Рожденная светом - Мария Боталова

— К ректору пойдем.

— Хм… да, конечно.

Оставлять Терха бродить по моей комнате одного совсем не хотелось. Но что уж поделать, нужно разобраться в происходящем.

Несмотря на поздний час, Вертер деа Рис обнаружился в своем кабинете. Переполох с нашим появлением не поднялся, но нескольких преподавателей ректор созвал и пообещал проверить, что же там произошло. А нам с Мирой велел отправляться в лечебное крыло. Оно, кстати, не сильно отличалось от обычного медицинского кабинета. Стол для врача, кушетка для больного, какие-то баночки, скляночки и запах лекарств, правда, с преобладающими травянистыми нотками.

— Магия эдарена? — худощавая женщина в длинном зеленом одеянии внимательно осмотрела мою руку, сначала окутанную голубоватым мерцанием, потом — уже без него. Ей не составило труда рассеять наложенную Терхом магию, но на то, наверное, и был расчет ледяного демона.

— Да.

— Значит, быстро пройдет. Сейчас обработаем мазью от ожогов, и к утру следов не останется.

Пока лекарь возилась со мной, в кабинет заглянул ректор.

— Все, Тайс. Обследовали мы твою комнату, никаких заклинаний на ней нет. Видимо, злоумышленник не смог проникнуть внутрь. Или не хотел.

— Как Вы думаете, Вертер деа Рис, что это было? Покушение?

— Хм… пока неизвестно. Может, у тебя были враги?

Ну вот опять. Не называть же Иссею, которая постоянно сплетни обо мне распускает?

— Несколько раз мне присылали записки с предупреждениями.

— Какими? — ректор нахмурился.

— Если я не покину академию, меня убьют.

— Вот как… — он задумался. — Что ж, в этот раз тебя убить не пытались, но, в таком случае, произошедшее очень похоже на очередное предупреждение. Записки у тебя сохранились?

— Я их в туалет смывала…

— Понимаю твои опасения, — Вертер кивнул. — Давай так. Если новая записка все же появится, ты не будешь ее трогать, а позовешь меня. Договорились?

— Договорились. А сейчас-то что делать?

— Возвращайся к себе в комнату. Там безопасно, и двери уже починили. Мы, конечно, еще расследование проведем. Но постарайся никому больше не рассказывать о случившемся. Незачем, чтобы другие студенты знали об этом. Среди них ведь может оказаться тот, кто тебе угрожал.

— Думаете, все серьезно?

— Не знаю. Вполне возможно, кто-то просто очень тебе завидует. Отдыхай, Тайс. Ректор собирался уже выйти, но я его окликнула:

— Ас первым происшествием в комнате это может быть связано? Ну, там же потолок провалился. И если б я была в тот момент в комнате…

Вертер странно улыбнулся и покачал головой.

— Нет, эти два события между собой не связаны.

После того как осмотрели Миру на предмет повреждений, нас обеих отпустили.

— Как насчет того, чтобы я переночевала с тобой?

— Думаю, со мной ничего не случится, — я улыбнулась. — Но если хочешь, с радостью поделюсь своей шикарной комнатой! Там кровать широкая. И диван есть, если что.

— Да мне как-то не по себе, — Амирена передернула плечами. — Неужели тебе не жутко после того, что случилось?

— Если б меня приложило сильнее, то, наверное, испугалась бы тоже сильнее. Вы с Терхом меня спасли.

Я понимала, что, скорее всего, просто еще не осознала в полной мере, какой опасности подвергалась. Слишком шокирована была в первый момент, а теперь вот… будто ничего не произошло. Мозг отказывается воспринимать информацию, или перерабатывает ее втайне от меня. Потом как вдарит осознанием — мало не покажется! Ну а пока можно поразмышлять.

— Я сама не поняла, как такое получилось, — призналась подруга.

— Как успела огонь на защиту призвать?

— Огонь? — она нервно хихикнула. — Это крыло было. Я крылья раскрыла.

— Хм…

Удивительно, конечно, так ведь для феникса, наверное, это нормально?

— Еще года два мои крылья не должны были появляться.

— Это как?

Мира загадочно улыбнулась. Продолжила только в комнате, когда мы закрыли дверь на замок.

— Понимаешь, фениксы ведь намного дольше обычных людей живут. И развитие у нас происходит постепенно. Сначала учимся контролировать огонь, чтобы не поджигать все подряд. Потом появляются огненные крылья. Сначала тоже бесконтрольно, возникают, когда им вздумается. Со временем феникс учится призывать их по желанию, и только потом — летать с помощью крыльев. Мои должны были появиться не раньше чем через два года.

— Ого, — я села на кровать. — Значит, стресс помог проявиться твоим крыльям намного раньше!

— Видимо, так.

— Ты располагайся, где удобно. Можем даже кровать расправить. Смотри, она двуспальная. Обе поместимся, даже не натолкнемся друг на друга.

Мира задумчиво взглянула на кровать, огромную, между прочим. Говоря, что мы друг на друга не наткнемся, я ничуть не преувеличивала.

— Знаешь, мне кажется, с твоим переездом не все так просто.

— Мне тоже так кажется.

Я старалась не думать, почему именно вид огромной двуспальной кровати натолкнул подругу на такие мысли. Потому что от таких размышлений хотелось нервно хихикать. Безумие какое-то. Чтобы Альвеир — и подстроил мой переезд?! Ради двуспальной кровати, ага!

— Мира, я хочу кое-что тебе рассказать.

Безумствовать, так безумствовать! В конце концов, подруга спасла меня сегодня. Значит, имеет право знать…

— Надеюсь, разговор будет долгим? — она уселась на кровать рядом со мной. — Честно говоря, совсем не хочется спать. Боюсь, после такой встряски вообще не удастся заснуть.

— Значит, доведем себя до изнеможения. Чтобы рухнули без сил и сразу вырубились. В общем… я из другого мира…

И я обо всем рассказала. Поведала, как очутилась на площади в маленьком городке, как появились свирепые ваграги и меня спас Альвеир. Умолчала только о том, что он сам валялся там полуживой и без памяти. Зато рассказала, как мне помогли добраться до академии и что уже здесь вспомнила последний момент, проведенный в моем мире.

— А я ведь догадывалась, что ты из другого мира, — заявила подруга, когда я закончила рассказ.

— Слишком тупая, да?

— Нет конечно! Ты все быстро схватываешь, но не знаешь элементарных вещей. Если хочешь сохранить свой секрет, тебе нужно быть осторожней.

— Постараюсь задавать тупые вопросы отныне только тебе.

— Это сложно, — Мира кивнула. — Ты ведь и не знаешь, что известно всем, а что — нет.

— Увы, — я развела руками. — Старалась сильно себя не выдавать, но, видимо, уже не раз прокололась.