На полпути к могиле - Джанин Фрост

— Назови адрес.

Тони отбарабанил адрес. Записать его Кости не потрудился —возможно, потому, что у него были заняты руки, — он все еще придерживалкинжал в груди Тони.

— Котенок, выезжай на трассу 1-69 и сворачивай насевер. Мы едем в Лансинг.

Ехать пришлось три часа. Кости сверялся с навигатором всвоем сотовом, приговаривая, как ему нравится современная техника. Последниеполмили мы прошли пешком, оставив машину Тони на стоянке у ближайшей бакалеи, аего захватив с собой. Кости со зловещей гримасой сжимал нож и уверял, что,стоит Тони пикнуть, ему конец. Подходя, я увидела, что Лола тоже жила вмногоквартирном доме, только почище, чем мой и Чарли.

Пять утра, а я где? Околачиваюсь в каком-то захолустье. Янадеялась еще успеть на экзамен. Стоило представить, как бы я объяснялапрофессору, почему опоздала! «Простите, но мне обязательно надо было найтинехорошего вампира». Как-то мне не верилось, что такое прокатит.

— Ее машины нет на месте… — Тони всерьез принялугрозу Кости и шептал еле слышно.

— Что, с первого взгляда определил? — весьмаскептически отозвался Кости.

— Когда ее увидишь, сам поймешь.

Не доходя ста футов до дома, Кости прижал палец к губам ижестом приказал нам с Тони остаться на месте, пока он проверит внутри. Яудержалась от искушения выразить свое мнение тем же движением пальца, которымнедавно ответила Тони, и утешилась тем, что наблюдение за окрестностями неменее важно. А если заслышу шум драки, успею в нее вмешаться.

Кости прокрался вдоль длинной стороны здания и скрылся извиду. Минуты тикали, растягиваясь в часы. Кости не возвращался, но и шумасхватки я не слышала, поэтому предположила, что он где-то затаился. Скородолжно было взойти солнце, и моя позиция — сидя на корточках и держа Тони наострие ножа — становилась неуютной. Спина у меня заныла, и я все яснеепонимала, что экзамена мне не сдавать.

Я уже собиралась поискать на земле местечко помягче и сестьна него, когда заметила подъехавшую машину. Ну что ж, одно очко в пользу Тони.Такую заметишь с первого взгляда.

Это был броский красный «феррари», и женщина за рулем небыла человеком. Я пригнулась пониже. Кусты неплохо прикрывали меня, аустроились мы на пригорке, с которого мне было хорошо видно. Женщина былачерноволосой, судя по лицу — азиатка. Все в ней — машина, наружность, дажесумочка — было высшего класса. Все так и кричало о богатстве.

Ей оставалось не больше десятка шагов до парадной, когдапоявился Кости. По-видимому, он поджидал ее за дверью. Она дернулась бежать, ноон одним движением преградил ей дорогу к свободе.

— Не спеши так, Лола.

Женщина выпрямилась, вздернула подбородок:

— Как ты посмел меня тронуть!

— Посмел? — Кости издал смешок. Не из самыхобаятельных. — Подходящее слово. Подразумевает смелость. Ты смелая, Лола?Скоро узнаем.

Он многозначительно растянул последнюю фразу. Она огляделасьи вновь обожгла его взглядом:

— Ты совершаешь большую ошибку.

— Не в первый раз. — Он дернул ее к себе. —Ну ладно, милочка. Ты знаешь, что мне нужно.

— Хеннесси или кто другой тебя убьют. Это всего лишьвопрос времени, — выплюнула она.

Кости взял ее за подбородок и приподнял лицо:

— Я не любитель применять насилие к женщинам, но,сдается мне, ты заслуживаешь стать исключением. Место здесь не слишкомукромное, так что время у меня ограничено. Ты назовешь мне, кто еще связан сХеннесси и где их найти, или я обещаю — ты испробуешь на себе все пытки иунижения, какие помогала причинять другим. Представь себе, мне в жизнивстречались и такие бездушные скоты, которые с удовольствием дали бы тебепопробовать собственного яда. Вот что я тебе скажу — я продам тебя им. Этобудет справедливо, не так ли? Что посеешь, то и пожнешь.

Лола широко открыла глаза — даже с моего наблюдательногопункта было заметно.

— Я не знаю, где Хеннесси, он мне не говорил!

Кости потащил ее к парковке.

— Значит, для каких-нибудь счастливых извращенцев тыстанешь первым рождественским подарком, — холодно приговаривал он.

— Подожди! — теперь она умоляла. — Я знаю,где Гасила.

Он остановился, грубо встряхнул ее.

— Кто такой Гасила?

— Исполнитель. — Лола скривила губы. — Ты жезнаешь, Хеннесси терпеть не может пачкать руки. Гасила исполняет все грязныепоручения: заставить молчать свидетеля, спрятать труп. Он завербовал ещекое-кого, мы ведь остались без Стефани, Чарли и Дина. У Хеннесси теперь новыетелохранители, так что беспокоиться из-за наглых людишек нам не приходится.

Как раз, когда Кости спрашивал: «Настоящее имя Гасилы и какзовут новых телохранителей?» — что-то на крыше привлекло мое внимание. Двефигуры сорвались с карниза над десятым этажом. Кости с Лолой стояли прямо подними. Я выскочила из кустов.

— Сверху!

Одновременно произошли два события: Лола, едва Кости поднялголову, выхватила из сумочки кинжал, и я, не раздумывая, метнула все три ножа.

То же мгновение выбрал Тони, чтобы нанести удар. Стоило мневыпустить его, чтобы освободить руки для броска, как он бросился на меня,оскалив клыки, и сбил с ног. Я отпихнула его щелкающую зубами морду,извернулась, коленями отшвырнула от себя и воткнула оставшийся клинок прямо всердце. Он издал странный звук, похожий на болезненное хихиканье, и завалилсянабок.

Я вскочила и увидела, как Кости опускается на колени надЛолой. Она лежала на цементе и три серебряные рукояти тесным кругом торчали унее из груди. Дальше лежали два тела и две головы — по отдельности. Вот вам иатака с воздуха!

Кости поднялся с колен и обернулся ко мне:

— Котенок, клянусь звонкими яйцами Люцифера, сколькоможно!

Ой-ой-ой… Я поморщилась, инстинктивно пытаясь загородить отнего тело Тони. Как будто бы он от этого ожил!

Кости смотрел на землю у меня под ногами:

— И его тоже?

Я беспомощно кивнула:

— Он на меня прыгнул.

— Ты не женщина, — заявил Кости, не сводя с менявзгляда. — Ты — Рыжая старуха с косой!

— Так нечестно, — начала оправдываться я, но меняостановил пронзительный крик.

Женщина в деловом костюме вопила, выронив сумочку и отскочивобратно в парадную. Должно быть, ее растревожило зрелище мертвых тел настоянке. Не совсем то, что ожидаешь увидеть, уходя на работу.

Кости вздохнул и выдернул из Лолы клинки:

— Давай, Котенок, уходим. Пока ты еще кого не убила.