Битва за Империю - Сергей Сухинов

«Обещаю! И сделаю все возможное, чтобы ты однажды вернутся в наше время».

«Нет, я не вернусь. Та, прежняя моя жизнь, уже завершилась. Слишком много ошибок было совершено, их уже не исправишь. К тому же я прежде всего ученый, и мне будет очень интересно прожить остаток своей жизни в 21 веке. И потом, здесь нет такого мерзавца, как Шорр Кан!»

«Прощай, Зарт. Послушайся моего совета, и приглядись к Джейн. Это замечательная женщина, и вы подойдете друг к другу. Только никогда не рассказывай ей про Звездного Волка, ладно?».

Ответа Чейн не услышал.

Гудение хроногенераторов стихло, и серебристый колпак вновь поднялся к потолку. Чейн медленно встал с койку и ощутил приступ головокружения. Когда приступ прошел, он встал и неуверенным шагом подошел к окну, чтобы вздохнуть полной грудью свежего воздуха.

«Что скажешь, Стеллар?» — мысленно спросил он.

«Скажу, что ты поступил совершенно правильно. У нас свой путь, и мы должны его пройти до самого конца».

Чейн кивнул. Он еще долго стоял возле окна и смотрел на джунгли. Где-то вдали, словно из-под земли, быстро поднялись решетчатые конструкции. Это были строительные краны. Большой Мозг не терял времени — строительство новых установок началось. Очень скоро первые люди освободятся от своих бренных тел и уйдут в свое Свободное Странствие. Эпоха энерголюдей начинается!

Позади послышались чьи-то шаги. Чейн обернулся и увидел Гваатха и Рангора. Разумный волк обнажил клыки и улыбнулся, преданно глядя на своего друга. А Гваатх с силой ударил себя по груди кулаком и заорал:

— Пьяное небо! Мы там томимся в корабле, ждем не дождемся, когда унесем ноги с этой дерьмовой планетке, а он тут стоит и джунглями любуется! Гваатх, то есть я, чихать хотел на эти джунгли! Они все пропахли тюрьмой, нейнами и резиновыми людьми. Что я, резины не нюхал?

Рангор осуждающе поглядел на парагаранца и сказал:

— Морган, экипаж ждет тебя. А еще тебя ждет Селия. Она говорит, что сын так сильно молотит ее по животу пятками, будто собирается появляться на свет раньше срока!

Чейн рассмеялся:

— Какой нетерпеливый — весь в меня! Но пусть не торопится, нам надо еще много сделать, прежде чем он родится. Вперед, нас ждет Земля!

Конец 1-го романа