Клуб попаданцев - Татьяна Рябинина

— Разумно, — согласилась я. — Мне тут тоже ко многому приходилось привыкать. Например, что женщина в теории может быть барменом, а на практике это как собака с двумя головами.

— У вас хорошо получается, — сказал Бегроган с таким выражением, что это, видимо, стоило расценивать примерно как золотую звезду героя. — Жаль, что вам запретили напитки с дымом, это было красиво. А вот с огнем мы делали значительно больше всего, с разноцветными пламенем и искрами. Но тут нет многого, что можно было бы для этого использовать.

— Да, здесь много чего нет, — согласилась я. — И компонентов, и инструментов. Что-то я делала сама, что-то заказывала по эскизам.

Выслушав подробную лекцию с демонстрацией, что для чего нужно, Бегроган записал названия и пообещал дома набросать рисунки инвентаря из своего мира. Я моментально впала в охотничий азарт: ну как же, новые игрушки! В свое время не могла успокоиться, если узнавала о каком-то приспособлении, которого у меня в коллекции еще не имелось. Его надо было непременно заполучить, даже если оно не очень-то и требовалось.

Я рассказала, как здесь обстоит дело с правилами и нормативами — за что могут оштрафовать и даже закрыть. Настоятельно попросила осторожнее обращаться с огнем, а вот о своих настойках решила пока умолчать. Хотя и не сомневалась, что разговор этот рано или поздно состоится. Бегроган был гораздо старше меня и барменом работал намного дольше. Наверняка ему захочется найти аналоги рецептам из своего мира. Да и мои секреты узнать тоже. Разумеется, об этом мы поговорим, но я пока я решила за ним понаблюдать.

— Я даже немного ревную, — сказал Йар.

Рассмеявшись, я подумала: лучше ему не знать, что повод и правда есть. Нет, не какой-то там романтический-эротический, но когда люди увлечены одним и тем же делом, это во многом похоже.

По характеру Бегроган остался парнем непростым: угрюмым, раздражительным, но зато на него можно было положиться, это я поняла сразу. И посетители к нему потянулись, не то что к Кирку или Эйзу. Я тоже немного ревновала — клиентов к Бегрогану, хотя и понимала, что это глупо. Наблюдать за их общением было любопытно. Очередной страдалец или просто болтун выплескивал на него свой поток сознания, а суровый Бармалей до блеска начищал какой-нибудь металлический инвентарь, время от времени кивая и угукая.

Уже через неделю я поставила его работать самостоятельно. Кирк, узнав об этом, разумеется, был обижен, но ему хватило ума не выкатывать претензий. Подумал, наверно, что теперь я запросто могу отправить его на выход. В этом мире, в отличие от нашего, работника могли выставить в любой момент, и даже обоснования не требовалось. Единственным исключением были попаданцы, присланные службой работы после экзамена. В течение полугода увольнять их категорически запрещалось.

Какое-то время Бегроган обходился легальным алкоголем, умело комбинируя ингредиенты из бутылок на полках, пока кто-то из клиентов не потребовал горький коктейль с биттером, перечислив все компоненты. И был здорово разочарован, не получив желаемого. То есть получив, но без травяной настойки. После чего последовал прямой вопрос: где я прячу секретные компоненты?

Я открыла шкафчик, в котором под замком хранила бутылки с настойками, а так же подставные — с отваром, на случай внезапной проверки. И рассказала, как обстоят дела с разрешениями, о том, как пыталась добавлять вместо спиртовых настоев водные отвары и как варила концентрат.

— Да, это серьезно, — прогудел Бегроган. — Я и не знал, что дела обстоят так. У нас нужно получать разрешение на торговлю алкоголем, любым, хоть самодельным, хоть заводским, но на все сразу. Сроком на один год. И стоит это тоже дорого.

— Вот-вот, на все сразу. — А не на шесть десятков разновидностей.

— Значит, сейчас ты такие напитки не делаешь?

— Делаю, — со вздохом созналась я. — Но только хорошо знакомым проверенным клиентам. В основном это друзья. И когда рядом нет кого-то постороннего.

— Все равно рискованно, — Бегроган сдвинул брови. — Надо бы подумать, как это обойти. Запрет.

— Я уже всю голову сломала, но так ничего в нее и не пришло.

— Возможно, ты думала, используя логику этого мира. Давай попробуем подумать с точки зрения наших миров. Что бы мы в такой ситуации сделали у себя дома?

— Йар, если вы это сделаете, я тебя убью. И я не шучу. Скажу, что так и было. И весь ваш проект накроется… лучше тебе не знать, чем.

— Вера! — он попытался меня обнять, но я вывернулась ужом.

— Такой свиньи я от тебя не ожидала.

— Чего не ожидала?

Я сказала это по-русски. Аналога свиньи в Рэлле не было. В смысле животного. В переносном подобного выражения тоже не было. Подлость — это, пожалуй, слишком сильно. Не от него же зависело. Спасибо хоть сказал.

— Гадости такой. Ты же знаешь, что Бегроган для меня просто сокровище.

— Вера, ну а я тут причем? Не я же эти списки составляю. Увидел сегодня, сказал тебе. К участникам я никакого отношения не имею. Кого привели, с теми и работаем. Из его мира гризы к нам не так уж и часто попадают.

— Ну почему именно он?!

Мне хотелось плакать. Когда я сказала, что Бегроган сокровище, нисколько не преувеличила. И тут вдруг оказывается, что он в списке потенциальных участников экспериментов. Это значит, что в ближайшее время его возьмут в оборот и будут уговаривать рискнуть. Разумеется, он может отказаться, насильно в реактор… или во что там? В общем, в агрегат не запихнут. Но может ведь и согласиться! И что я тогда буду делать?

— Я мог вообще тебе ничего не говорить, — набычился Йар.

— Ну да, — кивнула я. — А потом врал бы мне, что ничего не знал? Послушай, а нельзя его из этих списков как-нибудь исключить? Ну, как будто он по какой-то причине не пригоден? Бывает такое, что не годится кто-то для опытов? Ну там, не знаю, по состоянию здоровья?

— Бывает. Семейных не берут, больных. Бегроган твой под эти категории не подходит.

Это прозвучало уже с нотками ревности, и я завелась еще сильнее.

— Йар, не заставляй меня думать, что ты придумал себе всякие глупости и хочешь избавиться от него, потому что…

— Вера, может, это ты прекратишь уже глупости говорить? — разозлился он. — Еще раз повторяю, я не имею к отбору кандидатов никакого отношения. И к приглашению тоже. Увидел списки, заметил знакомое имя, сказал тебе. Вот правда, уже жалею.

— Ну Йа-а-ар, — заныла я. — Ну придумай что-нибудь. Ты же ученый, ты же умный. Мне без него никак. Я же не могу сама с ним поговорить. Узнают и посадят нас с тобой в тюрьму. И его заодно. И, кстати, если его заберут, у меня опять не будет выходных. Потому что Кирк тупица, а где мне искать другого бармена?

— Хорошо, я попытаюсь, — обреченно вздохнул Йар.

Я восторженно завизжала, с наскоку повалила его на кровать и уселась сверху. Закончилось все вполне предсказуемо и с удовольствием, но потом я никак не могла уснуть.