«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели - Федор Вихрев

— После экзамена я не стал спарывать нашивки, прошел в свою комнату, распаковал вещи, переоделся, бросил там форму и собрался идти домой. На выходе из казармы меня попытался остановить патруль, состоящий из дежурного офицера и двух курсантов.

Они хотели заставить меня соблюдать традиции Академии. Я отказался. Меня пытались заставить силой. Пришлось применить парализатор. Офицера я вырубил, курсантов — избил. Немножко перестарался, оба загремели в больницу, и надолго.

Дед помог выбраться с планеты и отдал мне бабушкиного робота. Не надо смеяться! Не в первый раз же рассказываю! Впрочем, по ее завещанию, робот и так принадлежал мне. На попутном джампере добрался до Мира Наемников, где и заключил первый контракт как свободный боец.

— Вы учились на пилота робота?

— Нет, я должен был стать инженером по обслуживанию и ремонту шаттлов. Но я перевелся на пилотский факультет, отучившись четыре года на инженера.

— То есть вы разбираетесь в шаттлах? А «Бастион» вы знаете?

— Да, и очень хорошо. Я по этому типу курсовую писал.

— Хорошо. К вам будет просьба. В нашем распоряжении оказался один из них. Вы не могли бы осмотреть этот челнок и дать заключение о возможности ввода его в строй?

— Хорошо, сделаю. Все равно ведь не отстанете…

— …Он практически не поврежден. Отсутствует кое-какое вооружение, и все.

Проблема в компьютере. В результате попадания ракеты он вышел из строя и восстановлению не подлежит. Остальное требует лишь мелкого ремонта. Замените компьютер, и шаттл готов к эксплуатации. Эта машинка малочувствительна к жестким посадкам. Она вообще должна была садиться на поле боя и поддерживать огнем высадку или эвакуацию роботов и бронетехники. Ее единственное слабое место — это электроника. Вам просто повезло.

Солнечная система. Планета Земля. СССР. Где-то под Москвой. 29 января 1978 года. 15 часов 40 минут

Хрясь! Тяжелый самодельный дротик с хрустом входит в самодельную же мишень, висящую на двери. Хрясь! Еще один. Новый замах.

Неожиданно дверь открывается, разумеется — без стука. На пороге стоит Серега Савенков, легко перехватывающий брошенный недрогнувшей рукой друга дротик.

— Семь: пять, кажется, и не в твою пользу, — настроение у него явно лучше некуда. — Стареешь?

— Нет, просто даю тебе фору. — Сашка подбрасывает на руке последний «снаряд».

— Заходи, нечего в дверях стоять.

Сергей прошел внутрь, захлопнув за собой дверь, в которую тут же влетела очередная заточенная железяка. Судя по количеству дырок, Сашка довольно давно так развлекался.

— Какие новости? — поинтересовался Савенков, плюхнувшись на заправленную кровать.

— Ну-у-у, следствие по нашему делу закончено…

— Что не может не радовать. — И еще один дротик вошел в дверное полотно по самое оперение.

— Успокойся. Нам предложили на выбор два варианта…

— Ага, расстрелять или повесить. — С юмором у Смоллетта дело всегда обстояло туго — как со своим, так и с пониманием чужого.

— Я же сказал — успокойся! — От холода в голосе Сергея, кажется, замерзает сам воздух.

— Ладно, извини. — Алекс говорит нормальным голосом, без ерничанья. — Просто твои предки мне чуть мозги не сломали со своими «беседами».

— Ага, было бы что ломать. В общем, два варианта: либо…

— Либо у нас новый наниматель, либо мы можем катиться на Луну. Или на этот… как там называется покрытый льдом материк? Второй вариант меня не устраивает, сразу предупреждаю.

— Хм, почти угадал. Только не наниматель. Нам предлагают поступить на службу в Советскую Армию в качестве водителей боевых шагающих машин.

— Не суть. — Александер в задумчивости откидывается на подушку. — Вариант и правда единственный возможный, вот только есть одна проблема…

— Какая? — Спокойно говорит Сергей. Слишком спокойно. Значит, уже понял.

— «Честь наемника». Понимаю, звучит примерно так же, как «жареный лед», но тем не менее. И двое расстрелянных в спину сослуживцев не вписываются в это понятие никак. А теперь вопрос: зачем Советам могут понадобиться роботы с пилотами?

— В качестве шагающей лаборатории, к примеру. Или для рейда обратно, с целью добычи технологий…

— В яблочко, блин. — Голос Алекса звучал непривычно безэмоционально, почти скучно. — И заметь, это не я сказал. Еще они могут использовать машины для освоения других планет в своем времени, но это вряд ли. Наши роботы не пострадали, значит, в рейд направят именно их. А рейд — это почти всегда бой. Как думаешь, найдется среди выживших пилотов такой кретин, который подставит спину двум предателям?

— Они были убийцами. — В голосе Сергея ледяная ненависть. — И предателем я себя не считаю!

— Полностью согласен. Но они были с нами в одной команде. То есть — соратниками. И если у Вэнса — а командовать, скорее всего, будет именно он — осталась хоть капля здравого смысла, он не возьмет ненадежных людей в команду. Просто для самосохранения.

В комнате повисло тяжелое молчание.

Солнечная система. Планета Земля. СССР. Где-то под Москвой. 30 января 1978 года. 11 часов 25 минут

Три месяца интенсивных допросов позади. Интенсивных не в смысле применения «особых методик» и «спецсредств», а просто по десять-двенадцать часов в день, обо всем подряд. Вначале на «Овод» Котинского положили глаз моряки. Их заинтересовала «подводная лодка», способная доплыть до удаленного острова и, выйдя на сушу, зачистить берег для морской пехоты. Или устроить диверсию и уплыть. Но их ждало суровое разочарование. Когда Котинский рассказал, что до острова добирался «зайцем» на попутном финском контейнеровозе, а мореходность его аппарата приближается к характеристикам лучших военно-морских якорей, интерес уменьшился. Была идея использовать «Овод» для усиления морской пехоты, но и она угасла, когда Котинский объяснил, что морской воды его аппарат, строго говоря, не любит. Робот с пилотом вместе передали, наконец, армейцам.

Для самого Владислава это выразилось только в замене одних особистов другими да в переезде из одного надежно охраняемого бункера в другой такой же. И вот наступили изменения. В комнате для допросов Котинского ждал незнакомец в штатском.

— Присаживайтесь, Владислав. Изучив ваше дело, мы пришли к выводу, что лично вы невиновны в причинении какого-либо ущерба СССР, его союзникам и гражданскому населению Земли. Как выяснили наши эксперты, вы не произвели ни одного выстрела из имевшегося на борту оружия. Однако это не снимает с вас вины в соучастии в бандформировании, совершившем неспровоцированное нападение на территорию СССР. Учитывая вашу добровольную сдачу в плен и искреннее желание сотрудничать, органы следствия пришли к единодушному решению уголовное преследование в отношении вас прекратить. Таким образом, мы не имеем права далее ограничивать вашу свободу.