Грань возможного - Андрей Ливадный

Ольга не нашлась, что ответить. Ободрять Игоря – только себя обманывать. Он сильный. Да и сама не из робких. Но где выход? Машинная цивилизация – вот когда избитое словосочетание полностью раскрыло свой смысл. Что они могут предпринять без средств коммуникации, без экипировки, оружия, машин? Выдолбить лодку из ствола дерева и отдаться воле ветров? А куда приплывем? Да и выживем ли? Дейвид ясно дал понять, что адаптированная для человека экосистема поддерживается лишь в границах острова. Дальше – царство чуждой биосферы, где единственный вдох без метаболического импланта может стоить жизни, стать последним.

– Ты говорил с людьми?

– Говорил. Они парни решительные, но дисциплины никакой. В основном наемники с Варла. Идея забить камнями парочку боевых машин не очень-то их вдохновила. Эх, сюда бы ребят из спецназа ВКС…

– Помечтай. – Ольга коснулась его плеча, прижалась к спине мужа. – Сами справимся.

– Ладно. Пойду еще раз попробую поговорить с людьми.

* * *

– Ну, что тебе надо, старик?

Рокотов остановился в дверях. После яркого полуденного света внутри здания все казалось погруженным во мрак.

– Пришел кое-что уточнить. – Глаза понемногу свыклись с условиями освещения, и Игорь Владимирович, обойдя массивный стол, покрытый зеленым сукном, сел в свободное кресло. – Чем вы тут заняты, парни?

– Отдыхаем.

– А это что такое? – Рокотов с неподдельным интересом рассматривал шары, раскатившиеся по зеленому полю, высокие борта необычного стола.

– В бильярд никогда не играл? – хмыкнул Ульрих, подмигнув своим товарищам. Высокие, накачанные, небритые, они выглядели угрожающе и одновременно казались какими-то неопрятными.

Бильярд. Слово знакомое. Игорь Владимирович на время задумался, затем с трудом вспомнил: как-то раз ему приходилось видеть подобный раритет.

– Это кий?

– Да, причем натуральный. Оцени?

Рокотов взял протянутый Ульрихом кий, провел пальцами по лакированной древесине, ощутил вес, нашел центр тяжести. И без сканирования понятно, внутри находится металлический стержень.

– Сыграем?

– Я не знаток бильярда.

– Ну, говори тогда, что надо? Пива хочешь?

– Воздержусь, – вежливо отказался Игорь Владимирович. – Вижу, вас все тут устраивает?

– Не худшее место во Вселенной, – кивнул Ульрих. – А ты, адмирал, все никак не успокоишься? Лежал бы себе на пляже, грел старые кости.

Рокотов проигнорировал замечание. В прошлый его визит разговор не получился. Но сегодня он решил проявить терпение.

– Давно вы тут?

– Да уж с полгода, наверное, – лениво ответил Варлок. – Поначалу напрягало, а теперь ничего, пообвыклись.

– Остров исследовали?

– Да нет тут ничего примечательного. Четыре города, если так можно назвать, береговая линия поделена на сектора, где расположены бунгало для новичков типа нашего, ну еще в горах какие-то дикари обосновались. Мы к ним сунулись, да без толку. Интеранглийский едва понимают, живут на грибовидных деревьях, охотятся на каких-то червей, смотреть тошно.

«Наверное, деградировавшие потомки колонистов, депортированные с материка на остров», – мысленно отметил Рокотов, но на всякий случай спросил:

– Признаков посадки колониального транспорта не заметили? Ну, обломки, может, фрагменты расплавленной почвы, остекленевшие скалы, древние бункера?

– Нет, не видели.

– А как организована система охраны резервации?

– Какой охраны? – не понял Ульрих.

– Остров должен как-то охраняться?

– Нет никакой охраны, – пожал плечами Рогман, третий из варлийцев. – Вокруг океан. Что тут поделаешь? Лодку соорудишь? А дальше что? Куда плыть? Да и зачем?

– Нас всех удерживают насильно. Не заметил?

– Знаешь, адмирал, поначалу мы тоже дергались. А потом как-то все само по себе улеглось. Ну, покопались андроиды у нас в мозгах, что с того? Живем как люди. Ты хоть раз бывал на Варле?

– Нет.

– Пустыня. Все уничтожено войной. Представляешь, какие там условия выживания?

Рокотов кивнул:

– Я не был на Варле, но побывал во многих похожих мирах. Да и сам я с Дабога.

– Тогда должен понимать, о чем речь. Так жить, – Ульрих неопределенным жестом обвел обстановку помещения, – нам и в розовых снах не снилось. Да, поначалу дергались, – повторил он. – Но от добра добра не ищут, верно? Зачем нам ввязываться в драку? Чтобы вырваться отсюда? Куда? Назад на Варл?

– Свобода…

– Адмирал, хватит капать на мозг. Свобода сдохнуть на Арене?[28]Думай, о чем говоришь…

Снаружи раздались шаги.

Ульрих заметно напрягся, иначе перехватил кий, словно держал в руках оружие.

Рокотов незаметно поменял позу.

В дверях показалась человекоподобная фигура. Боец в экипировке колониальной пехоты образца тридцатых годов выглядел неживым. Его лицо, хорошо различимое за опущенным прозрачным забралом шлема, не выражало никаких эмоций. В прошлом Рокотову не раз приходилось встречаться с бойцами спецбригад, но раньше он видел в них живых людей и никогда не замечал подобного безэмоционального поведения.

– Боец, тебя как зовут? – обратился он к вошедшему.

Тот даже не повернул головы.

– Я задал вопрос. – Адмирал хотел встать, но рука Ульриха легла на плечо, удержала его в кресле.

– Не лезь к нему. Это изделие с Роуга. Киборг. Ему удалили программы имитации человеческого поведения, чтобы ускорить работу системы. Дернешься, он тебе башку снесет, моргнуть не успеешь…

– И это ты называешь свободой? – тихо, но внятно спросил Рокотов.

Ульрих лишь скривился в ответ.

На улице вновь раздались шаги, и через открытую дверь в помещение вошли двое андроидов колониальной модели.

– Еда и напитки. – Они поставили на пол увесистый пластиковый кофр. Один из них повернулся, взглянул на Рокотова, затем вдруг шагнул к Варлоку.

– Сэр, – вежливо обратился он к варлийцу, – когда вы мылись в последний раз?

– Тебе что за дело? – огрызнулся Варлок.

– Несоблюдение правил личной гигиены может привести к вспышке заболеваний инфекционного характера. Вам сделано последнее предупреждение.

– Не понял?! – Варлок завелся, что называется, с полоборота.

– Сэр, поясняю лично для вас: каждодневная уборка помещения и соблюдение правил личной гигиены обязательны для всех обитателей острова. Несоблюдение установленных норм приведет к вынужденным мерам по коррекции информации в ваших нейросетях. Тех, кто не в состоянии выполнять элементарные правила, мы подвергнем обучению.