Дом - Ольга Сонина

И станет у нас один такой коммунальный Дом.

Маги призадумались. Кажется их нужно оставить, при мне они навряд ли станут высказываться. Только куда податься? Пойду что ли прогуляюсь по садику. Цветочки посмотрю.

— Ты куда, — придержал стул Итон, когда я собралась только его подвинуть.

— Очевидно, оставляю вас, обсудите все. Не нужно?

— На глазах, — прищурился он.

— Хорошо. Я тут, — ткнула пальцем на садик.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он отодвинул стул вместе со мной и пересел на мое место, только я отошла от него. Теперь ему было еще лучше видно сад.

Ну что сад… Ничего, три деревца и одна клумба. Зато есть дорожка и скамейка в тени самого большого дерева у живой изгороди. Осмотр садика был совершен очень быстро. Дебаты на террасе шли полным ходом. Итон сверкал глазами то на одного, то на другого мага, что-то объясняя. И все время посматривал на меня. Я села на скамейку, закинула ногу на ногу. На колено поставила руку и на ладонь этой руки водрузила свою головушку. Одела солнечные очки, чтобы беспрепятственно разглядывать мужчин. Красавчики. Как на подбор все темноволосые и фактурные. С одним из них мне придется жить под одной крышей. С кем? Итон отпадает. Его теперь надо забыть…. Не всякий сразит на повал таким эпичным появлением и …. Плохо мне. Слезы льются сами.

Пальцев коснулось что-то теплое шерстяное. Я чисто автоматически почесала это нечто. Потом только посмотрела на свою руку. Пес. Грязный и лохматый. Голова большая, морда как кирпич. Подумалось что похож на немецкого дога, но слишком лохматый и грязный.

— Ты кто такой? Или такая?

Пес вскинул на мен свои удивительно, но голубые как у хаски глаза. Да такие умные, что и не верится, что глаза животного.

— хм… — я попыталась разглядеть сжавшееся у скамейки тело. Явно собака больше чем хочет казаться. Затюкали животное, — ты мальчик?

Пес зарычал недовольно.

— Девочка?

Ответ был очевиден. Мне на колени нагло положили морду, подставляя грязный загривок под почесушки.

— Девочка. Класс. Большая такая. И глаза красивые.

— Диана, — встревоженный голос Итона.

— Что? Вы закончили? — подняла на него взгляд.

Он стоял в шагах десяти от меня. Без пиджака и галстука с закатанными рукавами рубашки. Пальцы на его руках и в целом вся кисть были напряженны. Да и вообще, весь весь напряжен, сжат, словно пружина. Краем глаза заметила движение с краев. Собака зарычала, скосив на него взгляд, но при этом еще сильнее прижалась ко мне.

— Собаку не тронь, — сразу сообразила я и одной рукой сжала шею животного, — песик тебе ничего не сделал и мне тоже.

— Я и не собирался, — он расслабил кисти и они повисли обманчиво расслабленными.

Да? И остальные? –

Он сделал легкий жест рукой и движение с боков прекратилось.

— Что? — вопрос в целом содержал множество других, отражавших ситуацию.

— Сейчас ты нежно чешешь за ушком хисину. Ядовитую помесь обычного волка и собаковидной твари из разлома.

— И?

Ее укус убивает, — будничным тоном сообщает он мне, словно мы погоду обсуждаем.

Разве она кусает меня?

— Она опасна.

— Да ладно. Ты хочешь меня укусить? Съесть? — обратилась я к хисине, что прижимала свою морду к моему животу, словно ища защиты. Та лишь глухо заскулила и забила хвостом по скамейке. От чего та затряслась, а я посмотрела на Итона, — вот видишь.

— Вижу.

Он сделал несколько шагов ко мне. Достаточно резких и быстрых. Только бывшая добродушной собачка вдруг припала к земле и зарычала. Да так страшно, что вышедший на террасу хозяин таверны с подносом его уронил. Звон стекла, рычание собаки и алые всполохи в руках Итона.

У меня когда-то была собака. У мамы… давно. А потому.

— Хани, ФУ! Этого дядю есть нельзя! — вскочила я на ноги и попыталась встать между ними.

Странное дело, но собака послушалась. Села ровно и посмотрела мне в глаза.

— будешь Ханной. Хани, Ханочка?

В ответ тихое «гав».

— Класс! — потерла я руку об руку и потопала мимо Итона, — у меня теперь есть жутко страшная и ядовита собака, — он поджал губы и чуть повел головой недовольно, его не отпускало напряжение, но я добавила, — может мне теперь не нужен маг-защитник. Как думаешь? Хани, пойдем. Рядом!

Собака схватила оставленные мной на скамейке очки в зубы и потрусила за мной. Поравнявшись со мной ткнулась мордой в ладонь, возвращая забытую вещицу. Худая. Одни кости и клоками торчащая шерсть. Мы гордо прошествовали мимо Итона. Кажется я услышала как хрустят суставы в его руках. Давай, уходи, решай свои проблемы. Я буду заводить себе каждый день диких и опасных зверюг.

Уселась в гордом одиночестве во главе стола. Стол оказался накрыт. Хозяин до того лишь посуду дополнительно решил вынести. Ее и уронил. Сейчас красный как рак убирал ее, поглядывая на Ханну. Кусок мяса с моей тарелки сразу же исчез в огромной пасти.

— Как тебя прокормить, хисина? — спросила я счастливую собаку, гипнотизирующую кусок мяса на соседней тарелке, — И как тебя мыть?

Радом скрипнули стулья. Хани зарычала.

— Этих тоже можно не есть, — бросила я, натыкая на вилку кусок огурца, — хотя, я могу понять, настроение паршивое.

— У тебя или у собаки? — тихо спросил Итон

— У меня. Хочу Домой. Давай покончим с этим по скорее. Найдем мясную лавку. Хани нужна еда, — так же тихо ответила ему, затем отправила в рот кусочек обжаренного картофеля.

Раздражение внезапно накатившее на меня все усиливалось. Это стало беспокоить меня. Ведь прежде такого не было.

— Нужно Домой, — я встала, — срочно.

Ты что-то чувствуешь? — спросил тут же.

Раздражение… мм… — закрыла глаз, пытаясь прислушаться, — Гнев. Итон, гнев.

— Открывай дверь в Дом. Так быстрее всего.

— Но…

— Открывай, — он достал из пиджака бумажник и на стол легли четыре золотые монеты.