Память льда. Том 2 - Стивен Эриксон

— Не перед солдатами же, — прошептала она.

Он прорычал:

— Веди меня, женщина.

Скворец всего несколько раз путешествовал по Путям, но его воспоминания об этих отвратительных переходах никак не могли подготовить его к Куральд Галейну. Взяв его за руку, Корлат втянула Скворца в древнее царство Матери Тьмы, и хотя малазанец чувствовал, как руку сжимают её пальцы, он шагнул в слепоту.

Света не было. Шероховатые плиты под сапогами, воздух абсолютно неподвижен, никаких запахов, и температура вокруг мало отличается от температуры тела.

Его потянули вперёд. Сапоги, казалось, едва касаются пола.

Внезапно серая полоса бросилась ему в глаза, и командир услышал шёпот Корлат:

— Нас атакуют даже здесь — яд Увечного бога просочился глубоко, Скворец. Дурное предзнаменование.

Он откашлялся.

— Наверняка Аномандр Рейк распознал угрозу. А если так, какие у него планы на сей счёт, ты не знаешь?

— Не всё сразу, мой милый. Он — Рыцарь Тьмы, её Сын. Личный воитель Матери Тьмы. Он не из тех, кто бежит от сражения.

— Никогда бы не догадался, — ответил он, криво ухмыляясь. — Чего же Рейк тогда ждёт?

— Мы, тисте анди, терпеливый народ. Настоящая сила заключается в умении дождаться нужного момента. Когда он решит, что время пришло, Аномандр Рейк ответит.

— Готов предположить: это же не позволяет ему спустить Лунное Семя на Паннионский Домин.

— Именно.

И каким-то образом Рейку удалось спрятать летающую крепость размером с гору…

— Ты твёрдо веришь в своего повелителя, верно?

Держа её за руку, он ощутил, как Корлат пожала плечами.

— Когда дело касается нашего Владыки, множество прежних событий делает понятие веры излишним. Мне по душе отсутствие сомнений.

— Рад слышать. А я тебе по душе, Корлат?

— Хитрец. Ответ на каждую грань этого вопроса — да. Позволь мне задать тебе тот же вопрос?

— Это не обязательно.

— Тисте анди или человек — когда речь о мужчинах, они все одинаковы. Возможно, мне придётся силой вырывать из тебя слова.

— Тебе не придётся сильно стараться. Мой ответ не отличается от твоего.

— И каков он?

— Ну как же — вот как раз то, что ты и сказала.

Он замычал, получив тычок под рёбра.

— Довольно. Мы на месте.

Портал открылся, впустив болезненный свет — внутри палатки Дуджека царил сумрак раннего вечера. Путь за ними бесшумно закрылся.

— Если всё это было только для того, чтобы уединиться со мной…

— Боги, ну и самомнение! — Свободной рукой она дала знак, и призрачная фигура обрела форму прямо перед Скворцом. Знакомое лицо расплылось в ухмылке.

— Какой очаровательный вид, — заявил призрак, глядя на них. — Худ свидетель, я не могу вспомнить, когда в последний раз был с женщиной.

— Следи за языком, Быстрый Бен, — прорычал Скворец, отпуская руку Корлат. — Давно не виделись, ужасно выглядишь.

— Ну, большое спасибо, командир. Я дам знать, если буду чувствовать себя ещё хуже. Но я снова могу ходить своими Путями и обрёл какую-никакую защиту от яда Павшего бога. У меня новости из Капастана — хочешь послушать?

Скворец усмехнулся.

— Излагай.

— Белолицые контролируют город.

— Об этом мы догадались, ещё когда Вывих принёс вести о вашем с баргастами успехе и когда паннионская армия прибежала прямо нам в руки.

— Отлично. Ну, раз вы уже разобрались с армией, я добавлю вам немного хлопот. Баргасты идут с нами. На юг. Если тебе и Дуджеку было тяжело с Брудом, Каллором и компанией, уж прости, Корлат, теперь вам придётся иметь дело ещё и с Хумброллом Тором.

Скворец недовольно заворчал.

— Что он за тип?

— Хитроват, как по мне. Но по крайней мере он сумел объединить кланы и отдаёт себе отчёт, во что ввязывается.

— Рад, что хоть кто-то из нас отдаёт. Как поживают Паран и «Мостожоги»?

— Вроде бы хорошо, хотя сам я их уже давно не видел. Они в Пленнике — с Хумброллом Тором и уцелевшими защитниками города.

Скворец приподнял бровь.

— Есть выжившие?

— Ага, похоже на то. Мирные жители по-прежнему прячутся в тоннелях. А ещё выжили некоторые «Серые мечи». Верится с трудом, правда? Сомневаюсь, что в них ещё остался боевой пыл. Судя по тому, что я слышал об улицах Капастана… — Быстрый Бен покачал головой. — Надо видеть, чтобы поверить. По правде говоря, именно этим я и собираюсь заняться. С твоего позволения, конечно.

— Осторожно, я надеюсь.

Чародей улыбнулся.

— Никто не увидит меня, если я не захочу, сэр. Когда вы планируете добраться до Капастана?

Скворец пожал плечами.

— Мы должны разделаться с тенескаури. Это может быть непросто.

Тёмные глаза Быстрого Бена сузились.

— Вы же не собираетесь вести с ними переговоры?

— Почему нет? Это лучше, чем бойня, чародей.

— Скворец, баргасты рассказывают о том… что случилось с Капастаном. О том, что тенескаури сделали с защитниками. У этих тенескаури есть вожак — Анастер, первое дитя Мёртвого Семени. По слухам, он лично освежевал принца Джеларкана и подал его к столу как главное блюдо пира — в его собственном тронном зале.

У Корлат вырвался шипящий вздох.

Скорчив гримасу отвращения, Скворец сказал:

— Если этого Анастера или любого из тенескаури можно будет наверняка обвинить в подобном преступлении, значит, восторжествует малазанский военный закон.

— Простая казнь будет милосердием, которого не дождались их жертвы.

— Значит, им повезёт, если их поймает именно Войско Однорукого.

Быстрый Бен по-прежнему выглядел обеспокоенным.

— А выжившие граждане Капастана, защитники и жрецы в Пленнике, разве их мнение не будет учтено, когда станут решать судьбы пленных? Сэр, нас могут ждать смутные времена.

— Спасибо, что предупредил, чародей.

Спустя миг Быстрый Бен пожал плечами и вздохнул.

— Увидимся в Капастане, Скворец.

— Ага.

И призрак исчез.

Корлат повернулась к командиру.

— Малазанский военный закон.

Он поднял брови.

— Мне кажется, Каладан Бруд не из мстительных. Ты предвидишь конфликт?

— Я знаю, что посоветует Каллор, — в её голосе звенели напряженные нотки.