Дорога ветров - Диана Уинн Джонс

Они с трудом поднялись по пологой лестнице на залитую солнцем площадку. Там им пришлось ждать, пока один из мужчин ходил к двери и стучал в нее. А потом вдруг — бабах! — где-то прозвучал взрыв. Все окна задребезжали. Все трое вздрогнули, а Митт еще и покрылся холодным потом.

Он испугался почти так же сильно, как во время шторма. Однако рослый человек даже и ухом не повел, продолжая стучать в дверь. За ней раздался шум. Рослый открыл дверь.

— Они здесь. Ввести их?

— Если хочешь,— ответили изнутри.

Мужчина резко кивнул. Хильди, Йинен и Митт прошли через дверь в длинную солнечную комнату, где пахло едой и порохом: сочетание не менее странное, хотя и не такое приятное, как смешанный запах островов и моря. Запах еды шел от стола рядом с дверью. Рядом с ним сидел Ал — спиной к столу, пристроив ружье на спинку стула. Еще один стол стоял у стены в дальнем конце комнаты. На нем стоял ряд бутылок, а на бутылках были пристроены чашки. Одна бутылка была расколота. Ал выстрелил снова, как только закрылась дверь. Звук был оглушительный. Чашка подпрыгнула и разбилась, что вызвало бурный хохот.

— Теперь я с этим ружьем освоился, Литар, — сказал Ал.

— Давно пора,— заявил Бенс, капитан «Пшеничного снопа»: он сидел на стуле у окна и ел яблоко.

Третий из тех, кто был в комнате, воскликнул:

— Ох, Ал! Я так давно не видел, как ты это делаешь!

Одежда на Литаре была почти такая же богатая, как на Харчаде, но выглядел он в ней далеко не так хорошо. У него оказалась светлая всклокоченная шевелюра над смуглым лицом жителя Святых островов и длинный-предлинный подбородок.

Похоже, он был неплохо сложен, но сидел, странно ссутулившись, так что его костюм весь шел складками. Когда он посмотрел на Йинена, Хильди и Митта, те не могли понять, сколько же ему лет, потому что лицо у него было странно морщинистым, одновременно и старым и юным. Хильди решила, что это похоже на то, как выглядит Митт, и посмотрела на него, чтобы сравнить этих двоих. Но Митт был подростком, худым из-за плохого питания, тогда как...

Хильди испытала ужасное потрясение, запоздало увидев, что Литар почти идиот. Ей вдруг показалось, что все ее будущее — и все ее прошлое тоже — куда-то исчезло, и она, маленькая девочка с нечесаными волосами, оказалась одна в солнечной комнате, полной порохового дыма. Хильди прежде и не осознавала, сколько надежд у нее было связано с Литаром и Святыми островами. И все они оказались тщетными.

Митт сразу почувствовал это. Увидев Литара, он посмотрел на Хильди — и понял: с девочкой сейчас происходило то, что с ним самим произошло в Холанде. Только он себе в этом не признался. Все, что он считал Миттом — бесстрашным пареньком, вольной птахой, трезвомыслящим борцом за свободу,— развалилось там на куски, точно так же, как это делал Канден в его снах или Старина Аммет в гавани. Осталось только то, что было настоящим. И это напугало его до смерти. Митт решил, что его лицо должно сейчас быть таким же бледно-восковым, как и у Хильди. «Надеюсь, что им обоим хватит ума не говорить, кто они такие, — подумал он. — Нам надо бы побыстрее отправляться на Север».

— Кто вы? — спросил Литар, удивленно мотнув своим длинным подбородком.

Митт с Йиненом открыли было рты, чтобы начать две разные завиральные истории, но Ал их опередил.

— Это — маленький подарок, который я вам привез, — заявил он. — Он вам нравится?

Литар хихикнул.

— Ну... не очень-то, Ал. Если только они не показывают фокусы. Может, вы акробаты какие-то? — спросил он у них. — Неопрятные дети, правда? — Это уже было сказано Бенсу.

Ал развернул свой стул и наклонился к Литару, держась с ним совершенно по-свойски.

— Они неопрятные, потому что были в море. Забыли захватить с собой расчески. Но вы знаете, кто они? Кто она? Она — ваша маленькая нареченная. Племянница Харла, из Холанда. А длинноносый щенок — ее братец.

Хильди пролепетала:

— Как вы...

Ал ухмыльнулся в ответ.

— Вы же сидели на крыше каюты, дамочка, и полдня хвастались своей помолвкой с Литаром, а потом еще спрашиваете меня, откуда я знаю! Имейте совесть!

— Я думала, вы спите, — сказала Хильди.

— Ну, нет! — заявил Ал. — Слишком тошно было. Ну, Литар? Вы мне скажете спасибо?

Чтобы лучше усвоить то, что сказал Ал, Литар подцепил на вилку еду и отправил себе в рот. Митту его жареная рыба показалась невероятно вкусной. Они с Йиненом с тоской смотрели на стол. Им ужасно хотелось есть. Литар жевал, раскачивая подбородком, похожим на носок коричневого башмака.

— Наверное, она вырастет, — проговорил он недовольно, не проглотив свою рыбу. — Но ее брат мне не нужен.

— Нет, нужен, — возразил Ал, тоже принимаясь за еду.

Сделав паузу, он махнул нагруженной вилкой Бенсу, что Митт счел особо неприятным.

— Ну-ка, Бенс,— потребовал он,— повтори нам те известия из Холанда, которые ты сообщил мне на борту.

Бенс поднял брови и посмотрел на Хильди и Йинена так, словно ему не хотелось рассказывать это при них. Ал гневно махнул в его сторону вилкой со следующей порцией еды:

— Ну же!

Бенс был из тех краснолицых, волосатых мужчин, которые кажутся решительными, но на самом деле они довольно слабовольные. Он явно привык слушаться Ала.

— Я просто подумал... — пробормотал он. — Ну, новости из Холанда вот какие: несколько дней назад старого графа застрелили, а его сыновья передрались из-за графства. Старший сын, Харл, убил среднего сына, Харчада, и его семью. А третий сын, Навис, и его семья испугались и убежали. Вот и все, что я слышал, Ал.

Хильди с Йиненом обменялись безнадежными взглядами, а Ал тем временем с громким хохотом наставил вилку на Литара.

— Понимаете?

Литар многозначительно кивнул, хотя явно ничего не понимал.

— Харл, — пояснил ему Ал, — вышел победителем. Но Навис еще не умер — по крайней мере пока. У вас здесь семья Нависа. Девица вам так и так нужна. Она стоит союза, договоров и массы денег. Но парень вам тоже нужен. Он Харлу мешает. У Харла есть свои мальчишки, так что он дорого заплатит, чтобы избавиться от этого. А если дела пойдут неожиданно и победителем окажется Навис, тогда вы оказали ему услугу, правильно? И не тревожьтесь из-за девицы. Она вырастет.

— Непременно. Они все так делают, — добродушно поддержал его Бенс.

Морщинистое лицо Литара по-прежнему выражало недоумение, но он адресовал Хильди улыбку (все еще с набитым ртом), а Йинену — неуверенный кивок. А потом указал вилкой на Митта.

— А ты кто? Ал о тебе не говорил.

— Я — совсем никто, — быстро ответил Митт.

Ал откачнулся назад на стуле и посмотрел на него.

— Это еще неизвестно. Ведь ты убийца, правда?