Война ненависти - Александра Первухина

Утро наступило неприятно быстро. Ольга даже не успела, как следует отдохнуть, хотя к своему удивлению уснула почти сразу же после того как легла в постель и накрылась с головой одеялом. Яна уже встала и выглядела до неприличия бодро.

— Привет! — девушка улыбнулась ей, не прекращая натягивать брюки.

— Как спалось?

— Нормально. — Ольга невольно улыбнулась в ответ.

— Слушай, а отсюда долго выписывают? — Яна бросила на нее вопросительный взгляд. — Мне уже осточертела эта жара!

— Вообще-то здесь не жарко, но как скажешь. — Жданова уже не удивлялась странностям этой девушки, она выбралась из постели и принялась одеваться в приготовленный с вечера костюм. — Тебя Адрин заберет?

— Угу. — Яна возилась с неудобной застежкой на рукаве, помогая себе зубами, — А тебя?

— Меня никто. — Голос женщины невольно дрогнул, выдавая ставшую уже привычной боль. — Некому забирать.

— Понятно. — В голосе девушки не осталось и следа веселья. Она серьезно посмотрела на Ольгу и решительно произнесла: — Если ты не против Адрин заберет отсюда нас обеих и потом отвезет тебя куда скажешь.

Ольга изумленно посмотрела на девушку, которая почти мгновенно из ребячливого подростка превратилась в холодного сурового взрослого.

Метаморфоза была настолько мгновенной, что не подготовленного человека невольно охватывала оторопь.

— Конечно не против. — Женщина внимательно взглянула на Яну и поинтересовалась. — Почему ты мне это предлагаешь?

— Просто потому что могу, а еще потому, что ночью моего сына ты могла бы и не спасать.

— Ясно. — Ольга усмехнулась. — Изъявление благодарности.

— И попытка подружиться. — Яна посмотрела на нее неожиданно усталым взглядом и серьезно произнесла. — Ты одна из немногих, кто меня не боится, даже тогда, когда я не претворяюсь человеком. Это большая редкость.

— Никогда бы не подумала! — Ольга слегка растерялась. Такого откровения от девушки она не ожидала. Хотя ее тоже можно понять: постоянно сталкиваться со страхом и не пониманием окружающих утомительно, если не привык к этому с детства. — Ну ладно попытка не пытка, а что на это скажет Адрин, ты подумала?

— Он не будет против. — Жданова поразилась абсолютной уверенности, прозвучавшей в словах девушки. Определенно Яна явно решила сегодня утром удивлять ее, не переставая. Однако пришло время оформлять выписку, и Ольга оставив свои размышления на потом, отправилась за документами, Яна непринужденно последовала за ней.

Когда они, наконец, с детьми на руках вышли на крыльцо, часы показывали уже без пяти двенадцать. Ольга мрачно констатировала, что бюрократия и хамство везде одинаковы хоть в казарме хоть в больнице и поежилась от холодного пронизывающего ветра. Природа явно не учла, что на календарях людей уже весна и продолжала обеспечивать температурный режим, больше подходящий зимнему времени года. Женщина покосилась на Яну, которая стояла на ветру в одном костюме, даже без плаща и покачала головой, кутаясь в теплое демисезонное пальто. У крыльца было припарковано несколько машин, и Ольга с грустью посмотрела на гордых отцов, нетерпеливо ожидающих, когда их жены, наконец, покинут роддом и их можно будет увезти домой. Яна недовольно фыркнула и констатировала:

— Полагаю, Адрин в очередной раз замотался с поисками чего-то важного. Это уже начинает надоедать. Ты как нормально себя чувствуешь?

— Я? — Ольга удивленно наклонила голову. — Вообще-то это тебя сегодня ночью пытались разобрать на запчасти. Не расстраивайся не все так страшно, я просто вызову такси нам обеим.

— Да я и не расстраиваюсь. — Яна обернулась к ней, и женщина увидела скачущие у нее в глазах веселые снежинки — Просто беспокоюсь о твоем самочувствии. Наверное, для тебя здесь холодно? Может быть, зайдем внутрь?

— Нет, все нормально. — Женщина с изумлением поняла, что эта пигалица, которая лет на десять ее моложе на полном серьезе заботится о ней. Ситуация была бы просто комическая, если бы ни одно

'но': в случае чего Яна действительно сможет действовать куда эффективнее нее. Ольга усмехнулась про себя, отмечая, что невольно воспринимает девушку как товарища по оружию — самое близкое к понятию 'друг' в ее жизни…

В следующий момент от размышлений о превратности судьбы ее отвлек пронзительный визг тормозов. Женщина резко обернулась и удивленно вскинула брови. Возле крыльца остановился старенький 'Москвич', из него выскочил растрепанный молодой парень и вытащил с заднего сидения машины, грязную изможденную девушку, которую как покрывало окутывала странная дымка едва заметная на солнце. Ольга заметила, как напряглась Яна, увидев это странное мерцание, и спросила себя, что за новый сюрприз ее ожидает. А потом случилось сразу несколько событий одновременно. Парень с девушкой на руках повернулся к крыльцу, на котором застыла Нина Георгиевна, вышедшей проводить своих беспокойных пациенток, и несколько женщин, как и Ольга с Яной выписавшихся сегодня и отчаянно выкрикнул:

— Пожалуйста, помогите! Она едва дышит! — и зачем-то добавил, хотя состояние девушки было заметно невооруженным глазом. — Она беременна.

Но врач не успела даже открыть рот. Откуда-то сверху внезапно упал густой туман, у самой земли мгновенно превратившись в невозмутимую

Мадину, которая, не тратя время на разговоры и объяснения, просто выхватила у ошарашенного парня его ношу. На улице резко похолодало, и в следующий момент как по мановению волшебной палочки прямо на асфальте начал расти ледяной горб, который за несколько секунд поднялся над землей где-то на метр с лишним и к всеобщему удивлению обрел форму операционного стола. Ольга не понимала что происходит.

Мади осторожно уложила девушку на этот ледяной постамент и принялась осторожно ее осматривать. Подбежавшая Нина Георгиевна яростно набросилась на нее:

— Что вы себе позволяете? Ее нужно в операционную.

— Нет времени. — Голос Мадины звучал как всегда безжизненно, и

Ольга невольно поежилась, не хотела бы она оказаться на месте этой несчастной. — Девчонка уже мертва. Нужно спасти детей.

— Она дышит! — Нина Гергиевна сердито нахмурилась. — Не мешайте мне делать свою работу!