Легенды Зоны. В петле - Ежи Тумановский

– Я без понятия, как его там зовут, – сказал Хантер и настороженно покосился на Костю здоровым глазом: – А ты откуда все это знаешь?

– Связист рассказывал, – отмахнулся погруженный в хаос собственных мыслей Опер.

– Ты знаешь Связиста? – Хантер сказал это таким жутким голосом, что Костя моментально забыл обо всех попытках разобраться с Версоцким и уставился в черную гипнотизирующую дырку ствола пистолета, направленного ему прямо в лоб.

– Хантер, опусти оружие, – попросил он, холодея от мысли, что ненависти главаря бандитов к Связисту окажется достаточно, чтобы за одно упоминание его имени открыть стрельбу. – Да, я знаю Связиста. Я же тебе говорил, что оказался здесь только из-за тебя.

– Это я оказался здесь только из-за тебя!

– Отлично, но если бы я не оказался здесь из-за тебя, то ты не оказался бы здесь из-за меня, – рассудительно сказал Костя, стараясь, чтобы голос его звучал примиряюще.

– Прекрати играть словами, урод! – рявкнул Хантер. – Рассказывай, откуда ты знаешь Связиста?

– Год назад в Зону был отправлен поезд экспедиции института по исследованию аномальных явлений Зоны, – со вздохом начал Костя. – На борту поезда был важный правительственный чиновник и съемочная группа столичного телеканала. И все было хорошо, пока одному полоумному бандиту не приспичило стать хозяином бронепоезда, чтобы потом считать себя хозяином всей Зоны.

– Это был отличный план! – резко сказал Хантер. – Но при чем здесь ты и откуда ты знаешь Связиста?

– Какой же ты дурак! – в сердцах воскликнул Костя, не обращая внимания на пистолет. – Я был оператором этой съемочной группы, а Связист – охранником на поезде. Хоть и познакомились мы уже в финале той истории.

– Ты ехал на моем бронепоезде? – поразился Хантер и опустил руку с пистолетом. – А баба, что с тобой вчера была?

– Она тоже ехала, – терпеливо сказал Костя. – Поскольку руководила нашей съемочной группой. А тот мужик, которого ты держал у себя в заложниках еще вчера, оказался не просто большой шишкой из министерства энергетики, но и бывшим сталкером. Именно он помог нам не сдохнуть. И после всех испытаний, что мы прошли вместе, я не смог больше вернуться к обычной жизни и остался в Зоне. Прошел обучение и получил кличку Опер, поскольку в «прошлой жизни» был оператором. Конечно, мне пригодились все знакомства, и, конечно, я сошелся ближе со Связистом. Все теперь понятно? Надеюсь, ты себя чувствуешь в достаточной мере жалким и безмозглым бараном.

Хантер смотрел на него, выпучив глаза, с выражением самого настоящего ужаса на лице. Потом вдруг открыл рот и быстрым движением сунул в него ствол пистолета.

Костя среагировал мгновенно. Схватив потенциального самоубийцу за руку, он ударил его головой в лицо. Пистолетный ствол выскочил у Хантера изо рта, развернулся вверх, и в этот момент грянул выстрел. От грохота у Кости заложило уши, но он не отпустил руку с пистолетом, а выкрутил ее и отпустил только тогда, когда пистолет выпал из ослабевших пальцев Хантера.

– Это у тебя теперь единственное средство от всех проблем? – бешено сверкая глазами, спросил Костя и, неожиданно даже для себя, отвесил бандиту оплеуху.

Хантер покорно принял удар, но ничего не ответил, а продолжал сидеть, свесив голову на грудь и слабо всхлипывая.

– Нам сейчас не ссориться надо и не стреляться, – сказал Костя успокаивающим голосом. – а думать, как выбраться из этой ситуации.

– Отличные слова, юноша, – раздалось откуда-то справа.

Костя резко повернул голову и обнаружил, что под вагон заглядывает человек, которого он видел мельком год назад. Правда, тогда человек этот был связан, и лицо его искажали судороги, но после всего рассказанного Хантером сомнений не было – на Костю смотрел профессор Версоцкий.

Бандит тут же отбросил в сторону руку Кости и быстро, почти по-собачьи, пополз на четвереньках в сторону Версоцкого. Костя мазнул взглядом по сторонам, но обнаружил, что со всех сторон видит ноги людей, стоящих справа и слева от вагона. Взгляд его упал на пистолет Хантера.

– Не делайте глупостей, молодой человек, – добрым голосом произнес Версоцкий, похлопывая по голому затылку подползшего Хантера. – Оставьте свое оружие там, где оно лежит, и вылезайте. Мне кажется, я вас где-то видел раньше. И это вместе с ответом на вопрос, откуда вы здесь взялись, вызывает у меня неподдельный интерес.

Оценив свои шансы, Костя, стараясь не делать резких движений, медленно выбрался из-под вагона.

Версоцкий оказался высоким худощавым стариком, одетым в новенький военный мундир странного покроя и цвета. Костя не сразу сообразил, что профессор просто надел чистую немецкую форму, найденную в одном из вагонов. Лицо Версоцкого могло показаться добрым и открытым, если бы не холодное выражение глаз, не оставляющее сомнений: при необходимости, ради достижения своей цели профессор не задумываясь убьет, кого угодно.

Версоцкий тоже с любопытством рассматривал Костю. Иногда лицо его кривилось, словно от какого-то внутреннего усилия, и тогда Костя начинал чувствовать, как наливается тяжестью голова, но больше ничего особенного не происходило.

– Странно, – сказал, наконец, Версоцкий. – Хоть я и уверен, что никогда не встречал вас раньше, лицо ваше мне кажется знакомым. Как вас зовут?

– Константин, – сказал Костя. – А вы – профессор Версоцкий, верно?

– Я же говорил, что лицо ваше мне знакомо! – обрадовался Версоцкий. – И где же мы встречались? Хотя нет, не отвечайте, я вспомнил.

Он помрачнел, а сидевший до этого у его ноги Хантер вдруг с визгом шарахнулся в сторону.

– Вы – тот самый человек, который разрушил все мои планы.

Несколько секунд Костя стоял в немом изумлении, а потом начал смеяться.

– Как? И ваши планы я тоже порушил? – спросил он, отсмеявшись под вопросительным взглядом Версоцкого. – «Собака» ваша, вон, тоже считает, что я ее к мировому господству не допустил.

– Мда? – задумчиво вопросил Версоцкий, оглядываясь на Хантера. – Очень интересно. Хантер, ты что, тоже планировал захватить весь мир?

– Как вам удалось сбежать из психушки? – внезапно понимая, что ни капли не боится Версоцкого, спросил Костя.

– Кто хочет – тот добьется, – пожал плечами тот. – Но что же мне теперь с вами делать? Это ведь неспроста, что вы здесь объявились одновременно с Хантером. Значит, убивать вас пока будет неверным решением. А отпускать – просто опасно…

Слабый булькающий звук привлек внимание обоих. Припадая на одну ногу, но все-таки достаточно уверенно, к ним двигался молодой парень с признаками запущенной душевной болезни на лице. Тело его содрогалось от внутреннего возбуждения, перекошенное лицо старалось изобразить какое-то чувство, а скрюченный палец показывал в сторону Кости.

– По-моему, Зюзя вас тоже опознал, – с усмешкой отметил Версоцкий. – Он мне много раз показывал ваше лицо, каким оно было за секунду до того, как вы его ударили прикладом автомата. Ладно, чтобы нам не терять времени даром…