом, отделенная от города разве что дорогой — вот что из себя представляло самое мрачное место города. Холодным и темным оно казалось даже в разгар дня.

Городское кладбище будто не имело к Златославе никакого отношения. Оно выглядело настолько контрастно к близлежащим улочкам, что казалось отсеченным от них темным аптечным стеклом. Серый камень могил, черный металл покосившихся оградок и ни одного златолиста. Только огромные вековые ели.

В разгар рабочего дня здесь почти никого не было. Лишь редкие служители Моры, что следили за часовней да могилами, иногда сновали по протоптанным тропам.

По мощенной дорожке троица двигалась к часовне. Рахна шла заметно впереди, погрузившись в свои мысли, в нескольких шагах от нее двигались Сун и Йозэль и тихо переговаривались. С той секунды, как они выдвинулись к кладбищу, Йозэль явно нервничал, хотя и не выказывал прямо желания оказаться подальше отсюда. Он лишь крепче сжимал плечо Суна и незаметно покусывал нижнюю губу, идя с опущенной головой.

—Вы уже бывали здесь?— тихо спросил Сун.

—Чаще, чем хотелось бы,— раздраженно бросил Йозэль.

—Вы можете рассказать. Рахна ушла вперед, никто не услышит вас. Вас что-то пугает в храме Моры?

Йозэль покачал головой.

—Это место смердит отчаянием,— он повел плечами, на мгновение втянув голову.— И напоминает о прошлом. Знаешь, большинство столичных заказов я получил именно здесь. Ночью, в часовне, когда монахи уходили, а сторож за пару серебряных делал вид, что ничего не видел,— он ядовито усмехнулся, но уже через секунду его лицо вновь выражало лишь глубокую задумчивость.— Никогда не любил это место. Здесь даже воздух холоднее. Хотя в то время деньги неплохо заглушали лишние чувства.

—Сожалеете о прошлом?— спросил Сун, надеясь, что верно уловил суть.

Но Йозэль лишь вновь покачал головой.

—Отчасти. Но дело не в этом. Сейчас мне плевать на прошлое. Я на грани того, чтобы потерять будущее. И у меня, как назло, нет ни одной идеи. Я даже подумал, обратиться к бывшим патронам, но в таком состоянии мне нечего предложить им взамен.