Ответный удар - Йон Колфер

— Вот что я думаю, — сказал он. — Зито с помощью Опал расплавляет рудное тело здесь. Оно начинает стекать к ядру Земли со скоростью пять метров в секунду, а зонд благодаря внесенным Кобой изменениям передает точные данные. Жеребкинс тем временем думает, что его план срабатывает идеально. На глубине сто шесть миль масса металла проходит всего в трех милях от главной шахты Е7, которая выходит на поверхность в Южной Италии. На протяжении ста восьмидесяти шести миль металл и шахта идут параллельно, потом расходятся. Если Опал сделает так, что между двумя туннелями возникнет трещина, железо потечет по пути наименьшего сопротивления, то есть по шахте.

Элфи ощутила предательскую слабость в коленях.

— По шахте и прямо в Гавань.

— Именно, — сказал Артемис. — Данная шахта уходит по западной диагонали на расстояние порядка двухсот миль и проходит всего в пятистах метрах от самого города. В свободном падении рудное тело наберет такую скорость, что разрушит добрую половину Гавани. А уцелевшая часть будет передавать сигналы, которые услышит весь мир.

— Но у нас есть взрывостойкие двери, — возразила Элфи.

Артемис пожал плечами.

— Элфи, ни на земле, ни под землей нет силы, способной остановить сто миллионов тонн расплавленного гематита в свободном падении. Они сметут все на своем пути. Большая часть железа отклонится и потечет по туннелю, но оставшегося количества будет достаточно, чтобы пробить взрывостойкие двери и стены.

Пассажиры шаттла наблюдали на компьютерной модели, как расплавленное рудное тело разрушает линию обороны Гавани и позволяет зонду принять электронные сигналы волшебного народца.

— Жертвы составят порядка пятидесяти процентов населения, — сказал Артемис. — Может быть, больше.

— Но как Опал надеется обмануть датчики Жеребкинса, чтобы они не засекли приближение зонда? — спросила Элфи.

— Просто, — ответил Артемис — Ей достаточно заложить заряд направленного действия в Е7 на глубине ста шести миль и взорвать его при приближении зонда. Таким образом, когда Жеребкинс получит сигнал о взрыве, будет уже слишком поздно.

— Тогда нам нужно удалить взрывчатку. Артемис улыбнулся. Если бы все было так просто…

— Опал не станет рисковать. Если заложить взрывчатку заранее, заряд может сместиться от вибрации или его могут обнаружить датчики Жеребкинса. Уверен, заряд хорошо защищен, но стоит возникнуть мельчайшей трещине в обшивке, и он начнет передавать сигналы не хуже спутника. Нет, Опал заложит взрывчатку в самую последнюю минуту.

Элфи кивнула.

— Значит, мы подождем, когда она установит его, а потом обезвредим.

— Нет, если мы будем ждать в шахте, Жеребкинс нас обнаружит. Опал узнает об этом и будет держаться подальше.

— Ну и отлично.

— Не совсем так. Мы можем задержать ее на несколько часов, но не забывайте о том, что у нее есть сто восемьдесят шесть миль шахты для установки заряда. Она может спокойно дождаться нашего ареста, все равно у нее останется достаточно времени для осуществления операции.

Элфи потерла глаза руками.

— Я ничего не понимаю! О бегстве Опал уже давно должно быть известно. Уверена, Жеребкинс сделал правильные выводы…

Артемис сжал кулак.

— Нет, и в этом все дело. Очевидно, Жеребкинс не подозревает о бегстве Опал. Ее следовало проверить в первую очередь после того, как стало известно о побеге генерала Б'ва Келл.

— Ее проверили. Я сама видела. Когда Кривец сбежал, она все еще находилась в состоянии кататонии. Она не могла спланировать его побег.

— И тем не менее она его спланировала, — задумчиво произнес Артемис — Возможно ли, что на ее месте оказался двойник?

— Нет, исключено. Проверки ДНК проводятся ежедневно.

— Итак, у той, кто пребывает под наблюдением, ДНК Кобой, но практически отсутствует деятельность мозга.

— Верно, она находится в таком состоянии уже почти год, — подтвердила Элфи.

Артемис задумался на минуту, потом спросил:

— Интересно, насколько развита под землей технология клонирования?

Он быстро подошел к главному компьютеру и вызвал на экран полицейские файлы по этому вопросу.

— Взрослый клон полностью идентичен оригиналу, за исключением того, что деятельность мозга обеспечивает только поддержание жизни, — прочел он. — В условиях лаборатории-инкубатора на выращивание взрослого клона требуется порядка двух лет. — Артемис отошел от компьютера и хлопнул в ладоши. — Все понятно. Именно так она и поступила — вырастила клона и намеренно погрузилась в состояние комы, чтобы никто не заметил подмены. Впечатляет.

Элфи ударила кулаком по ладони.

— Выходит, пусть нам и удалось остаться в живых, но нам никто не поверит, если мы расскажем о побеге Кобой. Все подумают, что мы несем полный бред в отчаянных попытках избежать наказания.

— Верно, когда я сказал Цыпу, что Кобой вернулась, он решил, что я брежу, — вставил Мульч. — Впрочем, он так и так считал меня чокнутым.

— Если бы полиция Нижних Уровней знала, что Опал на свободе, — продолжил юный ирландец, — она насторожилась бы, узнав о зонде Зито. Но пока Опал остается в коме…

— Нет причин для паники, — закончила за него Элфи. — Ситуацию с зондом следует рассматривать как неожиданную, но никак не критическую.

Артемис выключил голографический проектор.

— Итак, нам следует рассчитывать только на самих себя. Мы должны украсть последний заряд и взорвать его в безопасном месте — над параллельным туннелем. Кроме того, необходимо разоблачить Опал, чтобы она не могла еще раз прибегнуть к этой уловке. А для этого нам нужно найти шаттл Опал.

Мульч вдруг почувствовал тревогу.

— Вы собираетесь поймать Опал? Снова? Ну, удачи вам. Можете высадить меня на следующем повороте.

Элфи пропустила его слова мимо ушей.

— Сколько у нас времени? — спросила она.

На плазменном экране был калькулятор, но Артемис в нем не нуждался.

— Рудное тело опускается со скоростью пять метров в секунду. То есть одиннадцать миль в час. Если скорость не изменится, рудное тело достигнет параллельного участка приблизительно через девять с половиной часов.

— Через девять часов с этого момента?

— Нет, — поправил ее Артемис. — Через девять часов с момента взрыва, который произошел почти два часа назад.

Элфи быстро прошла в кабину, села в кресло пилота и пристегнулась.

— Семь с половиной часов на то, чтобы спасти мир. Разве нет закона, который гласит, что на такие дела надо выделять двадцать четыре часа?

Артемис устроился в кресле второго пилота и тоже застегнул ремень безопасности.

— Не думаю, что Опал обращает внимание на законы, — сказал он. — Кстати, мы можем поговорить во время полета? Меня интересует кое-что о шаттлах и о взрывчатых веществах.