Полночное пробуждение - Лара Эдриан

Остаток дня прошел в сборе информации и выработке плана дальнейших действий. С заходом солнца Райхен отправил двух своих помощников осмотреть дом Ирины Одольф. Они сообщили, что Миньон уехал, по-видимому, на своей машине, хотя, судя по количеству крови, рана была серьезная.

Основываясь на описании Элизы, Райхен начал поиски Миньона в городе. Тиган горел желанием поскорее вычислить местонахождение негодяя, пока тот не собрался с силами, чтобы выполнить приказ Хозяина.

Тигану не хотелось выпускать Элизу из своих объятий — а еще лучше из своей постели, — но он понимал, что это только усложнит его жизнь. Он переключил внимание на перехваченный у Марека дневник и письма, найденные в вещах Питера Одольфа.

И дневник, и письма содержали одни и те же странные строки:

Замок и поле сойтись должны

Вместе под лунным серпом,

Ты обрати свой взор на восток,

Истина там, под крестом.

Какая-то стихотворная загадка, но что она значит, если вообще что-либо значит, — неизвестно.

Похоже, и Питеру Одольфу не был известен ее тайный смысл, хотя, как сообщила его Подруга по Крови, перед тем как превратиться в Отверженного, он лихорадочно писал эти строки, точно так же как это делал перед смертью его старший брат.

Как и тот, кто владел старым дневником, на странице которого был изображен дермаглиф семьи Драгос.

И сейчас Тиган, теряя терпение, стоял напротив Питера Одольфа, сверля его взглядом. Они с Элизой уже целый час провели в камере, пытаясь добиться от Отверженного какого-нибудь вразумительного ответа.

Дозу седативных средств уменьшили, благодаря чему Отверженный находился в сознании, но ясности ума это ему не вернуло. Он стоял в металлической клетке, оплетенный ремнями, с кандалами на щиколотках, и имел вид весьма опасного зверя, каким в действительности и являлся. Его большая голова была опущена на грудь, горящие янтарным огнем глаза бессмысленно бегали по камере. Время от времени он рычал, обнажая огромные клыки, и начинал неистово дергаться, тщетно стремясь вырваться из пут.

— Скажи нам, что это значит, — сквозь металлический лязг и звериный рев потребовал Тиган. — Зачем ты и твой брат писали эти строки?

Одольф не отвечал, продолжал яростно дергаться и извиваться.

— «Замок и поле сойтись должны вместе под лунным серпом, — глядя на него, произнес Тиган. — Ты обрати свой взор на восток». Это какое-то место? Что оно значит для тебя, Питер? Что оно значило для твоего брата? Что значит для тебя имя Драгос?

Отверженный затрясся и напрягся так, что казалось, его лицо сейчас лопнет. Он закачал головой взад и вперед и зарычал в неистовой ярости.

Тиган разочарованно вздохнул и повернулся к Элизе:

— Черт, пустая трата времени. Он совершенно бесполезен.

— Позволь мне, — сказала Элиза.

Тиган заметил, что, как только она направилась к Отверженному, его безумный взгляд метнулся в ее сторону, ноздри раздулись, втягивая запах.

— Не подходи к нему слишком близко, — предостерег ее Тиган. Он пожалел, что дал ей слово использовать оружие только в самом крайнем случае. Для прочих ситуаций у него был шприц с седативным средством, который дал директор Кун. — Стой на месте.

Элиза замерла в нескольких шагах от Отверженного. Когда она заговорила, ее голос звучал мягко и сочувственно: