Один из леса - Андрей Левицкий

Он молчал. И не шевелился, хотя мне все время казалось, что сейчас костяная рука приподнимется, ненормально длинные пальцы согнутся, а средний вытянется, и скелет покажет мне неприличный жест.

– Тринадцать мутантов тебе в костяную задницу, брат, – тихо повторил я присказку охотника Калуги и встал, подхватив с пола нож.

Заглянул в бойницу, но она находилась почти на уровне земли. Кроме густой травы, ничего не видно. Тишина снаружи была полная – пора выходить. Хотя серебряноглазые могут быть где-то неподалеку, они ж бесшумные, как тараканы, но я чувствовал, что на всем полигоне остался один. Нет их здесь больше, ускакали. Интересно, куда? Через стену, по веткам мертвого баобаба, когтями оставляя царапины на коре, и дальше – на ночную охоту… А под утро вернутся назад, приволокут добычу, которую сожрут в своем логове? Ведь это они растерзали того солдата в коридоре на вершине стены, чьи разбросанные кости я видел, уверен – они. Но где их логово? Ближе к середине комплекса, в районе темного круга, этого непонятного центрального объекта? Впрочем, такого ли уж непонятного…

Я снова поглядел на скелет и ногой подпихнул к нему каску. Все это пока что не складывалось в единую картину. Такое впечатление, что кости принадлежат серебряноглазому, даже почти полная уверенность в этом есть. Но он же в каске! Не ходят мутанты в касках, для этого они слишком тупые. Допустим, серебряноглазых создали, то есть вывели в этом комплексе, в качестве солдат, боевых мутантов. Умных, ну, относительно. Они могли носить форму, каски, даже пользоваться оружием. Я же видел танк тот маленький… то есть они и техникой могли управлять, а это означает уже вполне реальный интеллект. Хотя танк мог быть и муляжом, ладно, но каска эта на черепе – не муляж, и фонарик рядом со скелетом тоже. Если так, то почему же твари, погнавшиеся за мной, неразумны? Вернее, разумны на уровне обычных стайных животных? Во всяком случае, мне так показалось, – не проявили они во время погони никакого интеллекта. Значит, это все же скелет какого-то другого существа?

Что, если моя первоначальная догадка верна и здесь в солдат превращали детей? Облучали чем-то, мозг как-то усекали, чтобы становились послушными и агрессивными, хирургические операции им делали, усиливали мышцы, кололи всякую химию… Фильм ужасов, ага. Смотрел я некоторые до Пандемии, хотя уже почти не помню. Вспоминаются отдельные кадры из тех фильмов: группа зловещих ученых в белых халатах, в масках, со скальпелями и сверлами в руках, и ряды коек, к которым ремнями прикручены несчастные перепуганные детишки, со страхом ожидающие своей участи.

Чепуха. Тут что-то другое, у всего этого есть совсем иное объяснение.

Погасив фонарик, я еще раз прислушался – снаружи по-прежнему стояла тишина – и шагнул к двери. Раскрыл ее, осторожно выглянул, потом вышел. Месяц в небе то проступал, то исчезал за облаками. Я кинул последний взгляд на скелет в будке, достал нож, крепко сжал его и пошел по рву, освещая путь фонариком.

* * *

В ограде возле закрытых железных ворот полигона была дверь, ведущая в дежурку. Внутри не оказалось ничего интересного, а снаружи я увидел большую асфальтовую площадку и три грузовика. Крытые, с покатыми кузовами, кажется, бронированными, без окон. Дверцы в кабинах забраны решетками. Между грузовиками стоял большой военный джип. У всех тачек спущенные скаты вросли в асфальт, вокруг колес проросла трава, а из-под джипа выбивались ветки кустарника.

Я пересек площадку, дальше от нее уходила выложенная бетонными плитами дорога. Без огнестрела, с одним ножом, я чувствовал себя не просто безоружным, возникло ощущение беспомощности. Медленно вращая кистью с ножом, разрабатывая запястье, я пошел вдоль края дороги, глядя то вперед, то на здания справа. По левую руку тянулось пустое пространство, поросшая травой ровная земля за низкой изгородью – плац, что ли? – с другой стороны поначалу стояли одноэтажные бараки, а дальше я увидел здание повыше, с крыльцом и лестницей перед входом, с большими решетчатыми окнами. Администрация, управление комплексом, командование? Стоит, пожалуй, свернуть, зайти внутрь и поглядеть, что там. Кстати, бетонка, по которой шагаю, идет в сторону круга в центре комплекса, то есть это одна из четырех дорог, образующих крест, который я видел со стены. Осмотрю административное здание и, если твари с серебряными глазами не прискачут, пойду дальше. Непонятно, куда делись люди с фонариками. Может, их растерзали эти мутанты? Нет, тогда бы крики были, выстрелы, а я ничего такого не слышал. И еще остается большая непонятка, кого же я все-таки тогда видел: отряд Метиса и Фары или кого-то другого?

– Стоять! – негромкий окрик донесся из здания администрации. – Ты на прицеле! Руки поднял! Иди к дверям, медленно!

Это стало ответом на один из моих вопросов: голос был знакомым.