Мерле и повелитель подземного мира - Кай Майер

Мерле не могла издать ни звука.

Молчала и Королева Флюирия.

У Мерле дрожали руки и ноги, когда она наконец поднялась и прислонилась к перилам. Рядом с ней встала и Юнипа, раскрыв во всю ширь свои зеркальные глаза, в которых пылал Каменный Свет, словно бы награжденный разумом. Но вот Юнипа придвинулась ближе, и яркое отражение Света в ее глазах погасло. Теперь Мерле видела в них только саму себя, заплаканную и растрепанную, и была рада, что Юнипа тут, с ней, и бормочет ласковые слова утешения, которых, правда, не разобрать, но ласковый тон всегда действует успокаивающе и ободряюще.

И снова — грозный и громкий треск.

Гибель обсидианового льва не смогла утихомирить и остановить Искандера. Он снова бросился на каменных стражей, но атаковал их не с лету, а опустился между ними. Тотчас на него со всех сторон обрушились удары, способные сломить дерево; кровь окрасила его львиную шкуру. Но на каждый полученный удар он отвечал тремя еще более мощными и разбивал каменных болванов вдребезги. Над головами Мерле и Юнипы свистели каменные осколки, девочкам ничего другого не оставалось, как только сжаться в комок и смотреть, чем кончится дело.

И вот в розовой дымке замелькали черные точки — это приближались летучие лилимы, которых Мерле видела возле двух гигантских изваяний у ворот города под названием Ось Земли. Они были еще далеко, но их было много.

Барбридж метался среди своих стражей, превращавшихся в груды камней; прикрывал обеими руками голову, пригибался и шарахался в стороны, как обычный человек, который в панике спасает свою жизнь.

Если в нем и сидел Каменный Свет, то теперь наверняка из него вышел. Или Свет сам захотел узнать, каково приходится человеку, когда тому грозит смерть. «Желание познать Непознанное, — невольно подумала Мерле. — Хотел поглядеть, что приятнее и легче — самому влезать в людей и во всех других или быть использованным людьми в качестве новых сердец или даже нового смысла всей их жизни».

Силы Искандера были на исходе, но их вполне хватало, чтобы разбить в пух и прах последнего каменного идола.

Барбридж остался один среди куч осколков, щебня и кусков камня, отдаленно напоминавших фрагменты человеческих тел.

Искандер изготовился к последнему прыжку, когда позади него откуда-то внезапно вынырнуло что-то вроде сверкающей кометы, но чей абрис явно походил на контуры льва. Густое громкое рычание перекрыло яростный вопль Искандера и эхом отлетело от стен купола, потонувших в дымке.

Сфинкс обернулся, но уже не так быстро, как прежде, ибо изрядно устал от борьбы и обессилел от собственной ярости. И увидел Фермитракса. Еще он увидел свет, разливающийся вокруг обсидианового льва — нет, скорее исходящий из льва, словно сам лев стал источником света, стал светом из камня, не горячим, не холодным, а каким-то другим, необъяснимым и вселяющим ужас.

Фермитракс схватил Искандера за голову, оторвал от площадки, поднял в воздух и, свернув ему шею, швырнул вниз.

Крылья сфинкса судорожно дернулись, на мгновение удержав его тело в пустоте, и он рухнул бы в бездну, если бы его труп не подхватили подоспевшие летучие лилимы и тотчас кудато не потащили.

Барбридж засмеялся.

Он смеялся, хохотал и хохотал.

Фермитракс, даже не взглянув на него, подлетел к Мерле с Юнипой и опустился возле них. Рашетчатая платформа звякнула под ним, словно бы его тяжесть удесятерилась.

— Идите сюда! — крикнул он. Его голос звучал теперь не так грубо, как раньше. — Садитесь на меня!

Туловище льва было уже не черным, а светилось, словно было отлито из раскаленной лавы. Он стал крупнее, его крылья — шире, голова — тяжеже, клыки и когти — длиннее. Переведя дух, Мерле спросила себя: не Свет ли его так изменил? Или он еще будет постепенно и незаметно изменяться и в будущем станет вообще совсем другим?

Она вспомнила, как странно сверкают глаза у профессора, когда теперь увидела ни с чем не сравнимый свет, струившийся из глаз Фермитракса, из двух ярких звезд на его морде.

Невзирая ни на что, она была счастлива, страшно счастлива, обнимала голову сверкающего льва и ласково трепала за уши. А потом они с Юнипой взобрались ему на спину и ухватились за гриву.

— Он все еще прежний, — сказала Королева в голове Мерле, и Мерле ей верила. — Пока еще он прежний.

Фермитракс взмыл вверх и промчался мимо скопища лилимов, которые на лету рвали на части мертвого сфинкса — от Искандера уже почти ничего не осталось. Барбридж что-то повелительно прокричал, и один из лилимов приземлился с ним рядом. Чудовище больше всего было похоже на гигантскую стрекозу, хотя его длинное брюхо было скручено штопором, пасть по-акульи усеяна зубами, а крыльев, как у огромного жука, было по три с каждой стороны. Профессор оседлал летучего лилима.

Лилим поднялся ввысь и во главе стаи себе подобных начал преследовать Фермитракса. Барбридж что-то выкрикивал, но его пронзительный голос терялся в полете, и лилимы его не понимали. Они мчались вслед за светоносным львом, первым живым существом из камня, омытого лучами Каменного Света.

— Они боятся, — сказала Королева Флюирия. — Они боятся Лорда Света, но не меньше его они боятся Фермитракса, такого каким он теперь стал.

— А каким он стал? — мысленно спросила Мерле.

— Не знаю, — сказала Королева. — Я думала, что знаю очень многое, но, оказывается, я ничего не знаю.

Юнипа сидела сзади Мерле и, судорожно обхватив ее, старалась не смотреть вниз, в бездну. Фермитракс все еще поднимался круто вверх, и Мерле изо всех сил цеплялась за его густую гриву. Хорошо еще, что Юнипа была маленькой и тоненькой, иначе обе сверзились бы вниз, соскользнув с львиной спины.

Фермитракс летел быстрее, чем раньше. Будто свет придал ему силы. Однако он терял драгоценное время, когда, кружа под самым куполом, искал выход наружу — своеобразные ворота, охраняемые двумя летучими лилимами. Оба лилима отпрянули в сторону, увидев несущийся на них ревущий живой пылающий метеор.

Фермитракс вынес Мерле и Юнипу из светло-розовой дымки купола в красноватую мерцающую атмосферу Ада. После ярко освещенного сооружения под куполом рассеянный багровый свет раскаленной лавы над городом под названием Ось Земли с непривычки показался Мерле тускловатым и зловещим. Требовалось некоторое время, чтобы к нему привыкнуть.

Она попыталась представить себе, чем покажется Фермитракс кишащим на площадях и улицах Оси Земли лилимам — наверное, огромной падающей звездой на каменном небосводе Ада или диковинным существом, доселе невиданным в Аду.

Мерле оглянулась и увидела большую стаю преследователей, вырвавшуюся вслед за ними из-под купола и оставлявшую за собой светлые шлейфы, которые постепенно растворялись в воздухе. Лилимы летели сзади метрах в ста.

Лорд Свет сидел верхом на переднем лилиме. Полы сюртука, разодранного сфинксом, и волосы профессора развевались; лицо, до крови расцарапанное в схватке, было искажено гримасой.