Песни мертвых соловьев - Артем Мичурин

Лестница вывела в полутемное помещение с закопченными кирпичными стенами без окон. Свет исходил лишь от наших фонарей и от щели вокруг печной заслонки, откуда доносился треск пожираемых огнем поленьев и вырывались язычки пламени. В углу были сложены дрова, рядом валялся колун, стояли прислоненные к печи лопата и кочерга, на вбитом в стену гвозде висел засаленный фартук. Все выглядело так, будто кочегар вышел на минутку и вот-вот должен вернуться.

– Кочегара привалил? – будто прочел мои мысли Гейгер, шаря по полу фонарем.

– Тут не было никого, – ответил Ткач.

– Херово. Видать, ждут нас.

– Как пить дать, – согласился Балаган. – Только за дверь сунемся, сразу и примут.

– Значит, надо не в дверь соваться, – я оглядел потолок в поисках альтернативных путей проникновения на вражескую территорию.

Потолка как такового на самом деле не было. Над головой сходились стропила двускатной крыши с гнилыми досками и разным хламом, заменяющим кровлю.

– Думаешь, выгорит? – проследил Ткач за моим взглядом.

– Есть еще вариант – вернуться тем же путем к месту спуска, а оттуда по верху…

– Слишком долго, – перебил меня капитан. – Туда-сюда – часа три, не меньше. Потеряем след.

– Вы чего, через крышу лезть собрались? – округлил зенки Сиплый. – Совсем ебнутые? Да нас постреляют, как куропаток!

– Если они дверь зацелили, то противоположным скатом вряд ли интересуются, – я скинул вещмешок и прислонил к нему «СВД» с автоматом. – Балаган, ну-ка помоги.

– Давай-давай, – ответил Ткач на обращенный к нему полный недоумения взгляд, дополнив приказ активной жестикуляцией.

Пулеметчик согнулся, и я, взгромоздившись на его широкие плечи, приподнял кусок шифера, за которым открывался вид на лес и – что особенно важно – железобетонный забор всего в двух метрах от стены котельной.

– Порядок. Идем?

– Думаю, нет смысла всем скопом переть, – изрек капитан с выражением глубокой задумчивости.

Ну вот, начинается. Сам пропадай, а чужого товарища выручай. Глупо было рассчитывать на иное. Хотя, по правде сказать, я и без того предпочел бы идти в одиночку. К чему мне за спиной стадо незрячих распиздяев? Но выразить возмущение для приличия нужно.

– Смысла нет, говоришь? – поинтересовался я, все еще стоя на плечах Балагана.

– Да мы только обузой будем, – с энтузиазмом поддержал капитана Сиплый. – Это ж твоя стихия.

– Он прав, – кивнул Ткач. – Лучше тебя с этим делом никто не справится. А если до пальбы дойдет – мы огнем поддержим, не сомневайся.

– Прежде чем нырнуть в это дерьмо, я хочу узнать, ради чего.

Балаган внизу грустно вздохнул, предчувствуя долгую беседу.

– Так ведь мы уже… – начал капитан.

– Стоп. Давай сначала, и на этот раз без вранья, а то передумаю.

Ткач переглянулся с Сиплым, хмыкнул и посмотрел мне в глаза.

– Героин. Сто кило чистейшего героина. Покупатель уже есть. Он готов платить золотом.

Вот так новость! Не иначе наш Доктор Опий наводочку подкинул. Свинья грязи везде найдет. Бля, сто тыщ «чеков»! А если «кассетами» фасовать – миллион! И это – неразбадяженного! Целому картелю работа на годы вперед обеспечена. А покупателю-то небось за пятую часть цены спихнут, если не дешевле. Может, натурой взять да опробоваться в новом амплуа? Чем черт не шутит? А Фома… что Фома? На хуй Фому при таких-то раскладах!

– Я хочу десятипроцентную прибавку к своей доле.

– Неподходящее время ты выбрал для торга. Там без прибавки до конца жизни хватит и правнукам останется.

– Ну вот и соглашайся скорее, раз время дорого.

Ткач поднял бровь и обвел присутствующих вопрошающим взглядом.

– Пусть забирает, – сдавленно проблеял Балаган.

– Да хер с ним, – махнул рукой Гейгер. – Не обеднею.

– А может, на пяти сойдемся? – предпринял робкую попытку Сиплый, но, узрев сталь во взоре моем, быстро дал задний ход: – Ладно-ладно, крохобор.

– «ВСС» отдай, в носу и пальцем поковыряешь, – я спустился на пол и, вынув «акашные» рожки из карманов жилета, заменил их «винторезными».

– Раньше слезть не мог? – возмутился пулеметчик, потирая шею.

– Очень уж на тебе уютно. Гнись, обратно полезу.

Балаган покраснел от возмущения, но спорить не стал.

– Ни пуха, – источая дружелюбие, помахал рукой Сиплый.

– Спасибо. Или как там принято отвечать? Иди на хуй?

Протиснувшись в узкий проем между доской и ржавым куском жести, я выбрался на край трехметровой стены, ухватился за него, спустил бренное тело вниз и разжал пальцы. Все, обратного пути нет. Да оно и к лучшему. Чем меньше планов, тем они качественнее.

Я взял «ВСС» на изготовку и выглянул за угол – никого. Либо наши опасения по поводу засады напрасны, либо сучьи выблядки хорошо прячутся.

Территория вокруг более всего походила на заводскую – покосившиеся сизые от мха железобетонные панели забора с колючкой поверху, ржавые козловые краны на заросших рельсах, невысокие зданьица, раскиданные вдоль периметра, и две серо-коричневые громады в центре, одна из которых нагло тыкала в небо высоченной кирпичной трубой.

И никаких огней. Это настораживало. Там, где есть человек, всегда есть и огонь, особенно ночью. Даже если на нас организовали засаду и блюдут светомаскировку – все равно, хоть маленький огонек, а должен быть.

Я поднял голову и посмотрел в проем на крыше, откуда только что вылез – ну вот, хотя бы такой, еле заметный, а обычному глазу и вовсе неощутимый свет.

Но на остальной территории он исходил только от звезд, поблескивающих в прорехах облачной завесы, да от луны, расплывшейся по небу желтым пятном, как моча по грязной простыне.

Первым пунктом в моем плане значилось – нейтрализовать вероятных злоумышленников, держащих на прицеле дверь котельной. Ибо карабкаться при возвращении в узкий лаз над трехметровой стеной не слишком удобно.

Где бы я засел, поменяйся мы местами? Пожалуй, вон там, на левой громадине. Забрался б с «СВД» на крышу, дождался, пока голубчики отойдут подальше от потенциальных укрытий, и перестрелял бы. Но это я, а обладателю заурядного зрения будет тяжеловато шмалять на две сотни метров в кромешной темноте. К тому же, судя по уровню развития грибной промышленности, орудовал тут явно не одиночка, а значит, логичнее сделать ставку на шквальный огонь пяти-шести стволов по не успевшей рассредоточиться группе с достаточно близкого расстояния. А для такой засады места лучше, чем вон та груда бетонных блоков, не сыскать.