Пять волшебных кристаллов - Кэза Кингсли

Они втроем разлеглись в креслах-мешках под огромной люстрой. Все стены кабинета в особняке Бетани были заставлены стеллажами, полными книг. Джем уже соорудил обед — перед ребятами стояли подносы с их любимой едой и сластями.

— Я слыхал предание о волшебном вепре Турхе Труйте, — озадаченно произнес Джек. — Но ничего не знаю ни об Олвене Килухе, ни об этих самых авенах…

— Эл говорил мне, что о них всем известно. Видимо, надо вернуться к нему и расспросить… — По правде говоря, Эреку такая перспектива совсем не улыбалась. Источник мойр был не самым безопасным местом. — Значит, теперь надо найти вепря? Он что, тоже заперт где-то, как пчелопа? — Он передал листок с заданием Джему. — Может, вы что-то об этом знаете?

Джем взял листок рукой, затянутой в белоснежную перчатку, поднес к глазам с крайне серьезным видом, но тут же закашлялся.

— Сэр, это же смешно! Турх Труйт, пять авенов! Это сказки!

— Так вы о них слышали?! — воскликнул Эрек и жестом пригласил мажордома присесть рядом.

Джем нерешительно покосился на диван в дальнем углу и очень осторожно присел в кресло-мешок, аккуратно сложив руки на коленях.

— Я расскажу, что о них слышал, — произнес он с британским акцентом. — Но мне и в голову не могло прийти, что это правда. Служа в замке Алипиума, я слышал много легенд. Среди них — предание о диком вепре по имени Турх Труйт. «Турх» и означает «вепрь» на языке древних кельтов. Но что значит «Труйт» — никто теперь не знает. Может, это было имя вепря, а может, что-то, что ему принадлежало. А может, на древнем языке это означало «правда». Считается, что вепрь Турх Труйт жил много столетий назад. Говорят также, что он родился человеком и стал великим королем Ирландии, но мойры разгневались на него и превратили в зверя. Это его не сломило. Турх Труйт стал королем вепрей, гордым и благородным. Как полноправный властитель, он водил дружбу с королями Ирландии, Шотландии и Уэльса. Даже король Артур был с ним знаком. Вепрь Турх Труйт имел обыкновение всегда держать при себе гребень и ножницы, заткнув их в клок волос меж ушей. Вепрь никогда не расставался с этими двумя вещицами — разумеется, потому что гребень и ножницы были непростыми. В них таилась великая магия. Золотой гребень мог открыть тому, кто держит его в руках, истинный облик людей и предметов, а потому хозяин гребня всегда знал, как следует поступить и кому доверять. Волшебные ножницы могли скроить что угодно из чего угодно — например, платье из монет или дом из листьев. Стоило просто щелкнуть ими несколько раз, чтобы получить желаемое.

Эрек оживился. Вот бы заиметь такой гребень и ножницы! Это же незаменимые вещи — совсем как волшебный серебряный поднос, а то и лучше!

— Неудивительно, что настал момент, когда люди узнали о чудесных свойствах гребня и ножниц и попытались их присвоить, — будто в ответ на его мысли продолжал Джем. — Вепрь уже не мог спокойно проводить дни в компании царственных особ. До самой своей смерти он скрывался от преследователей. Но как ни старались злоумышленники, как бы ни были они могущественны, настойчивы и умны, вепрю всегда удавалось спастись. Он прожил долгую жизнь — долголетие часто дается тем, кто владеет магией. Немало охотников посвятили свои лучшие годы безуспешным попыткам изловить его. Большинство из них встретили страшную безвременную кончину… И жил тогда великий охотник Килух, который полюбил дочь великана и пошел просить у отца ее руки, хотя понимал, что великан никогда не отдаст дочь ему в жены. Но великан согласился — с одним условием. «Найди вепря Турха Труйта и принеси мне его гребень и ножницы, — приказал великан. — Тогда я позволю тебе жениться на моей дочери». Много лет Килух гонялся за вепрем. Выследить и поймать Турха Труйта было очень тяжело. Вепрь превосходил умом и изворотливостью большинство людей, кроме того, у него были волшебные гребень и ножницы. Но и Килух отличался от прочих охотников. Теми двигала жадность и корысть, а Килух преследовал вепря ради того, чтобы добиться любимой женщины. Турх Труйт видел, что этот человек не хочет причинить ему вреда и что у него доброе сердце. Так или иначе, в один прекрасный день Килух поймал вепря и забрал гребень и ножницы. Одни говорят, что ему помогла любовь. Другие — что вепрь устал и сам позволил поймать себя, потому что этот охотник пришелся ему по нраву. В общем, Килух получил гребень и ножницы и отстриг у вепря немного волос, чтобы завернуть в них свои трофеи…

