Похитители душ. Операция «Антиирод» - Полина Каминская

Саша сидел, боясь пошевелиться, и, в силу странностей человеческой логики, вспоминал почему-то Германна из "Пиковой дамы". Несчастный парень вот так же ожидал увидеть в руке — чего он там ожидал? — туза, а улыбнулась ему — дама! Он был почти уверен, что окажется сейчас в своей, ну то есть в дрягинской конторе, на Пантелеймоновской, 9, в качестве частного сыщика. Он уже так хорошо напредставлял себе кабинет, и два стола — один старинный, крытый зеленым сукном, — и матовые стекла, и сейф в углу. А в приемной — кожаный диван, продранный в двух местах, но аккуратно заштопанный. А на диване будет сидеть Света в светлом костюме, чуть наклонив сдвинутые ноги, как это мастерски умеют делать элегантные дамы…

Света была.

То есть с вероятностью процентов девяносто замурзанная испуганная девчонка, сидевшая рядом с ним у костра, была Светой Жуковой.

— Мы… где? — тихо спросила она, кутаясь в рваный платок.

— Понятия не имею, — честно ответил Саша. И огляделся. — По-моему, на кладбище.

— Это… похоже на… ты здесь уже был? Саша понял, что она имеет в виду.

— Нет. Я такого нигде не помню. — Можно было еще добавить, что и себя — вот с такими загорелыми ручищами, и Свету — робкую, как школьницу, он не видел ни в одном из чужих миров.

— И что мы будем делать? — На последнем слове ее голос дрогнул. Большая ночная птица с громким "хо!" пролетела почти над костром

— Не знаю. Но буду думать. — Саше вдруг захотелось встать, расправить плечи и, для разминки, переломить вон то средней толщины деревце. Почему-то показалось, что получится.

— Может, вернемся? — Она произнесла это не жалобно, а просто грустно. Ему захотелось взять ее на руки и прижать к себе покрепче. И тоже показалось, что получится.

А еще он понял, что ему здесь нравится. Все. И воздух, и костер, и девчонка напротив, и ночная птица.

Черт побери, подумал Саша, неужели я, наконец, попал в СВОЙ мир?

— Нет, — уверенно произнес он. — Не может быть, чтобы мы просто ошиблись адресом.

— Почему?

— Потому что… — Саша потянулся за лежащей на земле толстой веткой и принялся играючи ломать ее и подкидывать в костер. — Потому что, если рассуждать логически… — Ого, порадовался он за себя, я могу рассуждать логически! Значит, я тут не в качестве Конана-варвара. А по мускулатуре — вполне подхожу. — Что мы собирались сделать? У тебя возникла безумная идея — найти этого похищенного ребенка, чтобы что-то там доказать своему… молчу, молчу, — спохватился он, заметив Светин протестующий жест. — Но найти не просто так, а с помощью своего мира, верно?

— Да. — Света кивнула, еще сильнее растрепав волосы. Весь налет светской элегантности сошел с нее, оставив лишь дикую, почти звериную грацию.

— А я решил тебе помочь! — Последний кусок ветки звонко разломился в его руках.

— Ну и? — Она нетерпеливо поерзала голыми ногами. — Почему мы здесь? И где это вообще?

— Я не знаю. Но попробовать можно.

— Что попробовать?

— Что и хотели. Найти ребенка.

— Ты ненормальный, да?

— Не более, чем ты.

Порыв свежего ветра прошумел ветками деревьев, коснулся Сашиной головы. Сейчас, сейчас, подумал Саша, закрывая глаза. Кажется, сейчас я все пойму.

Этот новый, незнакомый, ЕГО мир заполнял Сашу, — словно терпкое красное вино заструилось по жилам, — мгновенно отвечая на все вопросы и объясняя все окружающее. "Вот он какой…" — удивляясь сам себе, думал Саша.

— Эй, ты что? — Света смотрела испуганно.

— Ничего. Медитировал. — Саша посмотрел на свои часы. Без четверти двенадцать. Ночи. Это хорошо.

— Так что мы все-таки будем делать?

— Для начала я выполню задание. Потом пойдем и позавтракаем. А потом уже решим, что нам делать с этим ребенком. — Голос у Саши был тверд.

— Какое задание? — Света смотрела недоверчиво.

— Задание… — Саша задумчиво посмотрел куда-то поверх ее головы. Эх, как бы это в двух словах-то объяснить…

— Какое задание? — нетерпеливо повторила Света, поеживаясь.

— Тебе холодно? — вопросом на вопрос ответил Саша.

— Немножко.

— Сядь поближе к костру.

— А… это твое задание… это надолго? А то я пока могла бы в палатке поспать… — вдруг предложила Света.

— В палатке? Что ж, можно. Только ты не удивляйся…

— Там кто-то есть?

— Да.

Света внимательно посмотрела Саше в глаза и спросила с неопределяемым выражением:

— Девушка?

— Девушка, — просто ответил Саша.

— Но…

— Что? Да ты не волнуйся, она просто коллега.

— А чего это мне волноваться? — спросила Света, передернув плечами. Но в палатку не пошла.

— Конечно, не с чего. — Саша прищурился, глядя на огонь. Смешные они, красивые девчонки. Им наплевать, что тысяча мужиков ползает у их ног. Но попробуй только тысяча первый не выказать обожания — все, испепелит на месте. Взглядом.

— Слушай, Светило, а вот теперь ты можешь мне сказать, почему решила идти и выручать ребенка здесь? Ну то есть не именно — здесь, а в этих… ну, куда вы путешествуете?

— Не знаю… — тут же переключилась со своей смешной обиды Света. — Просто в той жизни произошел один эпизод… Короче говоря, то, что было сделано в моем мире, оказалось сделанным и в реальности. Поэтому, когда я сидела… там… на кровати и увидела твою визитку из того, моего и твоего мира, я подумала, что можно было бы… попробовать… Вот, — неожиданно закончила Света свою сбивчивую речь и посмотрела на Сашу огромными темными глазами. И это не был так хорошо знакомый Саше равнодушный взгляд «насквозь». ЭТОТ как раз доходил до самого-самого тайного уголка души, заставлял колотиться сердце и кружил голову.

— А почему ты все-таки решила попросить меня? Ты ж меня раньше не очень-то… жаловала…

— Все мы умнеем потихоньку, — философски заметила Света и стала смотреть на костер.

Еще один взгляд на часы. Без одной минуты двенадцать.

— Слушай меня внимательно, — Саша заговорил быстро и четко. — Сейчас что бы ни случилось, сиди тихо и, главное, не смей никуда бежать. Будет совсем страшно — кричи погромче. Но — ни с места. Поняла?

— Поняла, — тихо ответила Света. При изменчивом свете костра трудно было понять, чего больше в ее взгляде — страха или любопытства.

— Если хочешь, иди в палатку, — на всякий случай предложил Саша, точно зная: не пойдет. И правда, Света упрямо мотнула головой: остаюсь. Кажется, я вспомнил этот жест. Еще в школе, отличаясь завидным упрямством, она делала точно так же.

Часы тихо пискнули. Полночь. Теперь внимание, внимание и внимание. Саша бросил еще один взгляд на Свету, потом выбрал себе точку подальше от костра, на которой и сосредоточился. Сейчас для него главное чувство — это слух.