Месть Ледовой Гончей - Юрий Погуляй

– Теперь мы будем сидеть тут, пока не замерзнем или не сдохнем от голода. Хотя последнее нам не грозит, друг мой. Жрачки хватит надолго. Впрочем, есть вариант, что Шон оледенеет мозгами и запрется на складе изнутри…

Три Гвоздя со смехом толкнул посеревшего лицом моряка.

– Шучу! – хохотнул экс-дознаватель, хотя в глазах у него блеснул странный огонек.

– Смешно, – угрюмо отметил Половой. – Хватит уже трепаться, Тройка.

– Я ненавижу, когда происходит что-то, не имеющее объяснения, и чтобы не потерять голову – предпочитаю выстроить логичные связи.

– Какая-то тварь, не замерзшая во льдах, схватила нашего шамана в Пустыне, и теперь тот делает из механиков чудовищ – это логичные связи? – поднял бровь Половой.

– Это же шаманы, – щелкнул пальцами Три Гвоздя и вновь улыбнулся. Я заметил, что у него нет верхнего клыка. – Главное не в этом. Главное, что просто прикончить шамана нельзя. Раз уж зверодемоны тащились за ним все это время – значит, он ими управляет и после смерти!

– Это оледенительно логично, Тройка, – фыркнул Половой.

– В его словах что-то есть, – послышался зычный голос Старика. Штурмовик подался вперед, и его подчиненные резко замолчали, ловя каждый жест вожака. – И как ты думаешь выбираться отсюда, матрос?

Три Гвоздя нехорошо прищурился, и я понял, что бывший дознаватель не любит командира абордажников.

– Надо прикончить шамана. Того, который всем этим заправляет. Сжечь его.

– Это решит проблему черных тварей за бортом. Если они действительно связаны с тем трупом, – продолжил допытываться Старик. – А что делать с Шестерней и тем ублюдком в снегах?

В памяти содрогнулось обещание Эльма:

«Каждый день, пока не получу собачий компас, я буду убивать твоих собачьих товарищей!»

– Что делать с мятежниками, должны знать офицеры. Так мне кажется.

Верхняя губа Старика дернулась, но он справился с желанием осадить палубника. Вместо этого он тихо поинтересовался:

– А ублюдок?

– Надо понять, что ему нужно. Мы за ним охотились, мы его стреляли, мы его ненавидели. Но никто не пытался с ним поговорить.

Старик кивнул, не сводя пристального взгляда с дознавателя.

– Поговорить? – прошипел Волк. – Поговорить?!

– Тихо, – тут же одернул его вожак. – Он прав.

– Но…

– Волк, у тебя все хорошо со слухом? Может, отправить тебя к Квану? Пусть проверит голову и поставит тебе шину на сломанную руку.

– Руку? – не понял растерянный Волк.

– Ну, если ты еще раз откроешь рот без команды – я тебе ее сломаю. Чего два раза ходить?

Штурмовик моргнул пару раз, изумленно глядя на командира, но смолчал.

От напряжения у меня заныло сердце. Я искренне ждал того момента, когда натянутые нити, обвившие всю команду, лопнут. Пусть будет что будет, но все эти страсти, эмоции – они убивали меня. Все встреченные мною эмпаты говорили о том, что этот дар схож с проклятьем. Все они, так или иначе, были не в себе.

Теперь я их понимал.

Разговор утих. Три Гвоздя потерял интерес к дальнейшему рассказу, а Старик выбрался с лежбища штурмовиков и вышел. Меня раздирала тревога. Слова Эльма перемешивались с бормотанием сумасшедшего шамана, бурчал несчастный Шестерня, и близился к отчаянию капитан «Звездочки», боялся Шон, нервничал Три Гвоздя, и ничего не чувствовал Мертвец. Готовился к чему-то Старик, страшно страдал Кван, искал удобного момента желающий отомстить Волк. И все это я чувствовал. Все!

Я закутался в шкуры и лег на бок, глядя прямо перед собой. Надо забрать компас у Фарри. Давно пора забрать его.

Что, если моряки решат поговорить с Эльмом? Ледовая Гончая не догадался потребовать артефакт у пиратов, а тут такой шанс убить сразу несколько оленей. Стон отчаяния едва не сорвался с моих губ. Проклятье, никогда в жизни я не боялся будущего так сильно, как в тот момент. Успокаивающе гудели двигатели ледохода. Корабль еще не стронулся с места, и это тоже давило на меня. Любое движение бронированной посудины значило бы перемены к лучшему.

– Юнги, на выход! – выдернул меня из полудремы голос Старика. – Время поработать. Матрос… Ты, который придумал про шамана, – тоже со мной.

– Вам все понятно? – спросил Дувал. На лбу у него выступила испарина, глаза превратились в жалкие щелочки, веки набухли. Он весь сжался от болезни, хотя по-прежнему пытался выглядеть командиром.

Мы с Фарри подавленно переглянулись.

– Кроме вас, никто туда не проникнет, ребятушки. В вентиляцию не пролезет никто из тех, кто остался в живых. Получается, что от вас зависит судьба нашего кораблика! – попытался улыбнуться Гром.

Никто из собравшихся в уголке столовой офицеров не проронил ни слова, пока капитан объяснял нам задачу.

– Я понимаю, что был груб, малышня. Но сейчас не надо вспоминать старые обиды. Мы все теперь накрепко примерзли друг к другу, – продолжал Гром.

– Я… Я не смогу, – промолвил Фарри. Он побледнел. – Я не смогу.

Я смотрел на Дувала и чувствовал свое жуткое спокойствие. Где-то в глубине сердца в отчаянии бился тот мальчик Эд, что жил в далекой деревушке и мечтал о приключениях, но его отодвинул в сторону Эд, уже убивший человека. Хладнокровно убивший. Пусть сумасшедшего маньяка, но все-таки…

– Я это сделаю. – Как странно слышать свой голос со стороны.

Крюкомет тяжело и с облегчением вздохнул. Мертвец бросил на меня чуточку удивленный взгляд.

– Отлично! Молодцы! – взбодрился Гром и опять закашлялся, хрипло, отхаркиваясь.

– Эд! – повернулся ко мне удивленный Фарри.

Я не ответил.

– Почему нельзя просто открыть двери, а? – жалобно заговорил Фарри. – Мы могли бы пробраться как можно ближе к ходу, открыть дверь на третью палубу, а дальше Буран и кто-нибудь из…

– Ты думаешь, что умнее нас? – зло спросил Старик. – Что мы не рассматривали этого варианта?

– Я… Нет… Но…

– Проблема в шамане. Вы должны его застать врасплох и прикончить. Если мои ребята с боем прорвутся на третью палубу – он может их встретить чем-нибудь вроде…

– Того кровавого месива, что мы нашли на корабле неподалеку… – подал голос Три Гвоздя. Он тоже сидел тут, отчасти польщенный вниманием офицеров к его предположениям, но уже не до конца уверенный в своей правоте. – Я убежден, что это работа той твари, что сожрала Балиара!

– Я не пойму: почему он сейчас этого не сделает? – равнодушно поинтересовался Мертвец. – Куда проще было бы сжечь всех и отправить Шестерню управлять ледоходом.

– Грэг, – опять заговорил Три Гвоздя. – Если он зацепит Грэга, то опять окажется запертым во льдах! А без Грэга «Звездочка» никуда не уйдет! Это же так просто!