Дети паутины - Дмитрий Гришанин

Пока рыцарю везло, но это не могло длиться вечно. Сил у него осталось совсем чуть-чуть.

Он продолжал говорить, бодрясь от звуков собственного голоса: «Вот так… Ох, чтоб тебя!.. Надо же, как больно!

И снова по спине!.. Но ты ведь не будешь убивать меня быстро? Ведь вот он я, куда теперь денусь — а ты ведь жаждешь сполна насладиться радостью мести, прочувствовать ее, просмаковать… Ну же, урод, не отставай. Еще с дюжину шагов, и мы у цели. Он отскочил куда-то сюда — я это точно помню… Я сейчас споткнусь, упаду на песок — и ты мне начнешь отрезать голову. Только очень медленно. Ведь, чёрт подбери, это же будет так эффектно! А ты ведь у нас тот еще артист — любишь покрасоваться! Ты только представь, урод, — я полностью сломлен и даже не сопротивляюсь, повержен, стою на коленях и молю тебя о пощаде, и ты плавным движением сносишь мне голову… Как сценарий — нравится? Ну тогда приготовься, еще пару шагов и преступим к делу… Господи, только бы он был здесь!»

«Ха-ха-ха! Мерзкий человечишка, ты молишь меня о пощаде? Ну так получи ее!..»

Леденящий кровь вой привел Лилипута в чувство.

Стоящий рядом Шиша пытался докричаться до замутненного горем сознания друга, но все его усилия были тщетны. Страшный вой полностью перекрывал крик трактирщика.

Лилипут не поверил собственным глазам — на арене, прижав руку к распоротому животу, застыл поверженный исполин, а перед с ним на коленях сидел весь израненный, но живой Студент. В остекленевших глазах тролля навечно застыло изумление.

Вой смертельно раненого тролля услышали даже те немногие жители Норки Паука, кого этим утром не было на площади Ристалища.

— Поверить не могу! Как же у него получилось? — пробормотал себе под нос потрясенный Лилипут.

Студент тяжело поднялся на ноги и вскинул над головой перепачканный тёмно-синей кровью клинок.

Ошарашенные неожиданной развязкой трибуны взорвались ликующим воплем, приветствуя победителя Поединка Чести. Многоголосый крик их был настолько силен, что даже на несколько секунд заглушил вой тролля.

К пошатывающемуся от ран и усталости рыцарю подбежали четверо гилтов. Из своих копий и щитов они тут же соорудили носилки, на которые аккуратно уложили Студента, и, подхватив их, бодро зашагали к противоположенному от Лилипута с Шишей краю арены.

Рыцарь с трактирщиком дружно оглянулись — сторожившие их гилты разошлись и заняли свои места в оцеплении вокруг арены, сосредоточив теперь все свое внимание на беснующейся на трибуне толпе.

— Шиша. Мы свободны! — крикнул в ухо трактирщику Лилипут.

Здоровяк кивнул головой и улыбнулся.

— Так чего ж мы стоим! — возмутился рыцарь. — Быстрее, а то Стьюда сейчас без нас унесут!

И, не дожидаясь ответа, Лилипут цапнул трактирщика за руку и потащил за собой, вдогонку за носильщиками Студента.

К всеобщему облегчению тролль, наконец-то, угомонился и рухнул на песок мертвее мертвого.

И тут же из-за спины Лилипута донесся взволнованный голос Шиши:

— Сэр Лил! Я же вам говорил! Я говорил! А вы, вы… А я верил! Я до последнего мгновенья верил! Ведь это же сэр Стьюд — дважды кавалер ордена Золотого Когтя!

Лилипут чуть замедлил свой шаг, чтобы здоровяк смог его догнать. Когда Шиша поравнялся с ним, он попросил:

— Лучше расскажи-ка мне, как это Стьюд смог продырявить тролля? А то, от страха за нашего кавалера, я зажмурился и все проглядел.

— О! Это было потрясающе! — воскликнул здоровяк и быстро-быстро затараторил: — Весь фокус в том, что сэр Стьюд запомнил место падения своего второго меча, отбитого троллем. Он не просто так отступал под градом ударов, а шаг за шагом приближался к своему второму мечу. Незаметно для тролля, они описали по арене круг и подошли к зарывшемуся в песок клинку. Тут сэр Стьюд притворился совершенно обессиленным и плюхнулся на колени. Вы наверно слышали, как взревели трибуны!..

— Слышал, — кивнул Лилипут, — а потом сразу вой.

— Так и было, — подтвердил Шиша и продолжил: — Тролль ударил, целя своим страшным серпом в шею нашему другу. Но в момент удара Стьюд вдруг ожил и, выхватив из песка меч, мастерски отбил им серп тролля. И тут же, подавшись вперед, по самую рукоять вогнал свой второй клинок гаду в брюхо.

— Что-то я не понимаю. То есть как это «по самую рукоять»? — удивился Лилипут. — Так чего ради этот идиот так долго тянул кота за хвост! Неужели он сразу не мог вот так же — по самую рукоять!

Трактирщик пожал огромными плечами и ответил:

— Да я, честно говоря, и сам толком не понимаю, как это у него получается. Всем известно, что человеку не по силам пробить мышечный панцирь тролля. Уязвимы у тролля лишь глаза, но они маленькие и их тролль тщательно оберегает… Но сэр Стьюд знает какой-то секрет. Его он мне не открывал. Могу сказать лишь одно: этот сегодняшний — далеко не первый тролль поверженный Стьюдом на моих глазах, и каждый раз, перед тем как нанести решающий удар, он, сперва, что-то чертил на животе тролля, после чего тролль становился уязвим. Что именно он чертит, я сказать не могу — не знаю. Почему бы вам самому у него не поинтересоваться?

— Именно это я и собираюсь сделать, как только наш рыцарь более-менее оклемается, — заверил Лилипут. — Давай-ка прибавим шагу, а то гилты его вон уже на полосу выносят.

Лилипут с Шишей без труда догнали обременённых ношей гилтов и потребовали, чтобы те остановились и поставили носилки на землю. К их удивлению, гилты безропотно подчинились.

Лежащий на животе Студент пребывал в глубоком обмороке, его исполосованная спина представляла собой одну сплошную кровоточащую рану.

— Вы только посмотрите, во что превратило его это чудовище! — покачал головой Ремень, вдруг, как из-под земли, выросший за спинами друзей.

Прочитав удивление на их лицах, ютанг пояснил:

— Не удивляйтесь, меня Балт послал, чтобы я позаботился о Стьюде. — И, повернувшись к гилтам-носильщикам, помощник гарала скомандовал: — Поднимайте его и следуйте за мной!

Но гилты и не подумали подчиниться.

— Сбавь обороты, ютанг, — прозвучал в ответ глухой голос из-под опущенного забрала. — Командуй своими зуланами и не лезь в дела хранителей.

— Что такое! — взорвался уязвлённый Ремень. — По Закону вы обязаны подчиняться победителям Поединка Чести!

— Ты не победитель, — спокойно возразил самый разговорчивый. Остальные трое гилтов согласно закивали, как бы подтверждая право товарища вести переговоры от их имени.

— Я нет, но они, — ютанг положил руки на плечи Лилипута и Шиши, — втроём с сэром Стьюдом, — он указал на лежащего без сознания рыцаря, — бросили вызов клану Двуглавого Змея и теперь в полном праве разделить успех на троих.

— Они в полном праве, — кивнул гилт. — Но при чем здесь ты?

— Эти двое недавно на Норке, — стал объяснять Ремень, — и не знают к кому лучше отнести раненого друга. Я хочу им помочь.