Полет Кондора - Владимир Лещенко

Над руинами Красиловки вилась стая воронья, изрядно действуя Шторму на нервы. Казалось бы, ворона, единственный в Зоне представитель семейства пернатых, — самое безобидное здесь существо. Даже полезное — если оголодаешь, можно поесть. А вот поди ж ты…

Впрочем, возможно, дело не в воронах, а в усталости и еще в опасениях потерять след Кондора и его спутника. Но все же свернуть с «охотничьей тропы» и временно прекратить преследование парочки пришлось — ибо в этом мертвом селе у команды Шторма был один из схронов с тушенкой и боеприпасами. Патроны им без надобности, а вот жратва не помешает — их запасов осталось на два дня.

Чем ближе они подходили к домам давно мертвого поселения, тем тревожнее становилось на сердце. Ибо если в чистом поле внутри Периметра грозят опасности вроде аномалий да собак с кабанами, то именно в руинах, как известно самому тупому «отмычке», почему–то кучкуются всякие твари от крыс до контролеров. Которые, кстати, кроме всего прочего, еще и нередко каким–то образом вынюхивают сталкерские ухоронки и разоряют их — причем что не сожрут, то обязательно испортят, раскидают, загадят. Или того хуже — устроят вблизи тайника засаду.

Многие бродяги даже старались делать тайники подальше от развалин — но по странному стечению обстоятельств они чаще терялись в изменчивом пейзаже Зоны либо содержимое их портилось от выбросов или радиации.

Вот и первая улица. Почему–то дома на ней уже развалившиеся, одноэтажные, вместе с подворьями, через один глубоко ушли в землю — иногда до уровня подоконника.

— Черт, как будто кто–то землю вскопал! — сообщил Барс, разглядывая холм довольно свежего грунта, напоминающего большую кротовую кучку, увеличенную раз в тридцать. Или уже кроты–мутанты появились? Кому тут копаться?

— А кто у нас под землей на Зоне обретается? Бюреры, что ли?

— Мертвецы под землей обретаются, — бросил Шторм. — Хватит болтать… Пошли.

И они двинулись по улицам бывшего райцентра, разрушенного стихией и временем. Мимо мастерских, судя по обломкам комбайна, ремонтировавших сельхозтехнику, мимо мешанины кирпича и балок на месте школы, мимо лежащей на боку водонапорной башни, мимо котельной, над которой торчала покосившаяся труба, покрытая сверху «ржавым волосом».

— Точно х… волосатый, — бормотнул Ротор.

Мимо торчащих на обочине проржавевших остовов автомобилей, чьи лишенные резины колеса ушли в рассыпавшийся в крошку асфальт. Внутри одной из них, кажется, старой «Лады», скалился череп, уставясь на мир немигающим взором пустых глазниц.

Улица, по которой они шли, выглядела странно: руины добротных двух–трехэтажных домов и рядом — уцелевшие халупки… Ржавая жесть и шифер с кровель полуразрушенных домов валялись на мостовой там и тут.

Шторму все меньше нравилась здешняя тишина. Противное, тянущее чувство опасности не ослабевало.

От ремзаводика донесся заставивший всех замереть ржавый скрежет — должно быть, ветер пошевелил стрелу крана…

Компания погрузилась в гнетущее молчание; были слышны только шелест ветра в пожухлой траве да перекличка ворон… Потом в тишину вплелась трель счетчика Гейгера, перешедшая в верещание.

Ах ты!

Они все скопом шарахнулись прочь.

На то, чтобы найти другой путь — где прибор не стрекотал, а всего лишь пощелкивал, — и миновать радиоактивное, пятно ушло с полчаса.

Остановившись на перекрестке, они распили последнюю оставшуюся водку.

Прямо напротив них оказалось мрачное двухэтажное здание с распахнутыми дверьми и выбитыми окнами — сельская школа, в которой уже не суждено никому учится.

— Слушайте, а если мы проберемся напрямик через школу, то схрон наш будет метрах в ста, как я прикидываю, — сообщил Базука, глянув на ПДА.

Шторм лишь кивнул в ответ.

— Но сперва бы это… проверить надо — мало ли что там. Кто пойдет?

Компания секунд пять постояла, переглядываясь. Вызываться первому никому не хотелось, ибо каждая такая разведка — это лишняя возможность встретиться с последней аномалией в жизни.

— Мужики, а это… — первым нарушил тишину Ротор. — Ну, короче, ладно, я, это… — он запнулся, — кровосос…

— Ты кровосос? — осведомился Блоха, хихикнув. — А щупальца на водку обменял?

— Харэ шутить! — гыгыкнул Базука. — Вроде и выпил мало.

— Ротору больше не наливать! — поддержал Тягач, весело ухмыляясь.

— Да нет же! — взвизгнул Ротор, бледнея. — Кровосос!

И в тот же миг откуда–то сзади послышался шорох и что–то вроде сипения старой водопроводной трубы. Сердца всех пятерых сжались, и все пятеро синхронно развернулись.

Увиденное вогнало их в ужас. Из переулка на них надвигался размытый, летящий словно по воздуху силуэт со множеством щупалец на месте рта. Голый, безволосый и покрытый гнусными лишаями череп; горящие инфернальным светом кроваво–красные буркала; сплюснутый, уродливый нос; и пожалуй, самое мерзкое — толстые сизые шевелящиеся щупальца, свисавшие с подбородка. Силуэт мерцал, тая и вновь густея, — тварь пыталась включить стелс–режим, хотя смысла в ситуации лобовой атаки в этом уже не было.

— А–а–а!!! — завопил Ротор, и крик его подхватили остальные.

…Судьба вытолкнула им навстречу одну из самых опасных тварей, обитавших за Периметром. Дьявольски живучие и сильные кровососы могли своими острейшими твердыми когтями разодрать кевлар. Присосавшись к жертве, они со скоростью центробежного насоса высасывали кровь, лимфу, да и все жидкости — даже, говорят, мозг из костей; после такой процедуры от человека остается лишь высохшая, напоминающая мумию оболочка. Они могли становиться невидимыми и были очень хитры. В общем, встреча однозначно не сулила ничего хорошего.

И в те краткие мгновения Шторм вспомнил одну из мириада баек, имеющих хождение в Зоне, — будто бы неведомый геноинженер, создавший этот спрутоголовый ужас, был тайным поклонником пресловутого Ктулху…

— Мать твою!!! — взревел Базука, разряжая «Вал» в смутную длиннорукую тень.

Выплюнув две пули, автомат замолк — мародер забыл сменить магазин. Огромное создание бросилось на людей — пули если и попали в него, то не причинили, кажется, никакого серьезного ущерба. Тварь отскочила в сторону, и еще одна очередь, пущенная Штормом, пронеслась мимо.

И вновь тварь помчалась прямо на них, то исчезая, то появляясь…

Миг — и мутный силуэт уже среди них… Мародеры, однако, тоже были не промах — и прыгнули в разные стороны, как огромные лягушки. Это их и спасло — при всей силе и живучести кровососы были отменно глупы, и в ситуации, когда большая цель распалась на несколько поменьше, тварь поневоле была вынуждена потратить какое–то время на выбор — с кого начать.

Ротор, как ни был напуган, успел уклониться, завалившись назад и упав на землю.