Мэрфи из Обыкновении - Пирс Энтони

Айви зажмурилась: матушка ее выглядела так, будто вот-вот взорвется.

– Несмотря? – с иронией в голосе уточнила Айрин.

– Ну конечно. Она рассказывала мне про всякие сложности и препоны, и я, ясное дело, предпочел бы обойтись без них, но раз уж ее угораздило родиться принцессой – то, боюсь, с этим ничего не поделаешь.

Король с королевой переглянулись и уставились на него, как на умалишенного. Сердечко Айви упало: дело оборачивалось совсем худо.

– Значит, по-твоему, быть принцессой или королевой плохо? – с обманчивым спокойствием спросила Айрин. Комнатные растения, лучше других умевшие улавливать ее настроения, в предчувствии бури свернули в трубочку листья.

– Да. Прошу прощения, если кого обидел, но, на мой взгляд, хорошего в этом мало. На королях и принцах даже у нас лежит огромная ответственность, а про такую необычную страну и говорить нечего.

Айрин перевела взгляд на дочь.

– А ну-ка скажи, этот молодой человек попросил тебя стать его женой до или после того, как поверил, что ты и вправду принцесса?

Айви смущенно рассмеялась.

– Ни то ни другое, мама. Я сама его попросила. Тогда, когда он еще не верил.

Айрин и Дор снова обменялись взглядами, и королева покачала головой с видом некоторой растерянности. Но тут же снова обратилась к Грею:

– Вопрос этот сложен, подходить к его решению, по твоим же словам, следует ответственно, так что спешить мы не станем. Однако независимо от всего прочего могу сказать: ты нам нравишься, Грей из Обыкновении.

Айви разинула рот.

– Э.., спасибо, – промямлил Грей.

Король Дор встал.

– Аудиенция окончена.

* * *

На ночь, несмотря на наличие достаточного числа свободных комнат, Грею отвели кровать в комнате Дольфа. Айви не возражала, она боялась, что ее нареченного вовсе выставят из замка, так что такой исход ее только порадовал. Видимо, ее родители решили, что коль скоро присмотр нужен и за тем, и за другим, так легче приглядывать за обоими одновременно. Ну что ж, ей оставалось удовлетвориться тем, что Грей в хороших руках.

Девушка поспешила в свою спальню. Ей не терпелось помыться и переодеться, потому как обыкновенская одежда, даже более чистая и аккуратная, чем па пей, едва ли подходила для принцессы. Но едва она успела войти, как послышался стук.

– Это твой папочка, – предупредила дверь.

– Пусть войдет, – с улыбкой ответила Айви, подумав, как все-таки здорово оказаться дома, в привычной обстановке.

Дверь отворилась, и Айви бросилась отцу на шею. Во время официальной аудиенции о подобных вольностях не могло быть и речи, по теперь она могла позволить себе нормальное проявление чувств.

– Ой, папочка, как же я по тебе скучала!

– Думаю, не гак сильно, как мы с мамой по тебе, – с усмешкой ответил он, крепко обнимая дочку. – С момента твоего исчезновения с Гобелена стало ясно, что ты либо в гиппотыкве, либо аж в Обыкновении, а поскольку ты еще и не давала о себе знать, последнее стало представляться более вероятным. Что порождало беспокойство: не было возможности не только связаться с тобой, но и просто установить твое местонахождение. Сказать, что мама сердилась, – значит ничего не сказать.

Представив себе, в чем это проявлялось, Айви поежилась, но в то же время не смогла сдержать улыбки. Королева славилась своей вспыльчивостью, но ведь это проистекало от глубины и искренности чувств.

– Я действительно угодила в Обыкновению, папа. Не иначе, как проклятие Мэрфи сбило грошик с толку и перенесло меня не к Хамфри, а к Мэрфи, который как раз очень нуждался в девушке.

– При чем тут Мэрфи? Ты ведь сказала, что твоего обыкновенского приятеля зовут Грей.

– Грей Мэрфи. У обыкновенов по два имени, а у некоторых и больше. Он помог мне с возвращением, а я взяла его с собой сюда. Знаю, что поступила не правильно, но он мне очень понравился.

– Мне он тоже правится: милый, приятный юноша. Но выйти за него ты не можешь, это тебе, надеюсь, понятно?

– Где написано, что уроженка Ксанфа не может выйти за обыкновена? – вспылила Айви.

– Вообще-то, такое не запрещено, но насчет принцесс правила куда строже. Ты только представь себе, что жена обыкновена сделается королем Ксанфа! В государстве начнется смута.

Айви вздохнула.

– Ну зачем мне в короли? Пусть правит Дольф. А там, глядишь, и другой волшебник объявится.

– Объявится, не объявится – это еще вопрос, но ты все равно должна сохранять право на престол. Мало ли что может произойти. Волшебницы и волшебники слишком редки, чтобы Ксанф мог позволить себе ими разбрасываться. Твой обыкновен, и тот понимает, что па тебе особая ответственность. Добавлю – двойная. Ты ведь и принцесса, и волшебница. Да что тебя поучать, сама все понимаешь.

Айви снова вздохнула. Разумеется, она все прекрасно понимала, просто в какой-то момент позволила себе поддаться чувством и на время забыть о суровой действительности.

– Но как же я могу отказать Грею после того, как сама попросила его на мне жениться?

– Может быть, когда он по-настоящему поймет, что к чему, этого и не потребуется.

– Потому что он откажется от меня сам?

– Да. Похоже, он парнишка совестливый и честный.

– Вот именно. За это я его и люблю.

– Твои чувства мне вполне понятны. Но ты знаешь, что не можешь руководствоваться одними чувствами.

Айви молча кивнула. Она действительно это знала.

Король Дор ушел, но едва девушка успела умыться и переодеться, как на смену ему явилась королева. Мать и дочь обнялись и присели рядышком на кровать для серьезного женского разговора.

– Как это случилось? – спросила Айрин.

– Ой, мама… Сначала мне просто приглянулась его порядочность, а потом я поняла, что нравлюсь ему сама по себе.

Ты же понимаешь, какая это редкость для принцессы!

– Еще бы, доченька. Я еще девчонкой решила выйти за твоего отца из-за его положения. Признаюсь, не будь ему предначертано стать королем, ни я, ни твоя бабушка Айрис и не взглянули бы тогда в его сторону. Мне было непросто завоевать его, хотя, должна сказать, это отменная забава.

– Догадываюсь, – откликнулась Айви. – Но мне, понимаешь ли, хочется любви.

– О, любовь тоже пришла. Я полюбила твоего отца, а он меня, хотя порой, особенно поначалу, выказывал это довольно своеобразно. Но он был принцем и волшебником.

– Но ко мне тоже пришла любовь. Разве я виновата, что он не принц и не волшебник?

– Конечно нет, доченька. Никто не виноват, но пожениться вы не можете.

– Но должен же быть какой-то выход! – воскликнула Айви, сама в это не веря. – Ну хоть какой-то!