Кремль 2222. Преображенская площадь - Алексей Волков

– А отец как? Ну, тот раненый, которого вы подобрали?

– Жить будет. Жизненно важные органы серьезно не повреждены. Крови много потерял, потому слабоват. Но вылечим, не переживай. Кости срастутся. Просто время надо…

Денис так и вышел с кольчугой под мышкой. Обычно он не чувствовал ее веса, но почему бы действительно не отдохнуть перед последним участком пути?

В гостевой комнате все так же горел свет. Кроватей не было, вместо них на полу лежали матрасы. Вполне достаточно для походного отдыха. Главное, безопасно, а уж на чем спать, роли не играет.

Михаила все еще не было. Его напарник выжидательно посмотрел на дружинника из-под густых бровей. Лина лежала, укрытая своим одеялом, и ее глаза были закрыты.

– Он. Ранен сильно, но мне сказали: жить будет.

– Велика милость твоя, Господи! – перекрестился монах и забормотал молитву.

Денис с запозданием присоединился к нему, не очень умело, однако искренне. Случившееся отдавало Чудом, а в ведении кого чудеса? Не поблагодаришь, и вдруг в следующий раз Он отвернется, и события пойдут собственным чередом?

– А где Михаил?

– Не возвращался, – монах вернулся к чистке пулемета.

– Мне в Кремль надо, – Денис с завистью смотрел на грозное оружие.

Зато сабля пленницы лежала далеко от хозяйки. Если подумать, так и надо. Пусть довелось сражаться рядом, но считать девушку союзницей было преждевременно. Мало ли что ей в голову взбредет?

– С утра двинем. Сейчас наверху почти ночь.

На сердце стало тепло. Судя по словам монаха, хотя бы часть пути они пройдут с Денисом. Даже не важно, какую именно, – все-таки будет легче.

– Поешь. Немного остыло уже, – Петр отвлекся от чистки, развернул одеяло и извлек глиняный котелок, от которого исходил восхитительный запах мясной похлебки.

Только теперь дружинник вспомнил, что давно не ел. Он лишь уточнил, его ли это доля и поели ли остальные, а затем с жадностью налег на еду. Хозяева оказались еще гостеприимней, чем он думал. Да, гулять по их убежищу, кажется, запрещается, но особых возражений против этого нет. Все равно дружинник мгновенно заблудился бы в лабиринте коридоров. Гораздо важнее отдохнуть перед тяжелым завтрашним днем. От усталости притупляется реакция, от реакции зависит жизнь.

Ничего. Главное – отец жив и выполнил поручение. Теперь осталась самая малость – довершить его дело. А потом, месяца через два, как раз к выздоровлению, можно будет вернуться и забрать выздоровевшего десятника.

После еды накатила приятная усталость. Даже Славка больше не вспоминался. Пока. Нельзя постоянно скорбеть. Воины привыкают терять друзей и товарищей. Сегодня он, завтра – ты. Так устроен мир…

– Почему не спите? – вошедший в комнату Михаил мгновенно оценил обстановку и говорил шепотом, чтобы не разбудить пленницу.

Помимо своего автомата он принес еще один и, словно так и полагалось, протянул его Денису.

– Держи. Это ваш. Подобрали его там же, где твоего отца. Запасной магазин только один. Патронов – сорок девять штук в обоих. Если там еще что и было, то не нашли. И бумага – твой отец, как пришел в сознание, первым делом интересовался ею.

На бумагу Денис взглянул мельком. Есть князь, пусть он с ней и разбирается. Зато «калашников» дружинник взял в руки, словно любимую девушку. Пусть по возвращении его наверняка придется отдать, но зато теперь на улицах можно чувствовать себя намного увереннее. И не надо ждать, пока враги подойдут вплотную.

Первым делом он отсоединил магазин, проверил наличие патрона в патроннике. Все как учили.

– Он вычищен, – Михаил наблюдал за спутником с доброй улыбкой.

Сомнений в словах монаха Денис не испытывал, но автомат все-таки разобрал, а затем собрал вновь.