— Неужели Килух отдал их великану?! — перебила Бетани.

Она так сильно подалась вперед, что лишь чудом не выпала из кресла-мешка.

— Обратный путь был неблизок. Когда Килух наконец пришел к великану, все предстало перед ним в другом свете. Волшебный гребень показал Килуху, что на самом деле скрывается в сердцах великана и его дочери. Великан не замышлял ничего хорошего, а гребень и ножницы были нужны ему для злых дел. Килух понял: отдавать ему то, что он получил от Турха Труйта, нельзя.

— А дочь? — нетерпеливо спросила Бетани.

— Ах да. Дочь великана была чиста сердцем и искренне любила Килуха. Охотник предложил ей выбирать, кто ей дороже — он или отец. Она решила бежать с Килухом. И вот ночью, когда великан спал, Килух перекроил его пещеру волшебными ножницами и превратил в тюрьму. А потом вместе с любимой снова отправился на поиски вепря.

— Зачем? — удивился Джек.

— Таков был Килух. Гребень и ножницы стали ему не нужны, и он хотел вернуть их хозяину. Другой на его месте использовал бы волшебные предметы в корыстных целях, но только не Килух.

У Эрека запылали уши. Он понимал, что сам ни за что не расстался бы с такими нужными штуковинами.

— И как? — спросил он. — Нашел?

— Не сразу, но все-таки нашел. Турх Труйт уже умирал. Отдав свою магию, он потерял и жизненную силу. Вепрь отказался забирать гребень и ножницы, сказав, что уже поздно. Килух был человек умный. Он понимал, что волшебные предметы не должны попасть не в те руки. Он отнес гребень и ножницы друиду — столь же могущественному, как сам Вулкан, — и попросил уменьшить их и вместе с клоком шерсти вепря поместить в крошечный сосуд. Он хотел, чтобы сосуд можно было носить на цепочке на шее, и велел сделать его в виде вепря, дабы почтить память Турха Труйта.

Джем заметил, что ребята заулыбались, и вскинул ладонь.

— Но тут-то и началось самое странное. Работая над сосудом, друид почувствовал, что в гребне и ножницах таится огромная мощь. Когда предметы уменьшились в размерах, эта мощь лишь возросла. Силы гребня и ножниц, заключенные в один сосуд, слились воедино и превратились во что-то новое. Друид понял, что из-под его рук вышел самый могущественный волшебный предмет на свете. В восторге он метался по своей мастерской. К чему бы друид ни поднес волшебный сосуд, сила магии этого предмета возрастала вдвое, втрое! Тогда друид решил оставить сосуд себе, привязать его к пяти авенам и править вселенной.

— Что за авены? — спросил Эрек.

Он слушал историю, как волшебную сказку, и только когда Джем упомянул авены, Эрек осознал, что все услышанное имеет непосредственное отношение к его четвертому испытанию. Но как он должен отыскать мифического вепря, который давно умер?! Это же несерьезно! Или нужно найти сосуд? Вряд ли это упростит задачу…