Хранители равновесия - Владимир Лошаченко

– Ваше величество, это опасно, да и что можно сделать против сотни варваров без оружия?

Красавица проигнорировала его замечание, а Пашка вполголоса сказал ему на ухо:

– Императрица – сама оружие, равных которому нет в империи, да и на планете тоже. Вас, дорогой граф, ждут незабываемые впечатления.

Стажер старался не смотреть на осуждающие его лица друзей – послал, мол, бедную девочку на растерзание. Пройдя по устланному коврами коридору, остановились перед золоченой дверью, ведущей непосредственно в покои императора.

– Оставайтесь здесь, дальше пойду одна. Охрана вооружена луками и арбалетами. Откройте дверь и спрячьтесь за створками. Начинаю отсчет – раз, два, три, пошла.

Мужчины слаженно распахнули дверь, и Мела исчезла. Начальник тайной стражи протер глаза и помотал головой. Не иначе, колдовство, но все происшедшее далее опровергло применение магии. В предбаннике творилось что-то непонятное – крики, звон железа, дикий рев:

– О Святая Бригитта!

В косяк и двери с гудением воткнулись несколько стрел и два арбалетных болта. Охранники один за другим шмякались на мраморный пол, бряцая мечами и раскатившимися шлемами. Затем наступила тишина, объявилась императрица. Бросив измочаленную дубинку в сторону, заявила:

– Ох, притомилась я. Пашенька, твоя очередь, дорога свободна.

Сама села на покрытый бархатом пуфик, прислонившись спиной к стене.

– Аццо, кликните кого-нибудь, нужно повязать охрану, пока не очухались.

– Ваше величество, что с пленными делать, отправить в тюрьму?

– Какой вы, однако, кровожадный, граф. Всех в порт, на первом же судне выслать на родину. Оружие, кроме луков и арбалетов, отдать после погрузки.

Начальник тайной стражи поклонился и умчался за своими людьми. Бывшие наемники потрясенно осматривали вестибюль, заполненный телами валявшихся варваров.

– Вы, ребята, охраняете императрицу, а я поставлю последнюю точку. Фоджи меня заждался.

Пашка скорым шагом пересек помещение, перешагивая через отключившихся охранников. Визуально определил: Мела била в основном в затылок, но кое-кого по шее. Поплутав по императорским покоям, дошел до спальни – никого, лишь чашка с кофе остывала на столике.

– Куда мог бежать д’Соверини? Неужели?.. Тогда он совсем дурак.

Постучав по стенам рукоятью кинжала, он обнаружил потайной ход. Энергоударом снеся замаскированную дверь, ринулся туда. Ход вывел его в ангар, где хранился космический челнок. По опущенному пандусу влетел в открытый люк и, добежав до рубки управления, обнаружил беглецов – императора с камергером. Камергер бестолково тыкал во все кнопки подряд, надеясь, видимо, запустить аппарат.

– Не старайтесь, господа, ничего не получится, вам не хватит мозгов и умения.

От неожиданности д’Соверини икнул, а камергер сноровисто вытащил меч. Пашка метнул в него кинжал. С чмокающим звуком лезвие вонзилось в шею, перебив гортань. Оттолкнув падающий труп, стажер подскочил к Фоджи.

– Если бы ты, сволочь безухая, не устраивал на меня покушений, остался бы жив. Ты сам выбрал для себя смерть.

Чернота одним ударом меча снес голову незадачливому последнему потомку семейства д’Соверини.

– Все, финита ля комедия, трубят фанфары, добро победило зло.

Однако Пашка не испытывал особой радости – сейчас начнется морока по удержанию власти. Меле придется помочь в установлении порядка. Ему, честно говоря, надоели все эти дворцовые перевороты, хотелось домой, на Землю, на деревню к дедушке.

Вот с такими мрачными мыслями брел наш герой к друзьям и новой императрице, герцогине Меле-Элеоноре д’Сагредо.

