Золотая лилия - Райчел Мид

— Вообще-то я никогда с ней не общалась, — произнесла я. Я не жалела о своем поступке, но внезапно почувствовала себя очень странно. — Но я попросила Соню с Дмитрием.

— А потом она поговорила с моим стариком.

— Вроде того.

— Так я и знал, — прошептал Адриан. Я даже не поняла, что прозвучало в его голосе — беспокойство или облегчение. — Я был уверен, что все исходило от тебя. Никто больше не стал бы этого делать для меня. И Лисса сразила старика наповал. Он проникся. Прислал мне денег на машину. И повысил пособие до разумного уровня.

— Здорово! — обрадовалась я. — Разве не так?

На мобильнике высветилась очередная смс от Брэйдена. «Тогда вечеринка уже закончится».

— Но почему? — спросил Адриан. Он уселся на пол рядом со мной. Вид у него был почти что безумный. Он подался ко мне, а затем удивленно отодвинулся, но — лишь на пару дюймов.

— Почему ты так поступила? Зачем делала это для меня?

Прежде чем я успела ответить, пришло сообщение: «Ты успеешь вернуться?» Я невольно разозлилась на недогадливость со стороны Брэйдена. Не задумываясь, я ответила: «Не думаю, уходи лучше сейчас. Я завтра позвоню. Извини». Я выключила телефон — хватит мне смс! И взглянула на Адриана. Он напряженно смотрел на меня.

— Я сделала так потому, что с тобой обошлись несправедливо. Ты заслуживаешь доверия. А он должен понять — ты не таков, каким он тебя всегда считал. Он должен осознать, кто ты есть на самом деле, помимо тех представлений и предубеждений, которые он на тебя навесил. — Я не могла остановиться. Мне не хватало духа встретить его взгляд в молчании. — Сколько можно, чтобы ты объяснял ему, кем ты являешься в действительности, а он тебя не слушал? Мне не нравится использовать других для своих целей, но другого выхода не было.

— Похоже, это сработало, — произнес после паузы Адриан. — Спасибо.

— Он сказал тебе, как связаться с матерью?

— Нет. Очевидно, его гордость мной не зашла настолько далеко.

— Возможно, мне удастся выяснить, где она находится, — сказала я. — Или… Дмитрию — наверняка. Ведь твоей матери разрешена переписка.

Адриан слегка улыбнулся:

— Ну вот, опять. Почему? Зачем ты помогаешь мне?

У меня имелось наготове великое множество ответов, от «так правильно» до «я не знаю», но я просто ответила:

— Потому что хочется.

Теперь Адриан и вправду улыбнулся, но было в его лице что-то мрачное и самоуглубленное. Он придвинулся еще ближе.

— Тебе жаль этого чокнутого?

— Ты не чокнутый, — решительно заявила я. — Ты сильнее, чем думаешь. В следующий раз, когда будешь себя чувствовать подобным образом, сосредоточься на чем-нибудь и напомни себе — кто ты такой.

— На чем, например? На волшебном предмете?

— Необязательно, — возразила я. — Держи. — Я расстегнула свою цепочку с крестиком. — Мне он всегда помогал. И тебе пригодится. — Я сунула цепочку ему в руку, и Адриан поймал мои пальцы прежде, чем я успела их отдернуть.

— Что это? — спросил он. Потом пригляделся. — Подожди-ка, ты все время его носишь.

— Я купила его очень давно в Германии.

Адриан принялся разглядывать крест, не выпуская моей руки.

— Никаких завитушек. Никаких тайных выгравированных символов.

— Поэтому он мне и нравится, — призналась я. — Он не нуждается в прикрасах. Многие из старинных воззрений алхимиков основывались на чистоте и простоте. Ничего лишнего, как и здесь. Возможно, он поможет тебе сохранять ясность рассудка.

Адриан, продолжавший смотреть на крест, поднял глаза. Наши взгляды встретились.

На его лице промелькнуло странное чувство, которому я не смогла дать название. Он словно обнаружил нечто глубоко его встревожившее. Адриан глубоко вздохнул и притянул меня к себе. Его зеленые глаза казались темными из-за пламени свечи, но не менее чарующими. Он обнял меня, и я почувствовала, как от его пальцев растекается тепло.

— Сейдж…

Внезапно комната озарилась ярким светом. Очевидно, Адриан, не беспокоясь из-за счетов за электричество, решил на всякий случай включить все лампы. Чары развеялись. Мы дружно зажмурились, ослепленные на миг. Адриан отшатнулся от меня. Крест остался в моей руке.

— Тебе не надо на вечеринку или в общежитие? Не боишься подпасть под комендантский час? — спросил он, не глядя на меня. — Я не хотел тебя задерживать. Черт, мне вообще не следовало тебя беспокоить! Извини. Тебе твой Эйден сейчас писал?

— Брэйден, — поправила я, вставая. — Все нормально. Он ушел, а я отправляюсь сразу в Амбервуд.

— Извини, — повторил Адриан, двинувшись к двери следом за мной. Я испортил тебе вечер.

— Чем? — Я чуть не рассмеялась, вспомнив о всех безумных вещах, с которыми мне приходилось иметь дело. — Нет, чтобы испортить вечер, нужно что-нибудь посерьезнее. — Я сделала несколько шагов и задумалась. — Адриан!

Он наконец посмотрел прямо на меня, и его взгляд чуть не сбил меня с ног

— Что?

— В следующий раз… когда ты захочешь поговорить со мной все равно о чем, — не надо напиваться для храбрости.

— Легче сказать, чем сделать.

— Вовсе нет. — Я снова двинулась к двери, но Адриан остановил меня, положив руку на плечо.

— Сейдж!

Я обернулась.

— Что?

— Знаешь, почему он мне не понравился? Брэйден?

Я была изумлена тем, что Адриан правильно произнес его имя, и даже не смогла ответить, хотя в голове имелась пара вариантов.

— Из-за его слов.

— Каких именно?

Тогда Брэйден много чего наговорил, я не могла понять, что имеет в виду Адриан.

— Про историческую неточность, — он взмахнул одной рукой, не снимая другой с моего плеча. Как, черт подери, он мог смотреть на тебя и болтать про Древнюю Грецию?

— Но платье действительно исторически неточно, — признала я.

— Он не должен был так говорить!

Я переступила с ноги на ногу, понимая, что пора идти… но продолжала слушать Адриана.

— Его не переделаешь.

— Он не должен был так говорить, — пугающе серьезным тоном повторил Адриан. И наклонился ко мне. — Мне плевать, что он не склонен к проявлению эмоций или к комплиментам. Увидеть тебя в красном платье в этом пламени и золоте и вещать про какие-то анахронизмы! Я бы на его месте сказал: «Ты — самое прекрасное создание на свете!»

У меня перехватило дыхание и от слов Адриана, и от того, как он их произнес. Меня заполнило незнакомое ощущение. Я уже не знала, что и думать… Надо уходить отсюда — подальше от Адриана, от всего, что я не могла понять. Я вырвалась и с удивлением обнаружила, что дрожу.