О чем молчат ангелы - Бекка Фицпатрик

Сев через несколько мест от водителя, я сжалась, пытаясь быть незаметной. Он потянул рычаг, чтобы закрыть двери, и автобус медленно покатился по дороге. Я уже была готова вздохнуть с облегчением, когда я получила сообщение от Ви.

«Ты где?»

«В Портленде, — ответила я. — А ты?»

«Я тоже. На вечеринке с Жюлем и Элиотом. Давай встретимся».

«Что ты делаешь в Портленде?!»

Я не стала дожидаться ответа и сразу ей позвонила. Так быстрее. А это срочно.

— Привет! Ну, что скажешь? — спросила Ви. — Есть настроение повеселиться?

— А твоя мама знает, что ты в Портленде на вечеринке с двумя парнями?

— Солнце, у тебя, похоже, начинается паранойя.

— Поверить не могу, что ты поехала в Портленд с Элиотом! — Меня пронзила тревога. — Он знает, что ты со мной разговариваешь?

— А что, тогда он придет и убьет тебя? Нет, извини. Им с Жюлем надо было что-то забрать в Кингхорне, и я прохлаждаюсь тут в одиночестве. И мне бы не помешала подруга, которая будет спасать меня от страшных парней.

«Эй! — заорала Ви на кого-то. — Убери руки, понятно? Отвали! Нора? Я явно не в самом лучшем районе. Дорога каждая секунда».

— Где ты?

— Подожди… Так, на табличке на доме напротив написано один-семь-два-один. Улица Хайсмит, я практически уверена.

— Приеду, как только смогу. Но я не останусь, а поеду домой, и ты поедешь со мной. Остановите автобус! — прокричала я водителю.

Он резко нажал на тормоз, и я впечаталась в спинку сиденья передо мной.

— Вы не подскажете, как мне попасть на улицу Хайсмит? — спросила я, дойдя до выхода из автобуса.

Он указал в окно с правой стороны.

— К западу отсюда. Собираешься идти пешком? — Он оглядел меня с ног до головы. — Хочу предупредить, это очень неспокойное местечко.

Отлично.

Не успела я пройти и нескольких кварталов, как стало ясно, что водитель был прав. Пейзаж резко изменился. Красивые витрины магазинов уступили место зданиям, полностью изрисованным граффити. Темные окна были забиты железными листами. Безлюдные переулки терялись в тумане.

Сквозь туман послышался монотонный грохочущий звук, и показалась женщина, толкающая тележку с мусорными пакетами. Она посмотрела на меня своими маленькими, темными, похожими на изюминки глазами, в которых застыло хищное оценивающее выражение.

— Что это у нас тут? — сказала она беззубым ртом.

Я осторожно сделала шаг назад и прижала к себе сумку.

— Ммм, курточка, варежки и шерстяная шапочка, — проговорила она. — Всегда хотела себе такую хорошенькую шапочку, — она говорила «харооошенькую».

Я откашлялась.

— Здравствуйте! — Я попыталась заставить голос звучать дружелюбно. — Вы не подскажете, долго мне еще идти до Хайсмит?

Она захихикала.

— Водитель автобуса сказал, что мне в эту сторону, — сказала я уже не так уверенно.

— Он сказал, что так ты дойдешь до Хайсмит? — недовольно спросила она. — Я знаю дорогу до Хайсмит, но она не туточки.

Я ждала, но она не продолжала.

— Может быть, вы укажете мне направление? — спросила я.

— Я знаю дорогу, — она постучала по голове кривым, похожим на узловатую ветку пальцем. — Вот туточки все храню, да-да.

— Так как пройти к Хайсмит? — повторила я.

— Но бесплатно не скажу, — сказала она ворчливо. — Это будет кое-чего стоить. Должна же девушка себе на жизнь подзаработать. Разве тебе никто не сказал? В жизни ничего не бывает бесплатно.

— Но у меня совсем нет денег.

Их у меня действительно было немного. Хватало только на автобус до дома.

— У тебя есть миленькая теплая куртка.

Я с тоской посмотрела на свою стеганую куртку. Ледяной ветер трепал мне волосы, и от мысли, что куртку придется снять, руки у меня покрылись мурашками.

— Но мне только на Рождество ее подарили.

— А я тут уже корму отморозила, — окрысилась она. — Нужна тебе дорога или нет?

Я не могла поверить, что стою тут. Не могла поверить, что приходится отдавать свою куртку попрошайке. Теперь Ви в таком долгу передо мной, что едва ли когда-нибудь со мной расплатится.

Я сняла куртку и наблюдала, как женщина энергично влезает в нее.

Изо рта у меня шел густой пар. Мне пришлось обнять себя руками и пританцовывать на месте, чтобы тепло не уходило так быстро.

— Теперь вы покажете мне дорогу к Хайсмит?

— Тебе короткую или длинную?

— К-к-короткую.

Мои зубы стучали от холода.

— Ну, это тоже не бесплатно. Короткий путь — дополнительная плата. Я уже говорила, что мне всегда хотелось хорошенькую шерстяную шапочку?

Я стянула с головы свою бело-розовую шапку.

— Хайсмит? — спросила я, отдавая ее и все еще пытаясь говорить дружелюбно.

— Видишь тот переулок? — сказала она, указывая куда-то позади меня. Я повернулась. Переулок начинался через полквартала. — Пройдешь по нему и выйдешь на Хайсмит.

— И все? — недоверчиво спросила я.

— Да. Хорошая новость — идти недалеко. Но есть и плохая — любая дорога кажется длинной в такую собачью погоду. Ну, я-то обогрелась, у меня есть курточка и чудная шапочка. Отдашь мне варежки — я тебя провожу.

Я посмотрела на варежки. Хотя бы мои руки были в тепле.

— Спасибо, дойду сама.

Она пожала плечами и с грохотом покатила свою тележку к повороту, где и примостилась у кирпичной стены.

В переулке было темно и полно мусорных баков, размокших картонных коробок и другого хлама вроде непонятной кучи, похожей на разбитую колонку для нагревания воды. В принципе, с таким же успехом это мог быть труп, завернутый в ковер. Где-то на полпути по переулку протянулась высокая сетка. Я бы еще смогла, если повезет, перелезть через забор высотой в четыре фута, но в этом были все десять. С обеих сторон меня окружали кирпичные стены, окна были замазаны и заколочены.

Я осторожно выбирала дорогу, перешагивая через ящики и мешки с мусором. Под ботинками хрустело битое стекло. Белое пятно метнулось у меня между ногами, и я на мгновение как будто разучилась дышать. Кошка. Просто кошка, растворившаяся в темноте переулка.

Собираясь написать Ви, что я недалеко и чтоб она меня высматривала, я потянулась за телефоном, и тут осознала, что оставила его в кармане куртки. «Замечательно, — подумала я. — Какие шансы, что эта женщина отдаст мне телефон?» Именно — от низких до нулевых.

Все же я решила, что стоит попробовать, но, когда обернулась, мимо входа в переулок пронесся черный блестящий седан. Тормозные огни вспыхнули красным светом.