Савона была взбудоражена главной новостью дня – в Тарагоне новая императрица. Об этом эпохальном событии орали глашатаи на всех площадях, народ с увлечением и комментариями читал манифесты на столбах. Первые два декрета повергли всех в радостный шок – отмена рабства и кабалы, второе – снижение налога до двадцати пяти процентов.

Количество сторонников императрицы увеличилось с геометрической прогрессией. Сомневающихся добил декрет о коррупции, в котором подробно говорилось о равенстве перед законом. За воровство из госказны наказание одно – плаха с конфискацией имущества. Такие же жестокие меры в отношении уголовного элемента. Если раньше за убийство можно было отделаться двадцатью годами каторги на рудниках, теперь – все, лафа кончилась. Убийцам, независимо от ранга, – виселица. Суровая мера не касалась дуэлей и самообороны. Под статью попадали также растлители малолетних и садисты, мучающие своих подданных. Дискуссии и споры волной шли от столицы по всей империи, сходились в одном – императрица Мела I дала людям надежду на светлое будущее. Реформы вскоре дали свои плоды. Заворовавшихся чиновников казнили по несколько сотен в день, конфискованное имущество продавалось с торгов, а наворованные деньги пополняли исхудавшую казну. Из армии удалили всю гнилую верхушку военачальников, многие из них лишились головы. А ты не воруй! Молодые офицеры вставали во главе полков. Военным министром и главнокомандующим стал великий герцог Ланс Орест д’Офунато. Армия ликовала – в кои веки во главе настоящий воин, а не придворный лизоблюд.

Императрица Мела I приводила в порядок одряхлевшее и частично разворованное государство в быстром темпе железной рукой – впереди маячила война с кочевниками. Она впрягла в работу бывших наемников с такой энергией, что те стали втихомолку материть Пашу – на хрена им такой геморрой! Чернота успокаивал: потерпите пару месяцев, все устаканится. Ему досталось больше всех, Мела назначила его главным оружейником Тарагона. Пришлось стажеру через портал тащить в столицу инженера Жозефа Лаваля и двух кузнецов-литейщиков. В спешно выстроенных кузнях и литейном цехе отливали пушки. На окраине города соорудили лабораторию по производству пороха. Оружейники начали делать пехотные и кавалерийские арбалеты. Люди работали на износ, но из-за отсутствия технологий и конвейера дело продвигалось медленно.

Мела, уютно устроившись на плече любимого, сварливо жаловалась на дефицит вооружения. Пашка тут же подал гениальную идею:

– Попроси Иру наделать копий пушек, арбалетов и бездымного пороха.

Красавица, завизжав от радости, укусила его за шею.

На следующий день оружейные арсеналы ломились от пушечных стволов и арбалетов. Что касается последних – хватало получаса тренировок, и любой солдат мог сносно с ним управляться. С пушками гораздо сложнее, но и здесь нашелся выход. Один сеанс на ментальном уровне, и четыре тысячи будущих канониров начинают учебные стрельбы на полигонах.

В самом дворце ментасканированию подверглись все – слуги, фрейлины, камергеры. В результате половину выгнали без выходного пособия, и, к большой досаде графа д’Торе, среди последних оказалось более десятка вражеских шпионов различных государств, в основном с севера.

Если с государственными делами положение более-менее стабилизировалось, то в остальном наблюдалась тихая паника. Оказалось, Мела совершенно не знала обычной жизни, не представляла, чем живет народ. В очередной раз помогло ментасканирование. Доставили обычного горожанина, затем случайно выбранную горничную, из вояк на сеанс согласился Ливэн. Мела потом ходила три дня в задумчивости и некоей растерянности. О такой стороне жизни она и не подозревала. Знать чаяния своего народа всегда полезно для правителя. К сожалению, сильные мира сего предпочитают смотреть сквозь розовые очки, опираясь на мнение льстецов-референтов и придворное окружение лизоблюдов.