Эффект домино - Марина Мельникова

В старую часть города во всю прыть несся человек. Он остановился только у деревянного покосившегося забора и, уперев руки в колени, пытался отдышаться.Мимо него промчался конный отряд городской стражи. Приметив их выпученные глаза, озабоченные лица и развевающиеся плащи, человек усмехнулся.

– Наша стража поодиночке – славные ребята, а вместе – страшная сила. Главное создать видимость кипучей деятельности.

Анри Доли, а это был именно он, перестав дышать, вжался в забор, почти слившись с нестругаными досками. Светотень от фонарей неплохо его маскировала.

Он, отряхнувшись и поправив сюртук, спокойно пошел по галечной дорожке к видневшемуся в конце переулка дому. Где-то вдалеке залаяла собака, этот лай подхватили и другие шавки.

А в это время Бриар и Орнелла, оставшись вдвоем, беседовали. Молодой человек пересказывал сестре историю своего путешествия. Орнелла так же, как и Анна, была бесконечно удивлена всем произошедшим. Когда он дошел до сна с Авророй, сестра воскликнула, вскинув руки:

– Бриар, Аврора родила девочку примерно через полгода после свадьбы с Арнольдом Боте. Ее назвали Дианой, как нашу маму, – она тоскливо вздохнула, – получается, что Диана – твой ребенок?

– Любимая моя сестричка, все станет на свои места, поверь мне. Я ведь не до конца понимаю, что происходит.

– Надеюсь, что все станет на свои места, – прошептала женщина, доставая из кармана платок. – Прости, я постоянно плачу. Эта затяжная депрессия уже утомила меня до смерти. Но ведь все будет хорошо?

Бриар подошел к ней. Став перед сестрой на колено, он взял ее ледяные ладошки в руки, пытаясь растереть.

– Но все же, как с твоими способностями к телепатии ты не почувствовал в речах Арнольда ложь? – задумчиво спросила она.

– Все очень просто, сестра. Ложные воспоминания! При правильном заклятии они испаряются, когда отпадает в них необходимость. А в воспоминаниях человека остается все, что было и до заклятия, и после. Здесь Лисса неплохо потрудилась.

– Все это кажется очень сложным. И я не понимаю, для чего нужно было прикладывать столько усилий? Прости, конечно, – Орнелла замялась, – но если ты им мешал, то к чему эти хитрые интриги и тайны? Все это не укладываются в моей голове.

Бриар несколько раз прошелся по комнате, обдумывая сказанное сестрой.

– Конечно, убить меня было бы проще, – наконец ответил он, хмыкнув, – но давай рассуждать логически.

Орнелла нетерпеливо поерзала в своем кресле, ожидая ответа. Молодой человек вернулся на свое место и, опершись на подлокотник кресла, застыл, глядя в глаза сестре. Она затихла, ожидая, что же он скажет дальше, а Бриар собирался с мыслями.

– Лисса меня, как не оправдавшего ее ожидания, собралась заменить на Арнольда, – начал он свои умозаключения, – ведь человеком легче было бы манипулировать, согласна?

Орнелла интенсивно закивала.

– Вот именно. Место советника после моего исчезновения должно было перейти к Арнольду. Но ролью советника он не ограничился бы. Господин Моро либо ушел бы в отставку, либо на тот свет, впрочем, как и произошло.

Бриар, налив себе холодной воды и прищурив глаза, смотрел на светильник сквозь тонкий бокал. Он складывал воедино части этой странной истории.

– Для достижения поставленной цели, – продолжил он спустя несколько бесконечных минут, – Арнольд должен был играть роль эдакого рубахи парня, полной противоположности язвительному и мрачному мне. Впрочем, ему и играть не надо было, он таким и был когда-то. Аврора же была частью этого плана. Помимо того, что он заполучил самую блистательную девушку государства, он, женившись на ней, стал зятем господина Моро.

– Господи, – взмолилась Орнелла, подняв глаза к потолку, – я слишком примитивное создание, чтобы понять, к чему ты клонишь.

– Да все просто, сестричка. Для всего этого нужно было лишь, посеяв во мне сомнения, убрать меня из города. Причем мой отъезд не был тайной. Я официально отпросился у Френсиса; я объяснился и попрощался с Авророй; я самолично поручил оберегать девушку Арнольду. Видишь, как все складно получается? Мне еще кажется, что Лисса до последнего надеялась меня вернуть, поэтому с нетерпением ждала моего раскаяния, как было раньше.

– Но почему тогда все пошло не так, как было запланировано? Ведь Лисса должна была предвидеть последствия? – воскликнула Орнелла, лихорадочно наливая себе воды. – Не понимаю! Ведь она Великая Химера, а просчиталась, как глупая, взбалмошная девчонка.

Бриар пожал плечами и развел руками.

– Не знаю, – честно признался он. – Я много размышлял, к чему способно привести такое грубое вмешательство в чьюто судьбу. Может, запущенный Лиссой механизм разрушения моего мира начал стихийно менять предначертанное, изменяя и разрушая не только мой мир?

– Я не понимаю, – прошептала Орнелла, с силой сжав свои руки так, что хрустнули суставы пальцев.

Она прилагала огромные усилия, чтобы осознать смысл пространных рассуждений молодого человека, но все напрасно: мир химер был выше ее понимания.

Бриар подошел к окну и, распахнув его, вдохнул воздух, наполненный ароматом цветов и близкой грозы. Он с минуту молчал, прислушиваясь к мелодии ночи. А потом обернулся, прислонился к створке окна и снова пристально посмотрел на Орнеллу.

– Посуди сама, – наконец сухо произнес он, – мой мир напрямую был связан с Френсисом и Авророй Моро, мой мир также был связан и с Лиссой, и с Арнольдом. Это как эффект домино: если толкнуть одну косточку, встроенную в ряд вертикально стоящих косточек, то начнут падать и другие. Какое либо изменение, влечет за собой ряд других изменений, встроенных в линейный ряд. Разрушая мой мир, она разрушила и мир связанных со мной людей, да и свой тоже. Анна бы на это сказала: «Не рой яму другому, сам туда попадешь».