– Спасибо…

– Не мне. Это все местные постарались. Хорошие люди. Чужого не берут. Если, конечно, хозяин имеется. Ладно. Вижу, спросить что-то хочешь. Давай выйдем, тут рядом удобный закуток есть. Только недолго. Нам еще поспать надо.

Он явно не хотел говорить о важном при пленнице, пусть даже и спящей. Да и Денис спрашивать при ней тоже не спешил. Но автомат он взял с собой. Не хотелось расставаться с ним ни на секунду, хотя бояться тут вроде бы нечего. Да и монах тоже был со своим АК. Когда привыкаешь постоянно ходить с оружием, без него в самый интимный момент чувствуешь себя неуютно.

Закуток был рядом. Просто ниша в коридоре с колченогим столом и несколькими стульями, этакое место для бесед тех, кто живет в разных комнатах, а пригласить приятелей в гости по каким-то причинам не может.

– Ну вот и ладненько, – Михаил вытянул ноги. – Если коротко. Основную информацию до сведения директора я довел. Здесь многие зубы обломали. Шайнам тоже ничего не светит, но все-таки лучше знать…

– А девушка? – Денис вспомнил про свои опасения.

– Что девушка? Раз она со мной, никому не интересно, кто она такая. Мало ли людей прогуливается за компанию! С нами уйдет. Есть у меня один вариант, как ее растормошить. Если и он не выгорит… Я что мог с Божьей помощью сделал.

– А что за вариант?

– Так… Заглянем еще в одно местечко. Благо, крюк выйдет небольшой.

Вопросов вертелось много, но спросил Денис отнюдь не о самом важном.

– Почему директор?

– Я же тебе говорил: тут был мощный научно-исследовательский институт. А во главе института всегда стоит директор. Кстати, должность сейчас выборная. Хотя это и не так важно. Тут другое. Потенциал у Ниитьмы был высоким, народ подобран башковитый, потому сумели сберечь многое из старых знаний, а в чем-то еще и приумножили – в соответствии с изменившимися обстоятельствами. Например, здесь умеют восстанавливать старые и вроде негодные к употреблению патроны. Как – не спрашивай, сам понятия не имею. Но купить их вы можете. Маркитанты, например, покупают. Бесплатно ничего не бывает, но если пришлете людей, о цене как-нибудь договоритесь. Если захотите, разумеется.

Дружинник оценил значение новости. Сам он торговаться и договариваться не мог. Даже не потому, что не имел официальных полномочий, полномочия в таких делах – ерунда. Но договор предполагает какие-то взаимные предложения, а что мог предложить Денис? Сам он ничего не имел, с чем готов расстаться князь – не знал. Дело рядового дружинника – воевать.

– Много у них?

– На продажу? Когда как. Сколько сумеют восстановить, какой спрос… Но обычно удается пополнить запасы. Благо, сами они отстреливаются редко, лишь когда отходят подальше. На месте у них есть другие способы обороны. Тот же Изя.

– Понятно… – протянул Денис.

Бывает же такое – не так далеко можно получить нужные вещи, а никто этого не знает! Оказывается, в Москве процветает какая-никакая, а торговля. Разные анклавы порою общаются друг с другом, и лишь в Кремле об этом не догадываются. Или дело в том, что крепость находится практически в непрерывной осаде, и выйти из нее не так-то просто? Словно древняя святыня и центр города порождает особую ненависть и у всех кланов нео, и у разнообразных роботов, и у шамов – у всех, кто не принадлежит к кремлевским обитателям. А между прочим, как заметил Денис, другие общины вооружены лучше. Как раз за счет торговли. Вряд ли у тех же монахов сохранились старые запасы вооружения. Хотя – кто знает? Они же так и не сказали, из какого района пришли, где именно расположена их крепость, что представляют из себя люди, как живут… Вдруг они расположились на месте каких-нибудь древних складов? Были же раньше такие, причем настолько запрятанные, что вражеские биороботы понятия не имели, где искать.