Гром и молния - Олег Языков

Приказываю:

1. Немедленно снять с должности командира авиационного полка полковника Сталина В. И. и не давать ему каких-либо командных постов впредь до моего распоряжения.

2. Полку и бывшему командиру полка полковнику Сталину объявить, что полковник Сталин снимается с должности командира полка за пьянство и разгул и за то, что он портит и развращает полк.

3. Исполнение донести.

Народный комиссар обороны И. Сталин

26 мая 1943 г.».

– Ну, смотри, как хочешь… А то Васька тут рядом – в Люберцах, в «парадном полку» ошивается.

– Вот и пусть там перековывается… Ты что пришел? Дело есть – говори!

Воронов отхлебнул чая и начал:

– Твои просьбы…

– Не просьбы, а требования!

– Твои требования приняты, Тур, – легко поправил формулировку Воронов. – Решение по тебе тоже принято. Дело за тобой. Пора на учебу, корректор! Давай – садись за парту, Тур.

– Погоди, погоди! Как это – «пора на учебу»? Ты меня не путай! Я тогда, при нашем разговоре, тебе и твоему начальству точно сказал – «закончу все дела». Все! Ты понимаешь? Все дела! А у меня их сейчас – начать да кончить! Мне еще эскадрилью на фронт вести. И с ней – вперед, на Запад!

– Что, все же хочешь, чтобы тебе ногу оторвало? Только так? Упасть грудью вперед? В атаке?

– Не язви… Да – только так! Именно – грудью и именно – вперед! И это не обсуждается, уловил?

– Уловил, чего уж тут… – Воронов снова залез носом в бокал. – Подождет начальство… Они временем располагают… и перемещаться в нем могут. Подождут, в общем! Ты-то как?

– Да вот, кручусь. Формирую эскадрилью. Уже недолго осталось… Подучим немного ребят – и на фронт!

– Завидую… Ну что ж. Спасибо за чай! Поздно, пойду я…

– Пока… Привет начальству!

* * *

На следующее утро я сдал в Управление кадров привезенные из госпиталя рапорты летчиков.

– О как! Не ожидал, не ожидал… Да у тебя, Туровцев, одно звено уже есть, так? Ведь командиры звеньев у тебя в УТЦ сидят? – спросил довольный кадровик.

– Так точно! Кстати, о командирах звеньев… Пора их уже в Москву отзывать. И знаете что, товарищ полковник? Хорошо бы, если бы они пригнали в столицу хотя бы один «Як-третий». Ведь учить мне ребят на чем-то надо? А то в яковлевском ОКБ самолеты еще только делаются.

– Это ты верно говоришь… Посмотрим, посмотрим… Это правильно. Ладно! Мы их в Люберцы припишем. Туда же и твоих пилотов посадим – размещаться им где-то надо? Да и ты туда давай подтягивайся. Хватит барствовать в столице. Да, мы тоже тебе подобрали трех летчиков. Чисто бандиты! Но ничего! У тебя летать будут по струночке, ты сможешь, я уверен.

Я несколько озадаченно хмыкнул. Бандиты? Надо же…

– Да я и не против, товарищ полковник! Давайте своих нарушителей – обломаем. И действительно – хватит нам прохлаждаться! Пора сколачивать эскадрилью, давно пора.

– Вот то-то и оно! Да, а к Яковлеву ты съезди, посмотри, как там дела. Пора вам уже вставать на крыло, пора!

– Есть вставать на крыло! Съезжу, обязательно съезжу. Только вот машина когда будет, а?

– Иди, иди отсюда! Это не ко мне! Я не техникой – я людьми занимаюсь. Будет тебе машина, скоро будет… Свободен!

* * *

Да, к Яковлеву нужно съездить обязательно. Есть кое-какие задумки… Сказано – сделано.

Василия я послал в цех разбираться по срокам сдачи истребителей, а сам поскакал к конструктору Синельщикову.

– Здравствуйте, Константин Владимирович!

– Здравствуйте, Виктор! С чем пожаловали?

– Да вот, есть пара предложений… К Яковлеву пойдем?

Прошли. Сели. Обменялись парой обязательных фраз.

– Ну что, Виктор Михайлович? С чем на сей раз? Что-нибудь интересное?

– Это как посмотреть. Сначала хочу доложить, товарищ генерал, что скоро в эскадрилье будут летчики. Пока самолет для обучения пригонят мои летуны, но время торопит. А тут вот возникла пара мыслишек…

– Ну-ну, давайте, говорите, «товарищ конструктор»! – Яковлев и Синельщиков переглянулись и рассмеялись. – Вы уже сколько предложений внесли?

– Да я и не считал. Так вот… Александр Сергеевич! Прошу вас решить вопрос об установке на наши «Яки» кинофотопулеметов. Они и для обучения великолепно подходят, и для учета сбитых немцев не помешают. Не так ли? Только я про них лишь слышал, а «живьем», так сказать, не видел. И марку не знаю. Но вам-то подскажут наверняка.

– А что? Мысль здравая, это можно будет и в серию заложить… А, Константин Владимирович? А на ваши истребители – так это и вообще великолепно! Вы их в боях и обкатаете! Сделаем, не проблема! Что еще?

– Второе предложение посложнее… Но это крайне важно и необходимо, я считаю. Вы знаете, товарищи, что эскадрилья особая. Особые же и боевые действия. Так сказать – «модус операнди». Если продолжать – то особые летчики. Их надо беречь! Сейчас для них вы делаете особые самолеты… Я прошу, товарищи конструкторы, посмотреть и просчитать реальность усиления бронезащиты летчика! Заднее бронестекло удар снаряда вроде бы держит. А вот бронеспинка… Бронебойный снаряд ее прошьет. Даже крупнокалиберная бронебойная пуля, если вблизи…

– Что же прикажете делать? Бронебойный снаряд и 12-миллиметровую бронеспинку «Ила» пробивает. Фугасный, правда, она держит. Ставить 12 миллиметров вам? Это вес.

– А не ставить – это жизнь! Отнятая у летчика жизнь…

– Да поймите, Виктор Ми…

– Нет, это вы поймите, товарищ генерал! Я слышал, как пули по бронеспинке бьют. А вот снаряда я бы не услышал…

Мы, отходя от вспышки раздражения, замолчали. Яковлев нажал на кнопку.

– Чаю нам! И коньяку!

– Так что вы предлагаете, майор? Мы вас недослушали.

– Не знаю я! Не знаю! Если бы я знал… Но вот крутится в голове… Нельзя ставить броню – может, поставим дополнительный алюминиевый лист? А? На внутреннюю поверхность? А то были случаи, когда бронеспинку не пробивало, но отлетевшие осколки ранили летчика в спину. А порой и убивали.

– Хм-м… Лист алюминия? А толщина листа?

– А я знаю? Я не математик, не конструктор. Я бы сделал так: на внутреннюю поверхность бронеспинки – достаточно толстый лист сырой резины. Или чего-нибудь еще, такого же вязкого. А на резину – лист алюминия. А вот какой толщины? Это надо считать. А потом еще и отстреливать на полигоне, метров со ста, например. Но это сделать надо!

Последнее слово я подчеркнул особо.

– Надо!

Ответа «Надо – сделаем!» я пока не услышал…

– А чтобы не увеличивать вес… – я горько вздохнул и обреченно махнул рукой, – можно две подкапотные пушки заменить на Березинские, 20-миллиметровые. Только мотор-пушку в 23 миллиметра оставьте!