Выдумщики - Марика Ми

– Я знаю, – огрызнулась Адель. Она была вся взмыленная, будто только что пробежала марафон. Волосы растрепались, мышцы болели, а перед глазами плясали пятна. Она покачнулась.

– Так, закругляйся, – сказал Рыжий, ловя ее. – Завтра продолжишь, ага?

Ада кивнула.

– И больше не падай.

– Спасибо, что помог.

– Да что там, говорить «да, видно» и «нет, не видно» – велика премудрость. – Рыжий отпустил ее и начал спускаться с холма. Ада пошла за ним.

Она и не заметила, что стало жарко. Ветер почти стих, а солнце стояло в зените и нещадно пекло.

– Иди домой и отдохни, – сказал Рыжий. – Ой, и пока не забыл. Лаура вернулась.

– Правда? – Усталость как рукой сняло. Ада тут же обрадовалась, занервничала, а затем снова обрадовалась. – Тогда побегу к ней.

– Мои слова про дом и отдых были забыты…

– Да ладно тебе, потом отдохну, – улыбнулась Ада и помчалась к Лауре. Ей казалось, что она не видела наставницу целую вечность. – Спасибо! – крикнула она, не оборачиваясь. Добралась до дома Лауры за несколько минут и замерла с поднятым кулаком, не решаясь постучать. Что она скажет? Начнет обвинять наставницу в том, что та скрывала правду о Марке? Рассказывать, сколь многого добилась за день? Показывать, как становится невидимкой?

Ада прислонилась лбом к двери. А вдруг Лаура вообще ее не простила и ждет извинений? Ох, как это все сложно.

Адель села на ступеньку, вытянув ноги. Вообще-то, необязательно идти к Лауре сейчас. Можно же и потом зайти? Например, вечером. Или завтра. Опять же страсти поулягутся. Адель закусила губу. Рыжий прав, она постоянно трусит. И все-таки…

– Давай заходи уж.

Ада обернулась и увидела, что дверь бесшумно отворилась. Отступать теперь было некуда, и она вошла.

Лаура на кухне уже ставила на огонь чайник.

– Будешь? – спросила она, вынимая чашки.

Ада кивнула. Наставница принялась расставлять на столе приборы и тарелочки с вкусностями. Разлила чай по чашкам, подала одну Аде и уселась со своей напротив. Откинула назад волосы, схватила щипцы и, ловко подцепив ими сразу два кусочка сахара, опустила в чай. Отхлебнула, довольно причмокнув.

Ада сделала маленький глоток, а сама старалась придумать, как же начать разговор. С чего? Кажется, это совсем не волновало Лауру. Может быть, она вообще ничего не помнила?

– У меня были причины не говорить тебе.

Адель открыла рот, но Лаура не дала ей ничего сказать.

– И причины, чтобы тебе не помогать, – тоже. – Наставница отставила чашку и смотрела на Аду в упор. – Я знаю, что обещала показать тебе, как спасти брата, но главное было – помочь тебе принять свою страсть, и мы с этим прекрасно справились. Учить же тебя, как избежать мифической угрозы Охотника, я не буду, уж извини. Дальше ты можешь тренироваться только сама. Конечно, если тебе будет что-то непонятно, я объясню и постараюсь помочь. Если это не касается твоего брата и Охотника.

– Но почему?

– Я много раз говорила тебе, что считаю это ошибкой. Но не буду на тебя давить. Ты сама выбираешь, куда пойдешь. Я не твоя мать и не твой брат, чтобы указывать, кем быть. Я уважаю твое право делать то, что считаешь нужным. Уважай и ты мое право не объяснять тебе мотивы поступков.

– Хорошо, – растерянно сказала Адель. – Расскажи только одно, – попросила она. – Почему все считают виноватым именно его?

– И на этом мы навсегда закроем тему Охотника? – уточнила Лаура.

– Да, обещаю.

– Хорошо. – Лаура откинулась на спинку кресла. – Я тогда еще совсем мелкая была, только-только в Мирград приехала и тут же в него влюбилась. Моя семья не была семьей выдумщиков, как, впрочем, обычно и случается, и они всегда считали меня странной. Даже побаивались немного. А когда я приехала в Мирград… – Лаура мечтательно улыбнулась. – Я наконец почувствовала себя дома, там, где меня любят. А потом ушел Первый, и все начало рушиться. Помню, как Охотник доставал Кирилла, убеждал его, что необходимо что-то сделать, а потом исчез. Я увидела его только в День Середины Лета, как он…

– Как он ругался с Первым? – прошептала Ада.

– Как он заставил его войти в замок, – жестко ответила Лаура. – Я сначала даже не поняла, что произошло, никогда такого прежде не видела. Была ночь, но все озарилось голубым сиянием, я мгновенно ослепла, а когда зрение восстановилось, и замок, и Первый исчезли.

– И ты никому не сказала?

– Я осознала, что это было, только когда Тина упомянула Охотника. И тогда мы поняли, кто заставил Первого войти в замок.

– И что, вы даже не наказали его? – не поверила Адель. – Он убил создателя Мирграда!

– А ты считаешь, мы должны были убить его? – спросила Лаура. – У выдумщиков ведь нет тюрем. Тем более… Мирград сам его наказал – выдумщик без источника силы теряет все: не только способности, но и разум.

Адель поежилась:

– Спасибо, что рассказала.

– Надеюсь, на этом мы закроем тему, – улыбнулась Лаура. Наклонилась вперед. – Давай лучше похвастайся успехами.

Ада устало вздохнула, но закрыла глаза и постаралась придумать что-то. Сейчас это было нелегко. Она не представляла ничего конкретного, только думала о Лауре, о ее характере.

– Ого!

Когда она открыла глаза, по дому в разные стороны летала посуда, подушки кружились в воздухе, а стулья отплясывали, изгибая ножки.

– Что ты сделала?

– Просто подумала о тебе, – хмыкнула Адель. Лаура рассмеялась:

– Я такая и есть, это точно. – Она подняла руки ладонями вниз, и все тут же замерло. Ада же почувствовала, что сил у нее совсем не осталось. Казалось, встань она сейчас – тут же свалится на пол.

– Горе мое, что ты делала сегодня с утра? – воскликнула Лаура, подхватывая Адель. – Давай-ка ложись на диван и рассказывай.

Ада, качаясь, доползла до дивана.

– Нечего рассказывать, просто тренировалась.

– Одна, что ли?

– Почему? Мне Рыжий… То есть Эйд помогал.

Лаура нахмурилась.

– И что, этот обалдуй не остановил тебя? – Она скрестила руки на груди. – Ох и попадет же ему. Тоже мне, учитель.

– Нет, он сказал, что нужно отдохнуть.

– Не оправдывай его. – Лаура вскочила, но тут же махнула рукой и села. – А… потом поговорю с ним. Собирается стать наставником, а сам даже за тобой уследить не может. Довел чуть ли не до обморока, – продолжая ворчать, Лаура поднялась и подошла к шкафу. – На вот, держи. Поешь. – Она протянула шоколадку.

Ада откусила кусочек и устало закрыла глаза.

– Видок у тебя еще тот. Что выдумывала хоть?