Королевский шут - Игорь Лахов

Тут Штих схватил Фанни, в притворном смущении спрятавшуюся за меня, и привлёк её к себе, закончив «опус»:

— Да не туда! А вот сюда!

Класс! Публика наша полностью!

— А чего ты голым на площади делал? — сурово поинтересовался я.

— Так это… Грабанули меня по весне! До нитки обчистили! И куда только Глава Тайной Стражи смотрит?! Приличного человека! Не поверите — средь тёмной ночи! Замёрз как собака! Всё так съёжилось, Король Шутов, что мельче твоих бубенчиков на колпаке стало, и не поверишь, звенеть стало — тут не только завоешь, но и гавкать начнёшь!

— Идиот!

— Кто?! Глава Тайной Стражи?!

— Ты, дубина!

В дворцовом зале творилось нечто невообразимое! Привыкшие к однотипным ужимкам шутов, люди просто корчились в приступах смеха, воя не хуже «ограбленного» Хитрована. Даже сам Владыка не так пил, как расплёскивал вино, размахивая кубком.

Зашло! Ещё как зашло!

Моя труппа расслабилась и уже по «накатанной», не отходя от сценария, веселила публику. После представления мы разбрелись между приглашёнными, шутя и кривляясь на все лады. В особом почёте оказался Штих с железным «хомутом» на шее. У каждого встречного он грустно интересовался, нет ли у того хорошего кузнеца на примете, который снимет этот позор, попав не по носу, а куда надо. Сегодня, пожалуй, и Ипрохан не удостаивался стольких тостов, как мои шуты.

В какой-то момент вечера Владыка заснул пьяным сном, и придворные тихо разошлись, боясь потревожить его.

Шатаясь от усталости, вся скоморошья братия доплелась до моей комнаты и «растеклась» по стульям за столом.

— Ты зачем, демон туалетный, бзднул? — безэмоционально спросила у Парба Колокольчик, не стесняясь в выражениях. — Мало того, что чуть «не провалились» из-за неуважения к венценосной особе, так ещё дышать нечем стало.

— Ага, — поддержал её Штих, — мой чувствительный нос до сих пор помнит каждую «частицу сущего» твоей выходки.

— Извините… — смущённо стал оправдываться Скала. — Разволновался сильно — похлеще, чем Хитрован после допроса. Ещё поел плотно перед представлением. Увидел самого Владыку и понимаю — не сдержусь! Пришлось обыграть красиво.

— Если это «красиво», то страшно представить, что у тебя «ужасно»! — усмехнулся я. — Колокольчик тоже хороша! Зачем Веблию дразнила?

— Чтоб знала! Тебе не понять! Больше не буду, если Парбу перед выступлением жрать запретишь! Давайте спать уже? Ноги не держат…

— Да. Всем спокойной ночи! Отдохните, как следует. Сегодня получилось удивить, но расслабляться нельзя — с утра новые репетиции.

Зря я надеялся на спокойную жизнь. Мой день начался не со всеобщего сбора шутов, а со знакомого «серого», вежливо проводившего меня к своему хозяину.

— Выспался? — с улыбкой поинтересовался Сыч.

— Выспался… бы! — тоскливо ответил я. — У вас в «конторе» хоть кто-то спит до полудня?

— Только заключённые, Илий. Так что, цени раннюю побудку.

— Уже настроение улучшилось. Зачем позвали, герцог? Вчера шутки про Вас не понравились?

— Наоборот! — неожиданно рассмеялся Глава Тайной Стражи. — Мало того, что остроумно, так ещё и дальновидно! Я и Первая Советница получили порцию шутовских… эээ… шуток и никак на них не отреагировали в силу разных обстоятельств. Мы промолчали — другим тоже потом не по чину будет ерепениться. Лично зла не держу и, более того, стоя аплодирую. Каков Хитрован! Это же квинтэссенция «придурков-потерпевших»! Живут, словно заговорённые, по сторонам не оглядываясь, а как случись что — Сыч виноват! Будто бы я заставлял их по грязным борделям ходить и тугими кошелями хвастаться. Хотя доля правды есть — не дорабатываем. Человек на улице должен не по сторонам смотреть, а идти по своим делам смело. Ограбили или, не дай Творцы, убили кого — моя вина. Столько лет борюсь со всякой заразой, а каждое преступление до сих пор воспринимаю, как личное оскорбление, словно не уставший «ночной король», а молодой юноша-идеалист, впервые переступивший эти… Но я не об этом. Утром был у короля на совещании…

— Утром? Сейчас спозарань ещё! — удивлённо перебил я его.

— Ипрохан проспался — значит, утро настало. Что поделать, график ненормированный. Он под впечатлением от случившегося вчера и… — внимательно посмотрел на меня посерьёзневший Калеван, — хочет ввести новую ОФИЦИАЛЬНУЮ должность. КОРОЛЬ ШУТОВ!

— За что буду отвечать? Где подвох?

— Правильно задал вопрос! Подвох есть. Как таковых у тебя обязанностей не будет, но обязан присутствовать на наших советах, являя «волю Творцов». Как тебе?

— Хреново… Если нет чётких правил, то виноват буду во всём в случае неудачи. А Веблия чего?

— Понимаешь проблему! Вначале улыбалась с таким видом, будто ложку дерьма проглотила, а потом обрадовалась. Подставит при первой же возможности.

— Не к добру.

— Именно. Предупредил заранее, чтобы ты мог продумать свою линию поведения — шут или государственный деятель. Свяжись со своими заговорщиками, объясни ситуацию. Скажи, чтобы не тревожили по пустякам. Сейчас за твоей свитой будет очень пристальное наблюдение. Дело ваше — не лезу, но мой тебе совет опытного человека… Никаких необдуманных действий! Собирайте информацию. Кто как улыбнулся и на какой шутке, над кем смеются из придворных больше, а над кем меньше. Люди при дворце разные и не все сволочи. Тебе надо сколотить свою коалицию. Местные завсегдатаи, после того как ты стал в фаворе у Владыки, сами начнут искать к тебе подходы.

— Посоветуешь кого?

— Нет. Досье есть на каждого, но обстановка меняется не по дням, а по часам. Если только… Дружи с казначеем Санимом Бельжским.

— Твой человек?

— Нет. Не мой и… не архимага Кортинара. Не знаю, как он в этом всём замешан, но прислушивайся к словам грамотных людей.

— Скажи, Сыч! — пошёл я «в лобовую». — Ты знаешь практически всё и про всех. Можешь, при желании, стать первым человеком в Нагорном королевстве с таким компроматом. Почему сидишь в тени?

— Хочешь узнать правду? — грустно улыбнулся он. — Тогда доживи до моих лет, смени на посту Главы Тайной Стражи и всё поймёшь, заведя толстую папку личного дела на бывшего «ночного короля».