Запретная любовь - Виктор Баженов

«Калеки» сдернули с каталки самого «хворого», и «убогие» начали рассаживаться, оставляя за собой на полу гипсовые крошки. Лилиан торжественно пожала Лепестковой руку.

— С первым успехом вас, коллега. Продолжайте в том же духе.

— В зал приглашаются присяжные заседатели, — провозгласила Нола.

Фиолетовый затащил в зал упирающегося Ура, у которого профессор на ходу пытался отобрать дубинку.

— Не отдам! — верещал дедуля.

— Ур, зачем тебе дубинка? — удивился Блад.

— Насяльника, это не дубинка, это увесистый аргумент, аднака!

— Кто тебе это сказал? — нахмурился Блад.

— Фиалетавая, аднака!

— Николай Петрович, — расстроился капитан, — взрослый человек, а такие низкопробные шуточки себе позволяете. Нола, отобрать у присяжного увесистый аргумент.

Как ни брыкался Ур, дроиды все же отняли дубинку у шестирукого присяжного заседателя и уволокли ее из зала.

— Ну все наконец в сборе, — хмыкнул Блад, обвел глазами пестрое сборище. Дурдом! Самый настоящий дурдом. Другого слова и не подберешь. Но весело. Кроме Лилиан, никто ничего толком не понимает, и, если эта вертихвостка не проболталась, все должны принимать суд за чистую монету. Мало ли какие в моей Эпсании порядки? Так что продолжим цирк. — Нола, будешь вести протокол. Видеозапись этого суда заархивируешь потом в бортовом компьютере.

— Будет сделано, мой капитан!

— В данный момент я господин судья.

— Все будет сделано, господин судья.

— Итак, оглашаю дело, — начал заседание Блад, но Лилиан его снова перебила:

— Протестую. Никакого дела нет!

— Как это нет? — опешил Блад. — Почему нет?

— Уголовные дела такого рода заводятся только на основании письменного заявления пострадавших. Предъявите мне соответствующее заявление, и я сниму протест.

Блад мысленно чертыхнулся. Эта ушастая вредина крыла его по всем статьям, конкретно выставляя дураком, а этого он потерпеть уже не мог.

— Основанием для заведения уголовного дела является мое личное распоряжение. Как капитан корабля я мог бы довольно просто навести здесь порядок, — демонстративно помахал киянкой Блад, — и подсудимой очень повезло, что кораблем командует такой демократичный капитан. Протест отклонен!

Забывшись, судья грохнул киянкой по столу, и всем осталось только ждать, когда дроиды уберут обломки. Как только новый стол занял свое место, заседание продолжилось.

— Итак, оглашаю дело. Этой ночью подсудимая, нарушив установленный специально для дам комендантский час, вышла на прогулку в пять часов утра, где и столкнулась возле мужской душевой с одним из потерпевших, сержантом Гревом. После короткой, но очень энергичной перепалки она загнала его в душ, где к тому времени находилось еще семнадцать членов экипажа из числа вновь прибывших на корабль наемников, зверски избила их…

— Я протестую! — опять подпрыгнула Алиса. — Они сами себя избили, а свалили все на обвиняемую. Вы только посмотрите на нее! — Она театрально простерла руку в сторону Стесси. — Разве могла эта слабая, беззащитная девушка справиться с толпой вооруженных до зубов здоровенных лбов?

— Да запросто, — почесал затылок Зека, вспомнив, как летел вместе со стулом в этой же кают-компании, отброшенный в сторону нежной девичьей рукой. — Ух как она меня недавно шибанула!

— А улики потом нам подбросила! — поддержал коллегу Гиви. — Вот только на перчатках произошел облом. Не наш это размерчик!

— Нет, ну надо же, даже дело огласить не дали, — обиделся Блад и мрачно покосился на молоток.

— Я протестую! — теперь уже поднялась Лилиан. — Как только что выяснилось, у прокуроров с подсудимой сложились неприязненные отношения, а потому на их объективность рассчитывать не приходится. Они не смогут вести дело беспристрастно! Я требую дать обоим прокурорам отвод, если они как порядочные люди не сделают самоотвод.

— А мы не люди, — резонно возразил Гиви.

— Начальник, в натуре, — взвился под потолок академик, растопырив пальцы на всех шести руках. — Никогда козлами не были, только по чесноку пойдем!

Тут уж Блад не выдержал, согнулся пополам и ткнулся лбом в столешницу.

— Отвод не принимается, — прохрюкал он оттуда. — Как видите, уважаемые адвокаты, прокуроры обещают работать по чесноку… в смысле объективно. — Судья разогнулся, стряхнув с век выступившие от смеха слезы. — Ну короче, вы меня поняли.

— И вот чего ты влезла? — зашипела Алиса на Лилиан. — Если он на меня запал, то протест бы принял и суду конец. Что это за суд без прокурора?

— Да, ты права. Учту на будущее, — кротко согласилась эльфа.

— Небольшая просьба к прокурорам. Прошу говорить чисто конкретным — тьфу! — чисто нормальным языком без вульгаризмов и жаргона. И, если позволите, я все-таки продолжу оглашение дела, — сказал Блад, который все прекрасно слышал.

— Разрешаем, — милостиво кивнула Алиса.

— Итак, подсудимая зверски избила пострадавших, разоружила, после чего подкинула отобранное оружие в каюту нашего уважаемого академика, где он с господином штурманом отдыхал после серии научных экспериментов над своим дедушкой.

— Гы-гы…

Блад поднял глаза. Около входной двери на хвосте сидел Фантик с аквариумом в передних лапах, внутри которого хлопала глазами лягушка.

— А ты говоришь: пьянствовали, — мяукнул Фантик лягве. — Научные эксперименты ставили, а не пьянствовали!

— Вы здесь в качестве кого? — кротко спросил Блад.

— Зрителей, — ответил кот.

— Ну так займите место на галерке, освободите проход.

Дроиды притащили еще одну лавку, и пристроили ее поближе к креслу Джима. Кот осторожно поставил на нее аквариум и только после этого запрыгнул наверх сам.

В своем артистическом прошлом Бладу не раз приходилось разыгрывать на сцене судебные процессы, и он прекрасно знал, что после оглашения дела сначала выступала сторона обвинения, потом сторона защиты, затем давалось слово пострадавшему, потом обвиняемому и только после этого начинались прения сторон с привлечением свидетелей как с той, так и другой стороны. Но вокруг был такой балаган, что до сути дела, если вести процесс по протоколу, он никогда не доберется, а потому решил сразу взять быка за рога.

— Предоставляю слово пострадавшей стороне. Господин сержант, озвучьте вашу версию событий.

Грев дохромал до трибуны. Наложенный на здоровую ногу гипс здорово мешал.

— Уважаемые дамы и господа, у нас есть традиция. Мы с друзьями в пятн… а сегодня у нас какой день недели?

— Вторник, — подсказал ему кто-то из подельников.

— Так вот, я и говорю, у нас есть традиция: мы с друзьями каждый вторник в пять часов утра ходим в баню.