Легион призраков - Маргарет Уэйс

– Сир! – Д'Аргент подхватил короля, боясь, что тот сейчас упадет.

Крепкие руки секретаря привели Дайена в чувство. К королю вернулось самообладание.

Като держал руку на ручке аварийной двери:

– Проводите Его величество в его покои, – сказал он своим людям.

– Отставить, капитан, – резко прозвучал приказ Дайена. Королю стало холодно, его охватило оцепенение. – Контрольные аппараты, видимо, неисправны. Пусть специалисты утром проверят их. Освободите мне дорогу.

– Но, Ваше величество…

Дайен остановил возражения Като ледяным взглядом.

– Есть, Ваше величество. – Като с большой неохотой отодвинулся от двери, но своего оружия так и не опустил. – Если Ваше величество позволит мне войти первому…

– В этом нет необходимости, капитан. Я войду туда один, как просил архиепископ. Поставьте, как обычно, караул, а потом возвращайтесь к исполнению прочих обязанностей.

– Есть, Ваше величество.

Дайен перевел взгляд на своего секретаря, который все еще поддерживал его под руку.

Д'Аргент смутился и отпустил руку короля:

– Сир, если позволите, я мог бы сопровождать вас…

– Благодарю вас, Д'Аргент, но сегодня вечером вы мне больше не понадобитесь. Можете вернуться к себе.

Дайен остался один. Не чувствуя ни ног, ни рук, он взялся за ручку двери, и она тут же открылась.

Все электронные системы в кабинете для приемов полностью вышли из строя. Погасли даже аварийные лампы.

У окна спиной к королю стоял, сгорбившись, человек в сутане, не оглянувшийся, когда дверь открылась. Высокая фигура казалась черным призраком на фоне звездного сияния.

Дайен закрыл глаза, призывая на помощь всю свою смелость и собираясь с силами. Глубоко дыша, пытаясь унять мучительное сердцебиение, он вошел в кабинет.

Дверь за спиной у него замкнулась.

Над головой у Дайена зажегся один-единственный огонек. Луч белого, резкого и яркого света падал на короля. Ослепленный этим светом Дайен не видел больше человека, стоявшего у окна, но слышал шелест его сутаны и думал, что этот человек повернулся к нему лицом и рассматривает его.

Дайен стоял, не мигая и не двигаясь под лучом яркого света. Наконец, посетитель покинул свое место у окна и направился к королю. Вот он заслонил собою свет, и его тень простерлась над Дайеном, как крылья черного ангела.

Потом монах опустился на одно колено:

– Да хранит вас Бог, Ваше величество, – сказал он. Голос его прозвучал холодно и бесстрастно.

– Благодарю вас… лорд Саган, – ответил Дайен. – Встаньте, милорд.

– Я не лорд Саган, я брат Непрощенный, – возразил Саган, послушно встав с колена. Потом он поднял руку и снял с головы свой капюшон. – Дерек Саган мертв.

Дайен изумленно смотрел на него, пораженный тем, как изменился Саган за эти несколько лет. Густые черные волосы на висках стали совсем серебряными, лицо избороздили, придавая ему еще большую суровость, глубокие морщины, полны горечи были запавшие глаза.

– Мой вид шокирует вас, – сухо сказал Саган. – Я думал, что выгляжу еще хорошо… для покойника.

Дайен слишком поздно понял, что выдал свои чувства. Он совладал со своим лицом, стараясь тщательно скрыть жалость и сочувствие, но Саган ответил на старания Дайена презрительной усмешкой. Тогда Дайен сменил тему: прерогатива короля.

– И тем не менее я знаю, что лорд Саган жив и он находится здесь, передо мной, ибо только он так хорошо знаком со своим собственным космопланом, что сумел отключить мониторы и электронные системы.

Саган стоял не на свету, а достаточно далеко от единственного луча света и был скрыт темнотой, но Дайен все же сумел заметить, как мимолетная улыбка мелькнула на тонких губах монаха.

– Като превосходный офицер, – заметил Саган. – умный, проницательный, хитрый. Он узнал меня, хоть и сам не понял этого. Его разум восстает против того, что говорит ему сердце. Если бы я дольше оставался под его наблюдением, он не стал бы противиться правде.

– Он предпочел бы умереть, чем выдать вашу тайну.

– Я не сомневаюсь в этом, Ваше величество, – спокойно сказал Саган.

Дайен подавил вздох. Страдания оставили неизгладимый след на лице Дерека Сагана. Дайен не надеялся проникнуть в глубину его души, он лишь молил Бога облегчить его страдания. Но не тщетна ли была надежда, что эта мятежная душа обретет мир и покой? Какие жестокие противоречия до сих пор терзают эту душу?

– Если не возражаете, милорд, я хотел бы обращаться к вам именно так, пока вы здесь. Так… так для меня привычнее.

Саган пожал плечами, но ничего не ответил. Он отвернулся и некоторое время смотрел в окно.

«Сколько раз видел я его вот таким? – мысленно спрашивал себя Дайен, и сердце его сжималось от горьких воспоминаний. – Но это было давно, когда он и я метались между планетами. И вот теперь звезды сияют над нами, и мы оба стоим в темноте».

– Мне приятно снова видеть вас, милорд, – сказал Дайен, преодолевая неловкость и не очень ясно представляя себе, как ему продолжить этот разговор. – Что вы…

– Прошу прощения, Ваше величество, – сказал Саган, вновь повернувшись лицом к Дайену, – но Его преосвященство прислал меня сюда не затем, чтобы вести беседы вокруг да около.

– Прекрасно, милорд, – невозмутимо ответил Дайен, – какие новости вы принесли? Должно быть, очень важные, раз вы лично согласились доставить их.

– Самые важные. Вам угрожает опасность, Ваше величество. В опасности сама корона.

Дайен пожал плечами и улыбнулся:

– Опасность – часть жизни монарха, милорд, как вам хорошо известно. Я привык к тому, что каждый день моя жизнь под угрозой. Меня уже четыре раза пытались убить. Тем не менее я весьма признателен архиепископу за проявленное им внимание и заботу. И оттуда же исходит эта нынешняя опасность, милорд?

– Вы знаете откуда, – такой ответ Сагана явился для Дайена неожиданностью. Саган взял короля за правую руку и повернул ее ладонью вверх – под луч света. – Вы видели его.

Улыбка сошла с лица Дайена. Он взглянул на пять шрамов на своей правой ладони. Они вздулись и покраснели. Дайен быстро высвободил свою руку из руки Сагана и сжал пальцы в кулак, закрыв ими шрамы.

– Вы видели его, – резко повторил Саган.

– Кто он? – спросил Дайен, понизив голос.

– Ваш кузен, сир, – сказал Саган. – Единственный сын вашего покойного дядюшки, короля.

– Сын? – удивился Дайен, не веря своим ушам. – Мой дядюшка никогда не был женат. Он умер бездетным.

– Женат не был. Но не был бездетным. Оставил после себя сына.

– Вы говорите… Так что же, мой кузен – законный наследник престола?