Игрушка темного принца - Елена Княжина

– В последний раз была лавандовая, – поморщился волчара.

На секунду по лицу куратора пробежала тень смущения, но глаза тут же снова наполнились пустотой.

– Анна… Вы собираетесь опять влезть в неприятности? – с робкой надеждой спросил Ромул.

– Собираюсь, – не стала его разочаровывать лживыми отговорками.

– Мне стоит о вас беспокоиться? – он нахмурился, порылся в тумбе и выудил оттуда заветную щетку.

– Пожалуй, стоит.

– Что бы вы там ни задумывали… Каковы шансы, что это удастся?

– Мизерные, сэр.

– Чем я могу помочь?– побежденно тряхнул головой куратор.

– Вы можете отдать мне вашу чертову шерсть, – напомнила я сердито и протянула руку за вожделенной щеткой. – И еще – сказать крестному и Джулии, что я легла спать в Пункте связи и просила меня не беспокоить.

– Сначала вы мне расскажете о своем плане, – потребовал Ромул, не спеша отдавать бесценный ингредиент.

– Не расскажу, – шмыгнув носом, я помотала головой.

– Я не могу позволить вам вляпаться в смертельно опасную авантюру, тем более, без должной подготовки. Артур мне не простит, если и с вами что-то случится. Да я и сам себе не прощу.

– Вы мне должны! – с истеричными нотками напомнила мужчине.

– Должен? Что? – удивился профессор Осворт.

– Желание! Я обыграла вас в «Упрямые фигуры», помните? – я задрала подбородок, готовая идти до конца. – Или вы не держите слово?

– Держу, – сипло пробормотал куратор, оценивая масштаб раскинутой сети.

– Так вот: я желаю вашу шерсть, – я поманила пальцами расческу. – Хотя бы клок.

Ромул недовольно закряхтел.

– П-пожалуйста.

– Обещайте, что останетесь живы, – потребовал он, отдавая мне щетку.

– Я буду очень стараться.

На короткий миг мы столкнулись глазами, и куратор поймал мой перепуганный, ни в чем не уверенный взгляд. Но остановить уже не смог: с легким дуновением телепортирующего вихря я перенеслась в кабинет Андрея. Оставалось молиться, что Ромул вернул в него древний стилет. Второго желания у меня в запасе не имелось.

Стараясь не смотреть в сторону пустующей спальни, я выложила на зельеварительный стол страничку с описанием ритуала и массажную расческу с застрявшими между щетинок волосками. Порылась в серванте, нашла стилет и бутылек с кровью горгульи индийской. Ее оставалось на донышке, но десять капель должно набраться.

Мысль использовать кровь горгульи вместо китайского дракона пришла спонтанно, едва я попала в кабинет Андрея. Вспомнилось, как Карпов уверял, что они взаимозаменяемые. А значит, и мне подойдет. Хоть чему-то я, да научилась на дополнительных занятиях!

Теперь требовалось раздобыть чешую русалки, магический бульон, что был в ходу у Высших магов, и – бррр! – глаз морфа. Самое неаппетитное я оставила на десерт.

12.3

***

Ихти ко мне не вышел. Атарина сказала, что он тоскует на дне. Чувствует, что что-то случилось с его единственной. И мне совершенно нечем было его обнадежить.

Поворчав для проформы, русалка разрешила мне аккуратно выдернуть несколько чешуек из хвоста. Стоически терпела, сжав детские губки, пока я орудовала серебряным пинцетом. Она так же, как и я, хотела спасти Демона.

Несмотря на внешность девочки, морская дева, похоже, питала к плававшему без одежды Карпову вполне взрослый интерес. Хоть и совершенно платонический. Как поведала с грустным вздохом Атарина, русалки способны к скрещиванию только внутри своего вида. И слава богу!

Набрав в несколько пробирок воды из озера, напитанного сияющей материей, я с неохотой отправилась в подвал номер два.

Никогда бы не подумала, что перешагну этот порог добровольно! Поборов приступ тошноты, я стукнула именным жезлом Карпова по запертой двери и заставила себя войти.

Невольно поморщилась. Нет, пахло тут нормально… Пылью и старостью. Пользовались данными «сокровищами» нечасто. Но содержимое колбочек заставляло поторопиться.

Похоже, это хранилище в Академии – еще со времен Авроры и ее предков. Сейчас я ясно понимала, что это не музей, а склад заготовок для древних ритуалов Высших магов. Иначе зачем им консервированная голова морфа?

– Что, дружок? Демон говорил, ты по мне давно скучаешь? – пробормотала для храбрости, подбираясь к огромной колбе.

На меня повернулись застывшие глаза перепуганного морфа. Что ж, боялся он не зря. Я сняла печать с крышки и, зажмурившись, просунула ладонь в голубой раствор.

Тролль меня сожри!

Ну пожалуйста… Вот прямо сейчас, я готова.

Глаз морфа растерянно поглядывал на меня с мокрой ладони. Бррр!

Если Карпов выживет, я собственными руками его придушу! За то, что мне пришлось через все это пройти. Боже, какая гадость… Едва ли я смогу когда-нибудь забыть эту ночь.

Сейчас, с глазеющим на меня органом, изъятым из лохматого тела, я окончательно прониклась мыслью, что ужаснее дня рождения быть просто не может. Он не задался с самого утра, и с каждым часом бил рекорды по своей омерзительности. Ох, стоило сразу понять, едва в моем сне возник белобрысый недоэльф с грязными помыслами, что все это не к добру!

А ведь ночь еще не закончилась… И впереди еще порция отборных мучений с неизвестным финалом. Будет ли символичным умереть в день магического совершеннолетия? Этого я не знала. Зато твердо понимала кое-что другое.

Поскольку теперь я полностью самостоятельна по магическим законам, то имею право принимать решения сама. Любые, даже очень опасные. И свое я, кажется, приняла. Андрея я не отпущу, независимо от того, какую цену придется заплатить за его возвращение.

***

Следующий час я терпеливо колдовала над хрустальной чащей, следуя инструкциям с выдранной странички. Измельчала противный глаз, замачивала в озерной воде шерсть оборотня, растворяла русалочью чешую в крови горгульи… Методично, спокойно, уверенно. Так, словно от успеха моей авантюры вовсе и не зависела жизнь человека. Будто это было обычное дополнительное занятие. Новое задание от Андрея, чтоб ему самому в консервированном морфе ковыряться, Владимировича.

Когда «Зелье Единения» приобрело стеклянную прозрачность, я довольно выдохнула. Осталось остудить и разделить на две равные порции. А потом – спуститься в больничное отделение и с невинным видом выпроводить Мари.

За ширмой было пусто, Карпов лежал в одиночестве. Наставница чем-то шуршала в своем кабинете.

– Мари! – окликнула я ее, и из проема показалась взлохмаченная русая голова, в полумраке казавшаяся серой. – У тебя ведь есть доступ к библиотеке в ночные часы? Я хочу почитать кое-что… У меня возникла идея…

Наставница посмотрела с сочувствием, и я просительно подняла брови.