Алмазный трон - Дэвид Эддингс

— Возможно и нет, — ответил Спархок. — Янедавно из Рендора, там есть наемники, так же, как и в Пелозии, Лэморканде иКаммории. Мартэл нанимает этих людей, когда ему потребуется. Рендорскиенаемники не имеют каких-либо явных религиозных убеждений — эшандистских иликаких-нибудь других.

— Достаточно ли у нас доказательств вины Энниаса, чтобывыступить с ними перед Курией в Чиреллосе? — спросил Дареллон.

— Не думаю, — сказал Долмант. — Энниас купилмного голосов в Высшем Совете церкви. Чтобы обвинить его в чем-то, мы должныиметь абсолютно достоверные свидетельства. А все, что у нас есть сейчас — этоподслушанный разговор между Крегером и бароном Гарпарином. А от этого Энниасулегко увильнуть — или просто откупиться.

Комьер откинулся на спинку кресла и поскреб подбородок.

— Я думаю, патриарх затронул сейчас самую сутьпроблемы. Раз уж Энниас запустил руку в сокровищницу Элении, он сможетпродолжать плести свои интриги и покупать поддержку Курии. Если мы все будемосмотрительны, он купит себе и место Архипрелата. А так как мы все, бывало,вставали на его пути, то первое, что он сделает — это распустит все четыреВоинствующих Ордена. Существует ли способ отрезать ему доступ к этим деньгам?

— Вряд ли, — покачал головой Вэнион. — У негов руках весь Королевский Совет, кроме графа Лэндийского, и они большинствомголосов дадут ему столько денег, сколько ему понадобится.

— А что королева? — спросил Дареллон. — Он иее тоже держал в руках, я имею в виду до тех пор, пока она не заболела?

— Нисколько, — ответил Вэнион. — Алдреас былслабым королем. Он делал все, что скажет ему Энниас. — Элана — совсемдругое дело, она ненавидит первосвященника. — Он пожал плечами. — Нокоролева больна, и у Энниаса полностью развязаны руки, до тех пор пока она непоправится.

— Вывод напрашивается сам собой, мой Лорд, —сказал Абриэль, задумчиво расхаживая по комнате. — Мы должны объединитьусилия в поисках лекарства, которое исцелит недуг Ее Величества королевы Эланы.

— Энниас очень хитер, — заметил Дареллон,постукивая пальцами по полированной поверхности стола. — Ему будетнетрудно понять, какое решение мы примем, и постараться нам воспрепятствовать.Если он узнает, что мы разыскали лекарство, не окажется ли под угрозой жизнь королевы?

— Спархок — ее Рыцарь, мой Лорд, — сказалВэнион. — Он сумеет справиться. Особенно, если я буду рядом.

— Есть ли какие-нибудь успехи в поисках лекарства,Вэнион? — спросил Комьер.

— Все местные медики бессильны. Я посылал приглашения вдругие страны известным врачам, но пока все безрезультатно.

— Врачи не всегда приезжают по первой просьбе, —заметил Абриэль. — Особенно это проявляется, когда глава королевскогоСовета совсем не заинтересован в выздоровлении королевы. У сириникийцев многосвязей с Камморией. Может быть, имеет смысл отвезти королеву на медицинскуюкафедру Борратского Университета? Они считаются очень сведущими именно в такихзагадочных случаях.

— Мы не можем разрушить кристалл, в который заключенакоролева, — отозвалась Сефрения. — Сейчас это все, что сохраняет ейжизнь. Королева не переживет дороги в Боррату.

— Возможно, вы правы, мадам, — кивнул МагистрОрдена Сириник.

— Не только это, — добавил Вэнион. — Энниасвряд ли позволит нам забрать Элану из дворца.

Абриэль в задумчивости кивнул, помолчал с минуту и сказал:

— Существует другой путь. Конечно, плохо, когда медикне может осмотреть пациента, но насколько мне говорили, в крайнем случае можнообойтись и без этого. Достаточно опытный врач может разобраться, в чем дело, ипо достаточно детальному описанию симптомов. Вот мое предложение, Вэнион. Опишиписьменно и как можно подробней все симптомы заболевания королевы Эланы иотправь с этим описанием кого-нибудь в Боррату.

— Я сделаю это, — тихо сказал Спархок. — Уменя есть личные причины желать скорейшего выздоровления королевы. Кроме того,Мартэл в Каммории, по крайней мере, собирался туда ехать, а мне с нимнеобходимо кое-что обговорить.

— А из этого вытекает другая проблема, — продолжилАбриэль. — В Каммории творятся беспорядки. Кто-то пытается вызвать смутутам. Это не самое спокойное место в мире.

— Что бы вы сказали об акте братской помощи междуОрденами? — обратился Комьер к другим Магистрам, поудобнее разваливаясь вкресле.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Дареллон.

— Я хочу сказать, что мы все заинтересованы в этом.Наша общая цель в том, чтобы не допустить Энниаса на трон Архипрелата. В нашихОрденах есть рыцари, превосходящие товарищей в мастерстве и храбрости. Я думаю,было бы не плохо каждому Ордену выбрать по одному такому рыцарю, чтобы ониприсоединились к сэру Спархоку в его путешествии в Камморию. Помощь ему неповредит, и, кроме того, это покажет миру, что все Рыцари Храма заодно сейчас,и что старые разногласия забыты.

— Очень хорошо, Комьер, — согласилсяДареллон. — В течение нескольких прошедших веков у Воинствующих Орденовчасто случались разногласия, и люди думают теперь, что мы разобщены. — Онповернулся к Абриэлю и спросил: — Скажи, у тебя есть предположения, кто стоитза всеми этими беспорядками в Каммории?

— Многие предполагают, что это Отт, — ответилсириникиец. — Последние шесть месяцев его присутствие чувствуется во всехсрединных королевствах.

— У меня предчувствие, — сказал Комьер, — чтов один прекрасный день нам придется предпринять против Отта что-то серьезное.

— Но это повлечет за собой и выступление противАзеша, — сказала Сефрения. — А я не думаю, что мы захотим делать это.

— А Младшие Боги Стирикума могут воспрепятствоватьему? — спросил Комьер.

— Они решили не делать этого. Войны между людьми — этоплохо, но войны между Богами — самая ужасная вещь, которую можно себепредставить. — Сефрения взглянула на Долманта и сказала: — Бог эленийцевсчитается всемогущим. Не может ли Церковь воззвать к нему, чтобы онпротивостоял Азешу?

— Я полагаю, что это возможно, — ответилпатриарх. — Единственная трудность заключается в том, что Церковь недопускает возможности существования Азеша, как и остальных Богов Стирикума.Таково мнение теологии.

— Однако как близоруко.

Долмант рассмеялся.