Тайны Реннвинда. Проклятие дня - Елена Сокол

– Довольно! – Приказывает чей-то голос. Даже не видя его обладательницу, я уже знаю, кто это. Когда из-за дерева появляется Ингрид в темном плаще с капюшоном, мужчина послушно опускает голову и отходит от жертвы на шаг назад. – Оставь ее мне. – Женщина улыбается, доставая из-за пазухи длинный нож и замахиваясь.

Кайя зажмуривается и втягивает голову в плечи. Но Ингрид лишь отрезает клок ее белокурых волос и прячет себе под плащ.

– Тащи ее, Арвид! – Командует она. Но со стороны особняка уже слышны тяжелые шаги. – Дьявол! – Ингрид отступает в тень и прячется за дерево. – Разберись с мальчишкой! – Шипит она. – Живо!

Я вижу Бьорна. Он подбегает, и у них с темноволосым завязывается бой. Удар! А вот и Асмунд подоспел.

Я оборачиваюсь к Кайе и… проваливаюсь в темную пустоту.

Черные бабочки.

Стук точильщика. Сырой, туманный лес.

– Кайя! Где ты?! – Кричу я, оглядываясь.

Тут страшно и холодно.

– Кайя! – Повторяю я.

И тут слышу ее шаги.

Хрустят ветви, шелестит листва. Девушка выходит ко мне из-за дерева. Она босиком, на ней пижама в цветочек, длинные волосы распущены. Кайя вглядывается в мое лицо недоверчиво, с опаской.

– Скажи, как мне помочь тебе выбраться отсюда? – Спрашиваю я.

Кайя подходит и разглядывает меня с интересом.

Она не может сказать. Она же не говорит.

– Покажи. – Прошу я.

Где-то над лесом звенит будильник.

– Покажи.

Девушка кладет свои ладони мне на голову, и я закрываю глаза.

Тук-тук. Тук-тук. Это ее тело. Кровь бежит по венам, сердце бьется. А это… а здесь…что-то… внутри… какой-то инородный предмет под кожей, под рубцами. Ткани вокруг него воспалены, отравлены.

– Нея!

Я просыпаюсь от того, что Бьорн трясет меня за плечи.

– Нея, проснись!

Открываю глаза и смотрю на него. Асмунд тоже тут – склонился надо мной.

«А где Кайя?»

– Ну, что? Ты видела ее?

Неуверенно киваю. Затем провожу ладонями по лицу и собираюсь с мыслями.

– Яд, который отравляет Катарину, все еще в ней. – Говорю с сожалением. – Похоже, врачи почистили рану и зашили, но они не знали, что нужно искать то, что проникло и затаилось глубже. Кусочек вампирского зуба все еще в тканях твоей сестры. Возможно, ей нужна будет небольшая операция. Нужно сказать об этом твоему отцу.

– Езжай. – Трогает его за плечо Асмунд. – А я побуду с ней.

– Спасибо, Нея, – коснувшись губами моей ладони, парень отпускает мою руку и встает. – Я скоро вернусь!

Киваю, провожая его взглядом.

– Есть еще кое-что. – Признаюсь Асмунду, когда Бьорн покидает зал. – Ингрид отрезала у Катарины клок волос. Как думаете, для чего он ей?

– Нужно посоветоваться с Анной. – Задумчиво отвечает пастор.

– И проверьте вещи Ингрид: нет ли среди них светлой прядки. Она заставляла девушек идти в лес, управляя их сознанием с помощью соломенных кукол. Кто знает, для каких целей она может использовать волосы Кайи?

– Сейчас же проверю. – Срывается с места Асмунд и удаляется в смежное помещение за занавеской. – Они у меня в подвале.

Встав, я осматриваюсь.

Одной находиться в этом помещении как-то жутковато. Иду вдоль рядов скамеек, укутавшись в плед, и вдруг мне кажется, что я снова слышу этот звук. Тот самый, что слышала здесь раньше – когда проходила мимо церкви.

Не то ветер завывает под крышей, не то пес воет.

Прислушиваясь, дохожу до двери, спрятанной за занавесью. Открываю, и меня едва не сносит потоком воздуха. Передо мной коридор и ступени, ведущие вниз. Какое-то подвальное помещение. И когда я уже собираюсь закрыть дверь и отойти, снова слышится этот звук. «У-у-у!» Будто эхо.

Оглядевшись, я все-таки решаюсь и ступаю внутрь.

Коридор озаряется светом: видимо, срабатывает датчик движения. Подхожу к ступеням, смотрю вниз – там темно. Делаю шаг, и лестничный пролет освещается. Немного подумав, я спускаюсь на нижний марш. Тут прохладно. Лестница упирается в узкий коридор.

– Э-эй! Кто-нибудь! – Надрывается мужской голос где-то вдалеке.

Или мне мерещится? Мое сердце пускается вскачь. Иду дальше.

– Э-эй! – Откуда-то издалека.

Я замираю, не в силах сделать больше ни шага.

И тут где-то неподалеку раздается голос Асмунда:

– Прекрати надрывать горло, Арвид. Я уже сто раз тебе говорил: отсюда никто тебя не услышит.