Дом Цепей - Стивен Эриксон

— Значит, мы можем оказаться в дюжине гребков от берега и этого не понять.

— Да. На счастье, море тут довольно тёплое. Мы просто дождёмся рассвета…

— Если он вообще наступит, — проворчал Торвальд.

— Наступит, — заверил его Сильгар. — Чувствуешь температуру слоёв в воде? У ног она холоднее. Так что солнце прогревает это море, я уверен.

Рядом появился Дамиск, он тащил за собой Борруга, который, похоже, потерял сознание. Когда он потянулся к бочонку, Сильгар его оттолкнул, а затем, брыкаясь ногами, отплыл подальше.

— Работорговец! — выдохнул Дамиск.

— Бочонок и так еле держит мой вес, — прошипел Сильгар. — Он почти полон пресной водой, которая нам, скорее всего, понадобится. Что стряслось с Борругом?

Торвальд подвинулся, чтобы дать Дамиску место на веретене весла. Охранник попытался положить туда и руки Борруга, и даруджиец вновь придвинулся, чтобы помочь.

— Не знаю, что с ним, — ответил Дамиск. — Может, головой ударился, хотя я раны не нащупал. Поначалу он бредил, что-то нёс, затем просто потерял сознание и чуть не утонул. Повезло, что я до него дотянулся.

Голова Борруга то и дело скрывалась под водой.

Карса потянулся и схватил бесчувственного человека за запястья.

— Я его возьму, — прорычал теблор, набрасывая руки Борруга себе на шею.

— Свет! — вдруг завопил Торвальд. — Я видел свет — вон там!

Остальные обернулись.

— Я ничего не вижу, — проворчал Сильгар.

— А я видел! — настаивал Торвальд. — Слабый. Уже погас. Но я видел…

— Скорее всего, перевозбуждённое воображение, — проговорил Сильгар. — Будь у меня силы, я бы открыл свой Путь и…

— Я знаю, что́ видел! — возмутился даруджиец.

— Тогда веди нас, Торвальд Ном, — сказал Карса.

— Заведёт нас не в ту сторону! — зашипел Сильгар. — Безопаснее подождать…

— Ну так жди, — отрезал Карса.

— У меня есть пресная вода, а у вас — нет…

— Верно. Придётся мне тебя убить, раз ты решил оставаться здесь. Вода ведь нам может понадобиться. А тебе — нет, поскольку ты будешь мёртвый.

— Теблорская логика просто восхитительна, — хихикнул Торвальд.

— Ладно-ладно, поплыву за вами, — быстро согласился Сильгар.

Даруджиец задал небыстрый, но ровный темп, отталкиваясь ногами под водой, и потянул за собой весло. Дамиск продолжал держаться за веретено одной рукой, а ногами начал делать странные лягушачьи движения.

Ухватив одной рукой запястья Борруга, Карса последовал за ними. Голова бесчувственного нижеземца лежала у него на правом плече, а колени бились о бёдра теблора.

Рядом, шумно молотя ногами по воде, толкал вперёд свой бочонок Сильгар. Карса заметил, что воды в бочонке куда меньше, чем говорил рабовладелец, и он легко удержал бы всех.

Впрочем, самому теблору поддержка была не нужна. Особой усталости он не испытывал и, похоже, держался на поверхности лучше, чем нижеземцы. С каждым вдохом его плечи и верхняя часть груди поднимались из воды. И если не считать коленей Борруга, которые мешали загребать ногами, нижеземец ничем не мешал…

Но что-то было не так с этими коленями. Карса приостановился, протянул руку и пощупал.

Обе ноги были начисто отрезаны сразу под коленями, а вода за ними казалась тёплой на ощупь.

Торвальд обернулся и спросил:

— Что случилось?

— Как думаешь, есть в этих водах сомы?

— Сомневаюсь, — ответил даруджиец. — Там ведь море было всё-таки пресное.

— Хорошо, — хмыкнул Карса и поплыл дальше.

Свет, который заметил Торвальд, больше не появлялся. Они продолжали плыть в полной темноте, впрочем, море было совершенно спокойным.

— Это глупо! — объявил через некоторое время Сильгар. — Мы просто вымотаемся безо всякого смысла…

Торвальд окликнул Теблора:

— Карса, а почему ты спрашивал про сомов?

Что-то большое, покрытое грубой шкурой поднялось из моря и упало на спину Карсе, так что урид ушёл под воду. Запястья Борруга вырвались из его хватки, руки дёрнулись назад и пропали. Оказавшись под водой на глубине большей, чем рост взрослого воина, Карса развернулся. Одной ногой он попал в крепкое, твёрдое тело. Теблор воспользовался этим, чтобы оттолкнуться, и поплыл наверх.

Как только он вынырнул, уже сжимая в руке свой кровный меч, всего на расстоянии роста показалась громадная серая рыба, пасть, полная острых зубов, сомкнулась на том, что ещё было видно от Борруга. Зубы рассекли голову, плечи и руки. Широкая голова рыбы яростно закачалась вперёд-назад, странные глаза-блюдца сверкнули, словно озарившись внутренним светом.

Позади Карсы раздались крики, и он обернулся. Дамиск и Сильгар отчаянно работали ногами, пытаясь спастись. Торвальд плыл на спине, крепко сжимая в руках весло, а ногами молотил под водой. Только он молчал, хотя лицо даруджийца перекосилось от страха.

Карса вновь посмотрел на рыбу. Она, похоже, никак не могла проглотить Борруга — одна из его рук легла поперёк горла. Рыбина застыла в воде почти вертикально, дёргая головой взад и вперёд.

Зарычав, Карса поплыл к ней.

Как только теблор приблизился, рука Борруга высвободилась и труп скрылся в утробе чудовища. Набрав полную грудь воздуха, Карса взбрыкнул ногами и приподнялся над водой. Его кровный меч описал кривую, оставляя за собой хвост воды, и впился в нос огромной рыбы.

Тёплая кровь брызнула на предплечья Карсы.

Рыба отдёрнулась всем телом.

Карса рывком подплыл ближе и обхватил чудовище ногами под парой боковых плавников. Рыба попыталась вывернуться, но не смогла преодолеть хватку теблора.

Карса перехватил меч, вонзил его в брюхо и рванул вниз.

Вода вдруг стала горячей от крови и желчи. Тело рыбины обмякло и потянуло его в глубину. Урид вложил меч в ножны; затем, продолжая погружаться вместе с рыбиной, засунул руку в открытую рану. Ладонь наткнулась на бёдро Борруга — изодранное месиво плоти — и пальцы сомкнулись на кости.

Карса протащил нижеземца сквозь облако белёсой жидкости, которая жгла глаза, и вынырнул на поверхность вместе с телом.

Теперь кричал Торвальд. Обернувшись, Карса увидел, что даруджиец стоит в воде по пояс и размахивает обеими руками. Рядом Сильгар и Дамиск брели по отмели на берег.

Волоча за собой Борруга, Карса поплыл вперёд. Полдюжины гребков спустя он коснулся ногами песчаного дна. Теблор встал, продолжая держать Борруга за ногу. В следующий миг он уже был на берегу.

Остальные сидели или стояли на коленях на бледной полосе песка и пытались перевести дух.