Игры менталистов. Ловушка памяти - Татьяна Зинина

‒ Тогда ответь мне, чего ужасного в том, что я без ума от твоей мамы? От женщины, на которой хочу жениться?

Иль промолчал.

‒ Я понимаю, что ты чувствуешь, ‒ в тоне Эйта слышалось неподдельное внимание. – Понимаю, что я для тебя чужой человек, который посмел смотреть на твою маму как на женщину. Более того, имел наглость с ней спать. Но, поверь, Бель хорошо со мной, а мне безумно хорошо с ней.

Ильер слушал его, но говорить не спешил. Голоса раздавались из гостиной. Я сделала один шаг вниз, но снова остановилась, услышав Эйтана:

‒ Знаю, ты любишь её, ‒ сказал он. ‒ Сейчас она для тебя главная женщина в жизни. Но, поверь, Бель будет любить тебя независимо от того, есть я или нет меня. Ты – её сын. И ты – мой сын, Иль. Наш с ней ребёнок.

‒ А вы любите её? – вдруг спросил Ильер.

Я замерла, вцепившись пальцами в перила, а сердце в груди пропустило удар.

Шли секунды, но Эйтан не спешил отвечать. Мне же вдруг стало не по себе. И я с кристальной ясностью поняла, что не хочу знать этот ответ. Потому нарочито громко наступила на следующую ступеньку и быстро направилась вниз.

Конечно, они меня услышали, потому этот разговор прервался сам собой. А когда я вошла в гостиную, то увидела вполне ожидаемую картину. Иль стоял у окна и смотрел на улицу ‒ на самом деле просто прятал взгляд. А вот Бестерли сидел в кресле и выглядел как всегда собранным и уверенным в себе… даже несмотря на откровенно растрёпанный внешний вид.

‒ Доброго утра, мама, ‒ поздоровался сын. – Я…

И замолчал, будто просто не знал, что сказать.

‒ Будешь завтракать? – спросила, не придумав ничего лучше в этой странной ситуации.

‒ Нет, пойду. Поем в столовой, ‒ понуро ответил он.

‒ Иль, останься, ‒ попросил его Эйтан. – Мне нужно поговорить с вами обоими. Разговор серьёзный и важный. И лучше начать его после завтрака.

‒ Что случилось? – вырвался у меня вопрос.

Я подошла к Эйту, коснулась его плеча, а он накрыл мою руку своей, потом обхватил пальцы поднёс к губам и легко поцеловал.

‒ Думаю, тебе стоит одеться, ‒ улыбнулась, поймав тёплый взгляд Эйтана. – Я пока приготовлю что-нибудь.

Эйт не стал спорить. Понимающе усмехнулся и направился наверх. Мы с сыном проводили его взглядами и вместе направились на кухню.

Я сразу принялась взбивать яйца для будущего омлета. Иль обычно помогал мне, но сегодня просто сел за стол и опустил голову на сложенные руки. Некоторое время в кухне стояла гнетущая тишина, а мне в голову не приходило ни единой мысли, как найти правильные слова.

Но Ильер заговорил первым.

‒ Тебе на самом деле хорошо с лордом Бестерли? Или ты решила сойтись с ним только из-за меня? – спросил тихо.

‒ Нет, Иль, ‒ покачала головой. ‒ Эйтан сказал тебе правду.

И замолчала, просто не зная, что ещё добавить. Меня раздражало собственное бессилие. Но я никак не могла придумать, как объяснить сыну происходящее между мной и Эйтом. Он ведь ещё ребёнок. Он не поймёт.

‒ Мам, ‒ Иль поднял голову и посмотрел прямо на меня, – я знаю, что мужчина и женщина делают ночами за закрытыми дверьми спальни. Но мне очень сложно представить вас с лордом Бестерли… за этим занятием. Я и пришёл сюда потому, что услышал, как тебя называли его любовницей. Не поверил. Чуть не подрался с негодяями, посмевшими говорить о тебе гадости. Пришёл сюда, чтобы рассказать об этих грязных слухах…

Он снова отвёл взгляд, сокрушённо вздохнул и добавил:

‒ А слухи оказались чистой правдой.

‒ Иль, я не собиралась давать этим отношениям шанс, ‒ вдруг решила, что лучше всего просто сказать ему правду. – Но всё пошло не по плану. У нас с Эйтом есть общее прошлое, которое мы с ним почему-то забыли. Но уже сейчас известно, что раньше мы очень любили друг друга. Были помолвлены. Но потом произошло что-то странное, и мы разошлись.

‒ То есть, сейчас между вами снова вспыхнули старые чувства? – недоверчиво поинтересовался сын.

‒ Не знаю, Иль, ‒ призналась честно. – Но моей душе очень хорошо и тепло рядом с Эйтаном. Хотя, признаюсь, характер у него не подарок.

У Ильера вырвался смешок, который он тут же поспешил спрятать. Но я поняла, что его напряжение постепенно пропадает.

‒ Почему ты не хочешь быть его женой? – спросил сын.

‒ Я боюсь, ‒ ответила, сев рядом с Илем.

‒ Понимаю, ‒ кивнул мой мальчик. – Знаю, что с папой тебе было плохо.

Увы, как бы мы с Серфимом ни старались скрыть сложности в наших отношениях от сына, Иль был менталистом. И если меня он прочитать не мог, то Серфа видел насквозь.

А сын вдруг придвинулся ближе, обнял меня и положил голову мне на плечо.

‒ Я хочу, чтобы ты чаще улыбалась, ‒ проговорил он, прикрыв глаза. – Чтобы твои глаза сияли. Если для этого тебе нужен лорд Бестерли, то я не буду против.

‒ Ты же принял его как отца, ‒ напомнила в непонимании.

‒ Это другое, ‒ ответил едва слышно.

Я вздохнула и обняла его в ответ.

‒ Иль, знаешь, как бы ни сложились мои отношения с Эйтом, это никак не повлияет на мою любовь к тебе. Ты – мой любимый мальчик. Мой ребёнок. Ты – часть меня самой.

Он неожиданно всхлипнул, но тут же поспешил отстраниться и сел ровнее.

‒ Ладно, мамуль, давай готовить завтрак.

И, поднявшись, сам взял миску с яйцами и принялся размешивать. Немного понаблюдав за смущённым сыном, я тоже взялась за готовку.

К тому времени, как спустился Эйтан, мы успели накрыть на стол и заварить всем чай. Правда, ели в тишине. Но, что удивительно, она совсем не казалась напряжённой. Наоборот, была удивительно комфортной. А весь этот завтрак выглядел в моих глазах важным шагом в наших отношениях. И впервые я поняла, что на самом деле очень хочу, чтобы мы втроём стали настоящей семьёй.

Может, мне всё-таки стоит согласиться на предложение Эйта?

Нет, лучше пока не спешить. Это будет самым правильным решением.

***

Эйтан Бестерли

Я планировал начать это утро совсем не так. В моих фантазиях мы с Бель должны были проснуться вместе, понежиться в постели. Снова повторить те приятные безумства, что творили с ней ночью. Но всё пошло не по плану.

Меня разбудил стук в дверь и странное предчувствие. Открывать пошёл сам, как знал, что посетитель явился именно ко мне. И оказался прав.

На пороге меня ждал заметно нервничающий Херри.