Черный князь - Дмитрий Светлов

— Договорились! Я берусь за это дело! — решительно подвел черту Норманн. — Работный люд твой, материалы твои, сам оговариваешь оплату с Софьей Андреевной!

— Спасибо, сын! — Посадник на полном серьезе поклонился в пояс. — Новгород не забудет твоей помощи!

От неожиданности князь подскочил, он никому здесь не сын, а посадский боярин Вянгинский по определению не может быть его отцом. Но дело не в этом, его покоробил низкий поклон самого уважаемого в Новгороде человека.

— Полноте, батюшка! — Он обнял Федора Даниловича и усадил в кресло.

— В Новгороде нужда большая в расширении Тихвинского судоходного пути! — чуть ли не со слезами заговорил посадник. — Ты в низовье ставишь города, людей завозишь, а мы торговать не сможем!

Норманн с трудом сдержался от резкого слова. Кто о чем, а вшивый про баню! Заслышав о предстоящем строительстве приволжских крепостей, купцы Любека и Новгорода уже сейчас готовы были ради предстоящей выгоды ползать перед ним на коленях. Одно хорошо, надежда на барыши неизбежно облегчит сговор с Готландским союзом.

— Ты о канале на Верхнем мосту не забыл? — излишне резко спросил Норманн.

— Он хорош для тебя, — недовольно ответил Федор Данилович, — для нас крюк немалый.

— Ну и что! Всего-то лишняя неделя в пути, зато без задержек.

— Не понимаешь, — вздохнул посадник, — твоим корабелам вдоль бережка грести, нашим — прямиком в Свирь.

— Северные ветра? — догадался Норманн.

— А то! — хмуро воскликнул посадник. — Что в Онеге, что в Ладоге ой как несладко вдоль южного берега идти!

На данную тему не поспоришь, северные шторма поднимали высокую волну, губили корабли и людей. Заложив Петербург, Петр Первый в первую очередь велел прорыть судоходный канал вдоль южных берегов этих озер.

— Не печалься, отец, будет Новгороду удобный путь на Итиль!

— От всего Новгорода тебе кланялся, — степенно заговорил посадник, — опасались мы твоего канала из Вытегры в Белое озеро.

— С какой это стати? — нахмурился князь.

— Купцов легко прижать, за бичевание цену поднимешь иль шлюзовой сбор непомерным сделаешь, — пояснил Федор Данилович.

— Ну, отец, ты даешь! Я прижму новгородцев, в ответ получу не меньшие убытки! В дружбе деньги быстрее растут. Лучше про Тихвинский путь расскажи.

— С Ладоги заходишь в реку Сясь, — принялся разъяснять посадник, — далее в Тихвинку и через канал вниз по Мологе. Считай, корабли уже в Рыбинске. По непогоде с Волхова заворачиваем в Златырицу и через канал выходим в Сясь.

Все, да не все, сказанное понятно знающему человеку, Норманн бывал в Тихвине да по пути в Персию издали видел Рыбинск. О Мологе с каналом, как и прочих реках, он не имел ни малейшего представления, не говоря о тамошней природе. После некоторого раздумья князь решил определиться хотя бы в общих чертах и спросил:

— Судоходный путь далек от моего Белозерского надела?

— Две трети проходит по новгородским землям, а нижняя часть по земле Белосельских, — ответил посадник.

Вспомнив о полученном после помолвки с княжной Анастасией Белозерском наделе, Норманн решил посмотреть приданое будущей жены. Земли активно заселялись, с Водлозера везли отличный жемчуг, Лунд практически закончил канал и возвел крепостные стены. Надо было заглянуть туда хотя бы ради уважения к пришедшим к нему на службу людям. Он приказал дать французам уделы и даже не поинтересовался результатами. Прошлой осенью отправил Лунда месить болота Иори. А что дальше? Ходил сотник с дружиной в набег или нет? В Ярославль необходимо было заехать не просто ради уважения к будущему родственнику. Перед ледоставом вниз пройдут пираты Рюгена с отрядами Ганзы. По весне сам с основными силами отправится в Нижнее Поволжье, следом спустятся немецкие переселенцы. Надо навестить князя Василия Давыдовича Грозные Очи, нельзя бирюком сидеть, словно в берлоге, да людей пугать огромным войском.

Сборы начались с отправки гонцов — визит в сопредельное княжество не может быть спонтанным. Что такое сборы в дорогу? Собрал одежду с продуктами да прыг в ладью? Как бы не так! Для начала должна собраться княжеская сотня, да не просто подпоясаться оружием, а подготовиться к любой ситуации. Вот и готовь обоз, а вместе с ним достаточное количество кораблей. Поездка по имениям подразумевает верховых лошадей, а это как минимум табун в сотню голов. Слуги, повара, всякие там шорники с кузнецами, к ним в довесок походные кухни и кузницы. Жуть! Сейчас нет ни дорог, ни ресторанов, ни станций обслуживания, в пути можно рассчитывать только на себя. Это в детской сказке купец сел да поехал, по жизни в обозе или корабельном караване присутствуют специалисты на все случаи жизни. Затянувшиеся сборы вынудили Норманна отправиться к Лунду с дюжиной телохранителей. В последний момент, буквально перед отходом, в ладью запрыгнула Софья Андреевна.

— Вот те раз! — воскликнул князь. — Вот уж не ожидал увидеть вас в попутчиках, да еще без мужа!

— Давай без ехидства, ладно? — попросила женщина.

— Какое ехидство? Батюшка мой должен был вас соблазнить большими деньгами. Или не сошлись в цене?

— Кстати, а почему ты не сказал мне о разговоре с отцом? — выразительно подняв бровь, спросила Софья Андреевна.

— Надоели ваши закулисные пляски. Посаднику еще можно голову заморочить, меня зачем подставлять?

— Никто тебя не подставлял, даже наоборот, из рук карельского князя Новгород получит выгоду, — ответила женщина.

От этих слов Норманн зашипел кипящим самоваром.

— Какая выгода? Кто из вас додумался до мысли о предстоящем увеличении грузопотока? Большего абсурда невозможно предположить!

В первый момент Софья Андреевна опешила от «наезда», по всей видимости, дамочка принимала участие в разработке подкинутой новгородским правителям идеи. Поборов замешательство, она с некоторой растерянностью попыталась доказать справедливость идеи:

— Предварительные расчеты обещают значительное увеличение продажи пшеницы за счет освоения новых земель.

— Не забудь добавить подсолнечное и кукурузное масло, — напомнил Норманн.

— Эта тема не обсуждалась, популярность привезенных тобой семян пока в области предположений, — ответила женщина.

— Про скотоводство не забыли? На Карельских землях, кроме птицы, свинины и дичи, больше ничего нет.

— Ты серьезно? — уточнила Софья Андреевна и, увидев утвердительный кивок, добавила: — В ледниках мясо протухнет.

— Горе-теоретики! — усмехнулся Норманн. — До середины двадцатого века мясо будет самостоятельно приходить к потребителю или привозиться корабликами да паровозиками.

— Вот видишь! — оживилась женщина. — Мы правы в своих выводах!

— Как бы не так! Я ничего не собираюсь продавать Новгороду! Сам способен реализовать излишки продовольствия! Или вы забыли о моем статусе в Ганзе?