Черный археолог. По ту сторону тайны - Александр Быченин

– Уплыли… – озадачилась Женька. – Кто их спугнул?..

– Никто, кажется… Наговорились и разбежались, – пожал я плечами. – Сейчас у Денисова спросим, если уж тебе так хочется.

Егерь между тем вышел из ступора и изрядно нас с Евгенией Сергеевной удивил – без предупреждения стряхнул кота в воду, да не просто разжал руки, а еще и ускорение ему придал, зашвырнув где поглубже. Петрович с раздраженным мявом плюхнулся в воду, и на этом инцидент был исчерпан – кот неожиданно ловко поплыл к берегу, вытянув шею, чтобы водички не нахлебаться. Выбрался первым, далеко обогнав напарника, и принялся совсем по-собачьи отряхиваться, забрызгав все окрест. На нас с Женькой тоже попало, но возмущаться мы не стали – очень уж забавно Петрович выглядел. К тому времени, как Олег вылез из воды, кот уже стал похож на самого себя – пушистого и наглого. Шерсть у него и так сосульками не висела, чего можно было бы ожидать, а теперь он и вовсе напоминал здоровенный ком рыжего пуха. Стоп! Рыжего? А раньше он каким был? Глюки у меня, что ли?

Не удовлетворившись достигнутым результатом, Петрович принялся по очереди трясти лапами, как это кошки умеют – смешно донельзя. Женька не удержалась, тихонько хихикнула, и сволочная зверюга одарила ее грозным взглядом. В зеленых глазах с вертикальными зрачками отчетливо читалось обещание, и я с содроганием подумал, что лучше уж нам вовсе не знать, что он задумал…

– Остынь, киса!.. – вовремя вмешался Денисов. Присел рядом с напарником, придавил его ладонью к песку. – Угомонись, говорю!.. И это не вздумай, а то всех кальмаров Пашке отдам, и договаривайся как хочешь. То-то же!..

Кот, судя по прищуру, сменил гнев на милость, и Егерь его отпустил. Выпрямился, легонько подтолкнул напарника под откляченный зад:

– На траву бы хоть вышел! Петрович, я тебя умоляю. Кто песок вычесывать будет?

– Мя-а-а-а-у-у-у!..

– Вот сам с Галькой и договаривайся.

– Мяу!!!

– Кальмары.

Последний довод подействовал – кот нехотя убрался подальше от пляжа и разлегся чуть поодаль на траве, практически с ней слившись, так что я чуть не упустил его из виду. Ч-черт! Что-то опять не то с окрасом… Забыл вчера по Сети пошарить, да и сегодня вряд ли получится. Если и дальше так пойдет, то и до шизофрении недолго, особенно с моей приобретенной предрасположенностью, чтоб ее!

– А вы чего мерзнете? – повернулся Егерь в нашу сторону.

– Глупый вопрос, – хмыкнул я.

– Олег, не т-томи, рас-сказ-зывай!..

– Вам, Евгения Сергеевна, погреться бы не помешало, – прозрачно намекнул Денисов, стащив с головы шлем. Встряхнулся, осклабился во все тридцать два зуба. – Вон в пупырышках вся.

Издевается, однозначно.

– Ты бы, Олег, ее не злил лучше, – покачал я головой, отогнав мысль о собственном сломанном носе. – Убьет ведь.

Денисов демонстративно задумался.

– Я н-не к-кот, м-меня к-кальмарами не з-запугаешь! – добила его Женька.

Или не добила, просто сжалился – трясло ее заметно. Блин, она же босиком, а песок сырой. Впрочем, я тоже, но я и не к такому привычный, жизнь в Амьене закалила. Надо что-то делать…

Отпустив девушку, я уселся где стоял и потянул ее за руку. Та окинула меня недоумевающим взглядом, потом сообразила и устроилась у меня на коленях, обвив шею руками и поджав ноги, чтобы песка не касаться. Я приобнял Женьку, чувствуя, как дрожь понемногу стихает, и напомнил Егерю о нашем присутствии:

– Олег, не тяни Петровича за… эти самые!

– Мя-а-а-а-у-у-у!!!

– Он сказал, что тебя самого сейчас потянет, – ухмыльнулся Денисов.

– Прикалываешься?

– Не-а! – злорадно отмел Егерь мои подозрения. – Ты так не шути, Петрович этого не любит…

– Короче, Склифосовский!

– Короче так короче. Дельфины те самые, и Варька с ними. Поговорили, но, как я и предполагал, завтра пару часов придется потратить на настройку коннектора. А там и пещеру искать отправимся. Ты со мной?

– А почему я?

– Ты ж говорил, что дайвер.

– Так Тарасов тоже…

– Он универсал, умеет все понемногу. А ты конкретно вроде в море нырял.

– Было, – не стал я отнекиваться, – правда, давненько. И в пещеры пару раз спускался.

– Тем более, – хмыкнул Олег. – К тому же ты мне интересен как профессионал-ксенопсихолог. Я бы не отказался, чтобы ты постоянно присутствовал, когда я с афалинами контактирую. Нужен взгляд со стороны. Ну так как, ты в деле?

– Спрашиваешь!

– Тогда идемте спать, я завтра с зарей тебя подниму. Так что, Евгения Сергеевна, сильно его не утомляйте.

– Отвали, балабол!.. – отмахнулась Женька и, не удержавшись, сладко зевнула.

Смотри-ка, пригрелась! И трогать жалко, и в лагерь надо…

– Короче, я пошел.

Денисов пристроил шлем на сгибе левой руки и побрел вдоль берега, ориентируясь по костру – Тарасов завел традицию устраивать знатную иллюминацию, наваливая целую кучу дров, чтобы почти до утра горело. Без понятия, правда, зачем. Разве что в расчете на таких вот гуляк, как мы с Евгенией Сергеевной. Ох, сиди не сиди, а идти придется…

Я без особых усилий поднялся на ноги, удерживая девушку в объятиях, и зашагал вслед за Егерем, про себя усмехнувшись: свадьбы еще не было, а уже на руках ненаглядную таскаю. То ли еще будет!..

– Гаранин, ты не надорвешься?

– А что? Не нравится?

– Отпусти меня!

– Хозяин – барин. Не отставай тогда, а то я реально задубел.

Система тау Кита, планета Нереида,

28 августа 2541 года, раннее утро

– Гаранин! Па-а-аша! Подъем!..

– Мя-а-а-а-а-а-у!!!

Принесли черти! И ведь ладно бы просто снаружи орали, звукоизоляция у палатки нормальная, фиг бы я проснулся, но эти гады еще и по туго натянутой стенке колотили, отчего она ходила ходуном и мерзко вибрировала. Таким макаром можно и мертвого разбудить. Блин! Женька!..

– Вста-а-а-а-ю-у-у!.. – разрывая челюсти в зевке, попытался я угомонить ранних гостей. – Хорош горлопанить, Евгения Сергеевна проснется.

– Паш?..

Ну вот, что я говорил?!

– Спи, любимая. – Я склонился над девушкой и поцеловал ее в губы. Потом не удержался и приложился к щеке. – Рань несусветная, отдыхай. Не мерзнешь?

– Не-а… Не уходи.

– Нельзя, обещался, – вздохнул я. – Я тебя сейчас вторым мешком укрою, чтоб уютнее было. Отдыхай. И не скучай.

– Попро-о-обую!.. – сладко зевнула Женька и повернулась на другой бок.

Вот и славно. Одной проблемой меньше, как говорится.