Пуля-квант - Алексей Бобл

Смешанные чувства и противоречивые мысли разры­вали меня на части. Нужно спешить, нужно на Янтарь скорее. Курортник сказал, что связи с лагерем нет боль­ше двух суток. Что же там произошло? До Янтаря теперь недалеко, там ключ ко всему: к моему прошлому, ко всем этим диким событиям. Скоро все выяснится.

Меня встретил Курортник, я передал то, что сказал Химик, и военстал кивнул:

- Веди. Лабус, Пригоршня, подъем.

Лесник выглядел лучше. На щеках проступил румя­нец, взгляд стал живой, хотя без поддержки дед идти все равно пока не мог.

Когда я вывел компанию к Химику, Курортник с При­горшней усадили старика под елкой. Командир приказал оставаться на месте и отправился с Химиком на развед­ку вдоль опушки. Лабус занялся Лесником, прощупал пульс, оттянул веки - старик заворчал, и Костя отме­тил, что брюзжание - верный знак: дело к поправке.

Никита попросил у него бинокль и долго разгляды­вал церковь на холме.

Лабус рассказал пошлый анекдот про Семецкого и химеру. Мне он не показался особо смешным, но При­горшня от смеха чуть не выронил бинокль, а Лесник укоризненно пробормотал:

- Ох… Ну нельзя ж так… Плохо раненого челове­ка смешить. Заплатки отскочат, потом кровь не остано­вишь…

Вернулись Курортник и Химик, командир смерил всех суровым взглядом. Лабус пояснил, в чем причина веселья, - Курортник скупо улыбнулся.

- Так, шутки отставить. Химик, нога как?

- Хромаю. - Сталкер нагнулся, помассировал ко­лено.

- Перебинтовывайся. Пятиминутный привал. - Химик уселся на землю, стянул рюкзак. Лабус достал медбокс и кинул сталкеру бинт.

- Все слушайте. - Курортник сделал паузу. - Проселок чистый, нехоженый. Есть вероятность, что опять столкнемся с псевдогигантами. Лабус, что у тебя с патронами?

- Два короба и пять магазинов, цинк россыпью.

- Держи. - Курортник вынул из подсумка два про­зрачных снаряженных магазина. - Если опять ввяжем­ся, вся нагрузка на тебя. Химик?

Сталкер ответил, занимаясь повязкой:

- Один полный. Еще есть три пустых и граната. - Курортник скинул рюкзак, распаковав, выудил из отделения несколько пачек с патронами и бросил на землю.

- Пригоршня.

- Я.

- Снаряди Химику. И вот еще пара пачек на всякий случай.

Никита взял упаковки.

- А у тебя-то как с патронами? - спросил его Ку­рортник.

- Цинк в рюкзаке, а магазины я еще в беседке все забил. Жаль, для подствольника нет ничего, а так по­рядок…

Химик отложил бинт, извлек из кармашков жилетки три пустых магазина и отдал Пригоршне.

- У тебя? - обратился ко мне Курортник. Занятый своими мыслями, я вопросительно уставил­ся на него. За меня ответил Лесник:

- Десять с согласованной картечью, красная гиль­за, в патронташе и шесть с пулями - черная обо­лочка. И еще коробка на пятьдесят с пулями в рюк­заке.

- Хорошо, плюс гранаты. Никита, дай Химику пару наступательных, а мы с Лабусом скинемся «эфка-ми». - Курортник снова полез в подсумок.

- Лесник, ты как?

- Лучше. Константин анекдот рассказал, легшее стало.

Лабус важно покивал и сказал:

- Было как-то дело, псевдоплоть и контролер на­шли двустволку. Контролер крутит в ручонках ору­жие - приклад осмотрел, курки стал щупать. Псев­доплоть своими глазенками выпученными в стволы за­глянула и как замурлычет. Контролер дернулся, двустволка как выстрелит. Дымище… Псевдоплоти башку оторвало. Туша лежит на земле, клешни дерга­ются, тело судорога бьет. Контролер стоит, трет уши: «Ну, свинья, тебе смешно, а мне знаешь как уши за­ложило!»

- Отставить разговоры, - велел Курортник. - Идем следующим порядком: я веду, за мной Лабус. Хи­мик и Пригоршня, помогаете Леснику. Ты, - Курорт­ник указал на меня оружием, - замыкающий. Пере­сыпь из пачки с десяток патронов в карманы и свобод­ные ячейки забей в патронташе.

- Ага, - кивнул я.

Лабус достал крупные белые таблетки и раздал всем по две штуки.

- От радиации, - пояснил он. - Водой запивать не рекомендую, меня, если запью, мутит сильно.

Я быстро проглотил таблетки, но горечь успела осесть на языке - пожевав губами, сплюнул. Химик в это время, окинув взглядом Никиту, сказал:

- Пригоршня, значит… Не слыхал раньше.

- А я о тебе слыхал.

- Надеюсь, плохое?

Пригоршня нейтрально хмыкнул, а Химик продол­жал:

- У меня хоть кликуха понятная, я с артефактами химичу. А ты-то почему Пригоршня?

Никита выпрямился, потянулся.

- Расскажу, если доживем.

- Ну, надеюсь, доживем. - Закончив с перевязкой ноги, Химик тоже встал.

И тут с холма долетел раскатистый звон колокола.