Тени сгущаются - Глен Кук

Он велел мне кратко доложить обо всем, чему я был свидетелем со дня моего прибытия в Арчу. Доклад Ильмо он, очевидно, уже выслушал.

– Ты слишком подозрительно относишься ко Взятым, – сказал он, когда я закончил свой рассказ. – Хромой был с нами всю дорогу. По его поведению не скажешь, чтобы они что-то замышляли против вас.

Если у кого-то и был повод нас ненавидеть, так это у Хромого.

– Отношения между Госпожой и Взятыми очень непростые, – заметил я. – У них там интрига на интриге и интригой погоняет. Возможно, его просто не поставили в известность, боясь, как бы он не проболтался.

– Возможно, – признал Капитан и заходил по комнате, то и дело озадаченно поглядывая на Азу. – Как бы там ни было, не давайте Шепот повода к излишнему любопытству. Держите язык за зубами. Притворитесь, будто ничего не подозреваете. Делайте свое дело. Одноглазый со своими ребятами будут поблизости и в случае чего вас прикроют.

Да уж, подумал я. Это от Взятых-то?

– Как же тебе удалось улизнуть, если Хромой всю дорогу был с Отрядом? – спросил я Старика. – Стоит ему узнать, что ты здесь, как он сразу доложит Госпоже, разве нет?

– Он не узнает. Мы с ним не общались уже несколько месяцев. Он держится особняком. Обрыдло ему все, по-моему.

– А что в Курганье? – спросил я. Мне не терпелось узнать в подробностях, что пережил Отряд за время долгого перехода, поскольку в Анналах давно не было записей, касающихся большинства моих товарищей. Но я понимал, что сейчас не время выпытывать детали – узнать бы хоть в общих чертах.

– Мы там не были, – ответил Капитан. – По словам Хромого, Курганьем занимаются Госпожа и Странник. Скорее всего, решающий бой будет дан, когда мы возьмем Арчу.

– А подготовка к оккупации на нулях, – сказал я. – Взятые все время отвлекают, заставляют возиться с черным замком.

– Мерзкое местечко, верно? – Он смерил нас взглядом. – Я думаю, вам удалось бы сделать гораздо больше, не впади вы в паранойю.

– То есть?

– Ваше судорожное заметание следов кажется мне совершенно бесполезной тратой времени. Это была не ваша проблема, а Ворона. И он решил ее в типичной для себя манере. Без чьей-либо помощи. – Капитан метнул на Азу яростный взгляд. – Теперь, похоже, проблема решена раз и навсегда.

Легко ему говорить: он здесь не жил и не испытывал этого ежедневного напряжения. Но я решил не возникать.

– Как по-твоему, Аза говорит правду? – спросил я у Гоблина.

Тот нерешительно кивнул.

– А ты, Одноглазый? Ты уловил какие-то фальшивые нотки?

Черный человечек проронил осторожное «нет».

– Аза! У Ворона должна была быть при себе куча бумаг. Он когда-нибудь о них упоминал?

Аза удивленно покачал головой.

– Может, у него был сундук, к которому он никого не подпускал?

Мои вопросы совсем сбили Азу с толку. Остальные тоже смотрели на меня с недоумением. Об этих бумагах знал только Молчун. И еще, быть может, Шепот, у которой они находились недолгое время.

– Ну же, Аза! Было у Ворона что-нибудь, с чем он обращался как-то необычно?

В глазах у коротышки вспыхнул огонек.

– Был один ящик! Размером с гроб. Я, помнится, отпустил какую-то шуточку, а Ворон таинственно так заявил, что это, мол, чей-то билет в могилу.

Я улыбнулся. Значит, бумаги еще целы.

– А куда он дел этот ящик?

– Я не знаю.

– Аза!..

– Честное слово! Я видел его пару раз на корабле. А потом и думать про него забыл.

– К чему ты клонишь, Костоправ? – спросил Капитан.

– У меня есть теория. Основанная на том, что я знаю о Вороне и Азе.

Все обратились в слух.

– Судя по тому, что нам известно об Азе, Ворон бы с ним в разведку не пошел. Аза трус. Ненадежен. Слишком болтлив. Но Ворон все же взял его с собой. Поплыл с ним на юг, сделал чуть ли не своим напарником. Почему? Может, вас, друзья, это не волнует, зато меня – очень даже.

– Я что-то не врубаюсь, – сказал Капитан.

– Предположим, что Ворон хотел исчезнуть так, чтобы никто его больше не искал. Однажды он уже пытался скрыться с глаз, поселившись в Арче. Но тут появились мы. Он решил, что мы за ним охотимся. Что же делать? А почему бы ему не умереть? На глазах у свидетеля. За мертвецом никто охотиться не станет.

– Ты хочешь сказать, – прервал меня Ильмо, – что он инсценировал свою смерть, чтобы Аза о ней растрепался и все успокоились?

– Я говорю только, что мы не должны упускать из виду такую возможность.

Капитан лишь задумчиво хмыкнул.

– Но Аза видел, как он погиб! – возразил Гоблин.

– Может быть. Но возможно, ему это только кажется.

Мы все уставились на Азу. Он съежился.

– Прогони-ка всю его историю еще разок, Одноглазый! – велел Капитан. – Шаг за шагом.

Два часа Одноглазый терзал коротышку вопросами. Но сбить его не удалось. Аза твердил, что своими глазами видел, как Ворона пожирала изнутри какая-то тварь, похожая на змеюку. И чем сильнее трещала по швам моя теория, тем больше я убеждался в ее правоте.

– Моя версия основана на знании характера Ворона, – настаивал я, отбиваясь от наскоков друзей. – Во-первых, с ним были бумаги, а во-вторых – Душечка. Да еще дорогущий корабль, который он построил черт знает зачем. Ворон ушел из Арчи, оставив за собой следы, и прекрасно это осознавал. Зачем, скажите на милость, причаливать в гавани, проплыв несколько сотен миль, если за тобой идет охота? Зачем оставлять в живых Шеда, который может растрепаться о набеге на Катакомбы? К тому же Ворон ни за что на свете не бросил бы Душечку одну. Ни на минуту. Он обязательно позаботился бы о ней. Вы это знаете не хуже меня. – Мои доводы начали казаться притянутыми за уши даже мне самому. Я чувствовал себя миссионером, пытающимся обратить в свою веру язычников. – Но, по словам Азы, они просто оставили Душечку болтаться в какой-то гостинице. Говорю вам: у Ворона был план. Если кто-то из вас сейчас туда съездит, зуб даю, что Душечка исчезла без следа. И ящика на борту вы не найдете, даже если корабль все еще на приколе.

– Да что это за ящик такой? – сердито спросил Одноглазый. Я пропустил его вопрос мимо ушей.

– По-моему, у тебя чересчур разыгралось воображение, Костоправ, – сказал Капитан. – Но, с другой стороны, Ворон достаточно хитер, и это было бы вполне в его духе. Как только я смогу тебя отправить, поедешь туда и все выяснишь.

– Если Ворон достаточно хитер, так, может, и Взятые достаточно коварны, чтобы разделаться с нами?

– Не буди лихо, пока тихо. Там видно будет. – Он повернулся к Одноглазому: – А вы с Гоблином чтобы прекратили свои шуточки. Ясно? Начнете резвиться – Взятые враз насторожатся. Ты, Костоправ, не спускай с Азы глаз. Он должен будет показать тебе, где погиб Ворон. Я отправляюсь назад к Отряду. Ильмо, поедем со мной, проводишь меня чуток.