Крылья - Эприлинн Пайк

– Нет, нет, все хорошо! Не бойся! Просто… кое-ктохочет, чтобы земля осталась в нашем владении. А точнее, в моем. Они дадут тебеэтот алмаз, если ты перепишешь землю на мое имя.

Мама посмотрела на нее долгим взглядом.

– На твое имя?

Лорел кивнула.

– В обмен на это? – Она показала на камень.

– Точно.

– И на жизнь твоего отца?

– Ничего не понимаю.

Лорел посмотрела на алмаз. Всю дорогу из Орика в Брукингсона раздумывала, что сказать матери, однако к решению по-прежнему не пришла.

– Мам? Я… я не такая, как ты.

– Что значит «не такая»?

Лорел встала и закрыла дверь, пожалев, что на ней нет замка.Затем медленно подошла к маме.

– Ты никогда не задумывалась, почему я такая странная?

– Ты не странная. Ты чудесная… замечательная! И оченькрасивая. Не понимаю, что тебя гложет.

– Я странно питаюсь.

– У тебя никогда не было проблем со здоровьем и…

– У меня нет пульса.

– Что?

– У меня никогда не текла кровь.

– Лорел, это сме…

– Вовсе нет. Когда я последний раз резалась? Когда тывидела мою кровь? – уже громче вопросила Лорел.

– Я… я… – Мама оглянулась по сторонам и вдруграстерялась. – Не помню… – проронила она.

И тут все, абсолютно все встало на свои места.

– Конечно не помнишь, – тихо сказала Лорел. Феи стерлииз памяти ее мамы все подозрительные случаи. Лорел вдруг почувствовала ужаснуюслабость. – Ох, мамочка, прости меня, пожалуйста.

– Лорел, я ничего не понимаю. Ты несешь какой-то вздор…

– Сара, – раздался слабый, скрипучий голос.

Мать и дочь разом обернулись.

– Марк! Марк, ты очнулся! – воскликнула мама, забыв обовсех тревогах.

Они с Лорел встали по обеим сторонам кровати и взяли отца заруки.

Медленно обведя глазами комнату и увидев вокруг себя кучумедицинского оборудования, он прохрипел:

– Где я, черт побери?

Лорел вышла на стоянку, переодевшись в мамину сменнуюрубашку. Дэвид сидел на багажнике машины.

– Все хорошо? – спросил он.

– Да, – с улыбкой ответила Лорел. – Или будет.

– Папа очнулся?

Она кивнула.

– Пока еще не в себе из-за морфина и транквилизаторов,но как только они перестанут действовать, его можно везти домой, – Лорел селана багажник рядом с Дэвидом, и он обнял ее за талию. Она положила голову ему наплечо. – Как твоя мама?

Дэвид рассмеялся.

– Нормально, учитывая, что я не умею врать. Сказал ей,что забыл телефон в машине и мы уснули в комнате твоего папы. – Он посмотрел насвой мобильник. – Ну, отчасти это правда.

Лорел закатила глаза.

– Она прочла мне мораль и обвинила вбезответственности, но наказывать не стала и не запретила водить машину.Наверное, благодаря тебе. Она понимает, как тебе нужна моя помощь.

– Да уж, – со вздохом ответила Лорел.

Мама Дэвида даже не представляла насколько.

– Не знаю, что она сделает, если увидит это и это. –Дэвид показал на ушибленную щеку и порез на руке. – Вообще, учитывая, сколькодряни могло плавать в реке, мне бы надо привиться от столбняка. Швы наложить. –Он мрачно рассмеялся. – Как все объяснить, ума не приложу.

Лорел уставилась на глубокую алую рану и сразу поняла, чтоделать, – Дэвид заслужил это, как никто другой. Она вынула из кармана пузырек сэликсиром и осторожно отвинтила крышку.

– Ты чего? – удивился Дэвид.

– Шш… – Лорел повернула его голову к себе, капнула напалец эликсир и смазала багровый синяк. – Может щипать, – предупредила она иуронила одну каплю на порез.

Когда Лорел спрятала пузырек обратно, синяк на щеке Дэвидапочти исчез, а сам Дэвид с разинутым ртом наблюдал, как алая рана быстрозатягивается и бледнеет.

– Ты дала это отцу? – спросил он, не сводя глаз сисчезающего пореза.

Лорел кивнула. Юноша широко улыбнулся.

– Ну, тогда он мигом поправится! Здорово! А то мненадоело вкалывать в вашем магазине, – с наигранной обидой добавил Дэвид. –Эксплуатируете меня, как раба. У меня, между прочим, права есть!

Лорел ударила его по плечу. Дэвид расхохотался, схватил ееза руки и держал, пока она не сдалась. Наступила тишина.

– Когда ты вернешься?

Лорел пожала плечами.

– Вряд ли папу здесь задержат. Наверное, к выходнымбудем дома.

– Думаешь, это зелье все вылечит?

– Не сомневаюсь.

Дэвид улыбнулся и посмотрел на свою целую и невредимую руку.

– Вообще-то я тоже! – Он немного помолчал. – Что тысказала маме?

Лорел вздохнула.

– Я начала рассказывать, но потом очнулся папа… Мнепридется ей все объяснить, пока не знаю как.

– Мне кажется, правда – лучше всего. Ну, необязательнорассказывать им о троллях и о том, что они впустили в дом свирепого убийцу…

Лорел кивнула.

– Но про тебя они должны знать. Это не дело – прятатьсяв собственном доме.

Он переплел ее пальцы со своими и стиснул руку.

– Феи, тролли… во что я там еще не верил? Ах да, вволшебные зелья. Кстати, спасибо.

– Не за что, – ответила Лорел. – Ты из-за меня столькопережил.

– Я знал, во что ввязываюсь. – Дэвид пожал плечами. –Не все, конечно, но я понимал, что ты другая. Сразу почувствовал в тебе что-то…особенное. – Он улыбнулся. – И был прав!

– Особенное? – фыркнула Лорел. – Теперь это такназывается?

– Да, – без колебаний ответил Дэвид. – У меня этоназывается так. – Он умолк, перевернул ее руку ладошкой вверх и накрыл своей.

Посмотрев на Лорел долгим взглядом, погладил ее по щеке ипривлек к себе. Она не стала сопротивляться, когда он коснулся ее губами –легко, точно ветер, – и сразу отстранился.

Лорел ничего не сказала и не наклонилась ближе. Если Дэвидготов принять все, во что превратилась ее жизнь, это должен быть его выбор.Лорел знала, чего хотела сама, однако решать было не ей.

Чуть помедлив, Дэвид вновь прижал ее к себе и поцеловал, наэтот раз дольше. Когда он обвил руками ее талию, Лорел едва не охнула отоблегчения. Губы у него были мягкие, теплые и нежные – как сам Дэвид.