Прикосновение полуночи - Лорел Гамильтон

– Лорд Иннис, повелитель призраков, ранентяжело. – Она выговорила это очень осторожно. Хвост каштановых волос у неена затылке почти совсем растрепался, и волосы уже ложились тяжелой волнойвокруг бледного лица. Глаза широко распахнуты, словно от шока, но в голосеследов волнения не было.

– А мне какое дело? – спросила я.

– Он свободный лорд двора, которым ты собираешьсяправить, – ответила она.

– Один из многих, Канна. Не вижу в нем особой ценноститолько потому, что у него хватило силы и связей не попасть в гвардию.

– Многие считают, что свободные лорды значат больше,чем мы, гвардейцы.

– Потому что забыли о времени, когда получитьприглашение в королевскую гвардию считалось большой честью. Тогда служба вгвардии была наградой, а не наказанием.

– Ты говоришь о таких давних временах, что помнить ихне можешь, – возразила Канна. – Тебя тогда еще не было на свете.Откуда тебе знать?

– Я прислушиваюсь к рассказам, Канна. Я знаю нашуисторию. Многих из лучших и наиболее одаренных воинов в гвардию пригласили, ане загнали угрозами. Повинностью и наказанием служба в гвардии стала...позднее.

– Так ты оставишь свободного лорда истекать кровью досмерти?

– Если встанет выбор между человеком, рисковавшимжизнью, чтобы спасти моего любимого, и человеком, пытавшимся его убить, то –да, пусть умирает. Если до этого дойдет, конечно. Не ты ли, лорд Киеран,сказал, что сидхе, способный умереть от потери крови, – это не сидхевовсе?

Кристалл чуть отодвинул меч, чтобы тот мог ответить.

– Иннис – из чистейших сидхе, не какой-тополукровка-пикси.

– Забавно, как все же одинаково выглядит кровь,пролитая на землю, – заметила я. – Кто-нибудь из моих людей ранен,кроме Адайра?

Я вглядывалась в лицо Киерана и была вознаграждена – вид унего стал недоуменный.

– Ты действительно оставишь Инниса умирать?

– Назови мне причину, по которой этого не следуетделать, – предложила я.

– Он не настолько мне близок, чтобы я за неготорговался, – заявил Киеран.

– Ну так он будет лежать и истекать кровью, пока я непередумаю.

– Клан Инниса силен, принцесса. Не стоит приобретатьтаких могучих врагов.

Тут я расхохоталась:

– Он уже показал себя моим врагом.

– Мы нападали не на тебя, – сказал Киеран.

Адайр с трудом стоял, прислонившись к стене, истекая кровью.

– Посмотрите его рану, скажите мне, насколько онаопасна, и я последний раз спрашиваю: кто-нибудь еще из вас ранен?

Айслинг заговорил из-под своего плаща, скрывавшего его почтицеликом:

– Я позволил этой меня достать. – Он подкрепилсвои слова нажатием меча на горло Меланжель. Достаточным, чтобы пуститьтоненькую алую струйку.

– Это ты едва не вдавил шлем ей в череп? –поинтересовалась я.

– Да, но уже после того, как она меня порезала. –Он был очень недоволен собой.

– Холод, замени кем-нибудь Айслинга, надо осмотреть егорану.

– Готорн, – коротко скомандовал Холод. Готорннадел шлем и занял место Айслинга.

Догмэла стояла между двумя группами, словно не могла понять,что ей делать. Меланжель была ее капитаном. Если только она не пожелаетвысказать ту же просьбу, что и Хафвин ей придется вернуться под началоМеланжель. Тем, кто оказался в гуще дворцовых интриг, приходится нелегко.Догмэла была в чем-то похожа на Галена: все мысли и чувства отражались у нее налице. Дралась она на моей стороне, но теперь никак не могла решить, к чему ееобязывает верность. Ее колебания заставили меня отнести ее к категории тех,кому не стоит слишком доверять.

Хафвин и раненые стражи отошли к стене, оставив Галена у меняна коленях. Я провела рукой по его рубашке:

– Тебе стоит начать носить кольчугу.

– Не поможет, если только она не будетзачарована, – буркнул Адайр. Хафвин и Айслинг помогали ему раздеваться,снимая детали брони. Поддевка была вся красная от крови, на боку снизу в нейзиял широкий ровный разрез. – Смотри, вот эту броню он пробил.

– Твоя броня все же делает честь своемусоздателю, – отметил Киеран. – Я не смог ее пробить. Мне пришлосьискать шов.

– Клинок из металла не отыскал бы это отверстие, –вздохнул Адайр. Поддевка отвалилась по кускам. Льняная нательная рубашка подней превратилась в красную тряпку.

– Вот почему магия всегда побеждает в споре соружием, – наставительно произнес Киеран.

– Инниса не магия остановила, – возразил Кристалл.

– Человеческая магия, – отмахнулся Киеран.

– Пистолеты – это не магия, – взялся споритьКристалл, – это оружие.

Киеран покачал головой.

– Что есть человеческая наука, как не другое имя длямагии? Вот сейчас принцесса привела человеческих чародеев в ситхен. Позволилалюдской магии свободно разгуливать по последнему нашему убежищу.

– Это повод напасть на меня, – сказала я, –но не на Галена. Почему выбрали его?

– Может, мы напали бы на любого из твоих стражей,попадись он нам в одиночку, – ухмыльнулся Киеран.

– Нет, – возразил Гален, не поднимая головы с моихколен, – когда я выбежал из-за угла, Меланжель сказала: "Мы ждалитебя, зеленый человек", – а потом Киеран ударил меня в спину. Где выпрятались? Я должен был пройти в шаге от вас.

– Иннис может спрятаться на ровном месте, –сообщил Холод, – и спрятать еще одного-двоих, если они будутнеподвижны. – Холод все еще был настороже, охраняя меня. Он не смотрел нараненых и не принимал участия в беседе. Он работал, и это было видно всякому.

– Так почему Гален, Киеран? – я повторила вопрос.

– Лорд Киеран, – поправил он.

Я покачала головой, рука соскользнула чуть дальше по грудиГалена, и теперь я чувствовала стук его сердца.

– Хорошо. Лорд Киеран Ножерукий, ответь на мой вопрос.

Он смерил меня взглядом, высокомерный и красивый, какбольшинство сидхе. Но его красота была холодной, а может, это мне так казалось.

– Ты меня пленила, но тебе не заставить меня отвечатьна твои вопросы. Отведи меня к королеве и оставь в покое.

Я уставилась на него, чувствуя биение сердца Галена подладонью. Киеран так храбр или просто думает, что королева ничего с ним несделает?

– Ты напал на королевского стража. Тебя не оставят впокое, лорд Киеран.

– Сиобхан чуть не убила наследницу трона и все же жива.В заключении, но жива. Домашний мучитель королевы не отваживается тронутьволосок у нее на коже, так что ее даже не пытают. Она посидит в клетке, пока неосвободят принца Кела, а потом снова станет его правой рукой. Если королева такобошлась с той, кто едва не убила ее наследницу, то что ей до нас? ПодданныхНерис оставили на свободе, хотя все они – заговорщики. Они пытались убить итебя, и саму королеву – и никак не пострадали. – Он высокомерно фыркнул, ився его красота вдруг показалась уродством.