Тиоли - Анна Гринь

Звенья цепочки рассыпались, и изогнутая пластинка бесполезным кусочком металла упала в траву.

— Мы еще когда-нибудь встретимся? — Я не ждала доброго ответа, и он не собирался мне его давать.

— Возможно, но мы уже не сможем даже стоять рядом.

Я понимающе кивнула. Все правильно. Стоит Дже Хёну пересечь черту, и мы превратимся во врагов.

Как много всего…

«Не уходи», — трепыхалось в груди сердце.

Но разве это правильно?

Жизнь много испытаний взвалила на меня, так зачем перекладывать часть их на плечи дракону?

Я отступила на два шага и поморщилась от того, что подошва в туфле немного оторвалась и теперь мешала при ходьбе. Молодой человек обратил внимание на выражение моего лица и быстро сообразил, в чем дело, после чего без слов развязал на запястье полоску ткани, которой был стянут излишне широкий рукав, и, присев на корточки, быстро обмотал носок туфли, фиксируя подошву.

— Спасибо, — коротко ответила я и не смогла сдержаться, слезы полились сами собой.

Только не хлюпай носом!

— Будь счастлива, мелкая, — сказал мне напоследок дракон и поклонился. — Будь счастлива, Тиоли.

Я не могла говорить, пыталась сглотнуть комок в горле и при этом не зарыдать слишком громко, поэтому только склонилась в такой же прощальной позе, как и дракон.

И он ушел. Просто обогнул меня, напоследок посоветовав обдумать предложение Яозу, и шагнул в расплывающееся марево вертикальной защиты Ган Ён.

Как только дракон скрылся из виду, я упала на траву и зарыдала. Беззвучно, широко раскрыв рот, хватаясь за сочные травяные стебли и сотрясаясь от тех спазмов боли, что проходили через мою грудь.

Любовь причиняет боль, говорила моя мама. Что она знала о боли и как смогла отпустить отца, полюбив однажды? Можно ли разлюбить? Можно ли не чувствовать ту кошмарную зияющую рану в груди, что теперь, похоже, будет со мной? Можно ли освободиться? Как справляются другие?

Мне казалось, что минула целая вечность, ведь именно столько необходимо, чтобы просто перестать горевать? В голове шумело, из глаз катились слезы, сердце колотило о ребра, но я заставила себя остановиться.

«Перестань!» Мысленная пощечина сработала лучше, чем любые утешения.

Сколько раз я проделывала с собой такое за эти годы? Десятки, если не сотни. Можно рыдать и жалеть себя, можно свернуться клубочком и принимать удары людей, судьбы, случая. Можно остановиться… Но я заставляла себя двигаться, идти, приспосабливаться все это время. Жить, пусть и чужой жизнью. Так разве теперь должна все бросить, раскиснуть и сдаться?

Нет!

Я встала с земли, вытерла рукавом глаза, повторив себе обещание, что дала когда-то: я буду сильной, несмотря ни на что.

Я не могла рассмотреть Дже Хёна по ту сторону защитной стены, а вот Ли Ин Сона и других Хадже видела очень отчетливо. Мужчины неторопливо шли в мою сторону, обмениваясь короткими фразами.

Сколько же минуло времени? По всему выходило, что несколько секунд, а не часы и дни, как мне почудилось.

Переступив с ноги на ногу, я услышала, как что-то зашипело в траве. Глянув вниз, я увидела изогнутый кусочек металла от моего браслета. Он медленно таял, распадаясь на крупицы железа. Не удержавшись, я подняла металлическую полоску, в последний раз рассматривая знаки на одной ее стороне.

— Как жаль…

— Нужно возвращаться, — не дойдя десятка метров и остановившись у защитной стены Хадже, позвал меня Ли Ин Сон. — Пойдем.

Это было правильно, разумно и… Я могла отыскать тысячу слов, подтверждающих необходимость возвращения в деревню, но мне не хотелось этого делать.

Вздохнув, я в последний раз обернулась, прежде чем шагнуть в сторону огненных, и замерла, рассматривая границу Ган Ён. Теперь я видела не только лес по ту сторону, но и дракона. Он не смотрел на меня, просто шел по тропе. А мне хотелось, чтобы он обернулся…

— Пойдем! — позвал Ли Ин Сон.

Сжав в ладони рассыпающийся браслет и наблюдая за тем, как удаляется дракон, я боролась с желанием отвернуться и острой потребностью видеть Дже Хёна хотя бы еще несколько секунд.

— Тиоли! — вновь окликнул воин и пошел в мою сторону.

Наверное, обернись в этот миг дракон, я бы задумалась над своими действиями, но он не знал, что должен был остановить меня. Я не думала, запретила себе это. И просто побежала вперед, прочь от Хадже, надеясь, что в остатках браслета еще есть какая-то сила.

Позади одновременно закричали Хадже, но даже Ли Ин Сон, которому оставалось каких-то три шага, не успел остановить меня.

…Один шаг — и моя нога на секунду зависла в воздухе, словно я опустила ее в воду. Еще шаг — и я по горло провалилась в молочно-белую массу, которой не было ни конца ни края…

Голоса огненных исчезли, как только я сделала пару тяжелых шагов вперед, преодолевая сопротивление. Браслет нагрелся и начал рассыпаться еще быстрее, а я вдруг сообразила, что могу просто-напросто застрять в пределах границы Ган Ён. Вряд ли у меня потом получится пройти дальше или вернуться. Ну… или я умру сразу же, как металл превратится в пыль.

«Иди уже! Хватит думать! — костерила я себя. — Раньше нужно было соображать, что затея глупая!»

Споткнувшись обо что-то большое и твердое, я с тихим писком полетела в молочную массу, мысленно проклиная все на свете. Внизу, у самой земли, я могла видеть только траву и тот самый камень, что стал виновником моих страданий.

— У-у, — погрозила я ему пальцем, — вредный!

Поднималась осторожно, чтобы не упасть повторно, и… нос к носу столкнулась с Дже Хёном.

— Мелкая… — тихо, хмуро и очень зло прорычал он, выпрямляясь в полный рост. — Что ты тут делаешь?

— Я…

И вот что я должна была ему ответить? Под взглядом Дже Хёна все мои доводы и эмоции мгновенно побледнели и спрятались, оставляя в одиночестве, как глупую малолетку перед грозным дяденькой. Не говори ть же дракону о том, что родственники мне просто не понравились, что я не хочу оставаться с Хадже.

— Тебе нельзя здесь быть, — медленно и четко произнес он.

Удивительно, что по лбу меня не постучал, желая проверить, дома ли мой мозг.

Собрав все силы, я просто уставилась на дракона, изображая преданность и отчаяние. С господами раньше это работало.

Остатки браслета в моей ладони окончательно растаяли и песком заструились сквозь пальцы. Заметив это, Дже Хён взял меня за руку и повел, но не обратно к краю границы, а за собой.

— Спасибо, — надеясь, что больше он злиться не будет, пробормотала я, семеня за молодым человеком.

— Глупая, зачем ты это сделала? — все так же раздраженно спросил он, и я почувствовала себя оплеванной.